В ожидании прошлого - Филип Дик

Как будто сам по себе «Молинари» был какой-то программой, ток-шоу или еще чем... Впрочем, так, наверное, и было, хотя бы отчасти, – ведь именно в этом человеке сейчас сосредоточились надежды всех землян.

– Осмелюсь побеспокоить – продолжало такси. – Как вы думаете, этот многообещающий лидер, наверное, в скором времени займет пост Генерального Секретаря ООН?

– Отвяжись со своими дурацкими расспросами, глупый автомат. Молинари уже несколько лет назад занимает этот пост.

Точно, в машине что-то заклинило.

– Извини, конечно, – поправилась Кэт: ей стало стыдно за срыв. – Но где ты все это время был, ржавел в гараже?

– Нет, мисс. Всегда на работе. Я давно на службе. А вот вы, судя по голосу, неважно себя чувствуете. Может, вам требуется медицинская помощь? Сейчас мы над пустыней, но скоро достигнем Сент-Джорджа, штат Юта.

Кэт вновь почувствовала внезапное раздражение.

– Вот еще! Я вполне здорова.

Однако такси было право, наркотик теперь целиком господствовал над ее телом. Кэт ощутила приступ дурноты и схватилась за виски, словно пытаясь удержаться в реальности. «Спокойно, – пронеслось в голове. – Только не паниковать».

– Мисс, вы не повторите еще раз, куда мы летим, – внезапно подала голос машина. – Я что-то запамятовал. – Внутри механизма такси озабоченно защелкали контакты. – Помогите мне, пожалуйста.

– Я не знаю, куда направляешься ты, – огрызнулась Кэт. – Это твое личное дело, думай сам. А не можешь, то просто лети вперед, вот и все.

Какое дело, куда лететь!

– Кажется, начинается с «Ша», – с надеждой спросило такси. – Или с «Че»?

– Чикаго.

– По-моему, другое. Впрочем, если вы уверены, – такси стало разворачиваться в противоположную сторону. Механизм задребезжал.

«Мы оба с тобой в этой наркотической фуге, – поняла Кэт. – . Вы ошиблись, мистер Корнинг, дав мне этот наркотик и оставив меня без присмотра. Корнинг? Кто такой Корнинг?»

– Я знаю, куда мы летим, – в Корнинг.

– Такого места нет на карте.

– Должно быть, – ее охватила паника. – Проверь еще раз.

– Нет такого географического пункта, честное слово.

– Значит, мы заблудились. Боже мой, это ужасно. Я непременно должна сегодня быть в Корнинге, а такого места нет даже на карте – что мне делать? Пожалуйста, не бросайте меня, вы же видите, в каком я состоянии.

– Минутку, мисс, я свяжусь с диспетчерской службой в Нью-Йорке. – Через некоторое время он растерянно пробормотал: – Мисс, в Нью-Йорке нет диспетчерской службы воздушных такси.

– А что там вообще есть?

– Только радиостанции, уйма разных радиостанций, но нет ни телевизионных передач в эфире, ни коротковолновых станций. Я поймал станцию, на которой звучит нечто под названием «Мэри Мерлин» в сопровождении фортепианной пьесы Дебюсси.

Кэт хорошо знала историю: в конце концов, это было ее, собирателя древностей, работой.

– Ну-ка дайте послушать, – распорядилась она. Такси включило радио – и в следующую секунду Кэт услышала женский голос, рассказывающий историю о страданиях другой женщины. «Нет, им не разбить меня изнутри, я знаю прошлое так же хорошо, как настоящее», – подумала Кэт.

– Отставьте эту передачу, – бросила она. – И держите курс прямо.

И Кэт стала внимательно слушать мыльную оперу в несущемся вперед такси.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Вопреки природе и здравому смыслу светало Такси потихоньку сходило с ума, в панике восклицая:

– Нет, вы видели, мисс? Внизу на шоссе – древний наземный автомобиль!

Такси спустилось ниже, чтобы Кэт смогла оценить.

– Вижу, – откликнулась Кэт. – Форд тысяча девятьсот тридцать второго года. Таких моделей давно нет, их пережило несколько поколений.

Кэт быстро соображала, оценивая происходящее.

– Так, мне нужно выйти.

– Где? – такси решительно не понравилась ее идея.

– Вон в том городке впереди. Посади на какую-нибудь крышу.

Она почувствовала внезапное спокойствие. Теперь понятно, что все дело в наркотике. Так будет продолжаться, пока JJ-180 не выработает свой ресурс в обменных процессах и не выведется из нервных клеток мозга. JJ-180 захватил ее врасплох, но в конечном счете она так же неожиданно вернется в свое время.

– Мне нужно найти банкомат, – сказала она. – И не выключай счетчик.

Тут Кэт поняла, что у нее нет денег этого времени, старинных долларов образца тридцатых годов. Без денег здесь все под запретом. Что она может в таком случае сделать? Позвонить президенту Рузвельту и предупредить о Перл-Харборе, пришло ей в голову. Изменить ход истории. Может, тогда не изобретут атомную бомбу.

Кэт ощутила себя совершенно бессильной, и в то же время наделенной могущественной властью. Ведь она здесь человек из будущего. Ее охватили смешанные чувства. Может, захватить отсюда какой-нибудь артефакт для Вашинга-35?

– Постой, – задумчиво пробормотала Кэт. – Вергилий Аккерман был в это время маленьким мальчиком? Значит... Что это значит? – воспрянула она.

– Ничего, – ответило такси.

– Теперь Вергилий у меня в руках, – она открыла сумочку. – Я дам ему что-нибудь, к примеру, доллары. Назову даты, когда США будет вступать в войну, и Вергилий сможет использовать эти знания. Например, играть на бирже. Найдет, в общем, что делать, он всегда был смышленым мальчуганом, намного умнее меня.

Господи, но что Кэт может сделать? Объяснить Вергилию устройство какого-нибудь прибора, чтобы он мог его изобрести и запатентовать? Посоветовать ставить на боксера Джона Луиса в каждом поединке? Купить землю в Лос-Анджелесе, которая скоро вырастет в цене? Что можно рассказать восьми-девятилетнему пацану, когда знаешь все происходящее на сто двадцать лет вперед?

– Мисс, – погрустневшим голосом напомнило такси о своем существовании. – У меня горючее на исходе.

Кэт покрылась ледяным потом.

– Но у вас же его на пятнадцать часов!

– Бак был неполный, – неохотно призналось такси. – Моя вина. Простите. Я как раз ехал на заправку, когда вы меня остановили.

– Проклятая бандура! – в ярости воскликнула Кэт.

Ничего не поделаешь, до Вашингтона тысяча миль, и им туда не добраться. А такси заправки нужен высококачественный протонекс лучшей очистки, которого не сыщешь в этом веке.

Однако такси подбросило ей другую идею. Протонекс – лучшее горючее всех времен и народов – добывалось из морской воды. Надо было набрать бутылочку протонекса из бака такси и послать отцу Вергилия Аккермана, попросив отдать жидкость на анализ.

Нет, она не сможет послать письмо: у нее даже нет денег на марки. В кошельке Кэт имелось отделение, в котором пряталось несколько мятых почтовых марок, но все они были из ее эры, из две тысячи пятьдесят пятого года.