Измена. Сбежать от мужа (СИ) - Элль Ива

нехорошее. На моей памяти это был первый и единственный раз, когда она за что-то вообще извинялась.

— Что стряслось?

— Твой отец, — она глухо всхлипнула. — Он меня бросил.

22

Разговор с матерью оставил тяжелое впечатление. Что и говорить, сейчас она понимала меня, как никто.

Я, конечно, слышала, что мужчины после пятидесяти начинают чудить, но не думала, что придется убедиться в этом воочию. Судя по рассказу, отец ушел к их соседке, молодой учительнице местной школы.

Мой отец, которого я знала, как себя, всегда такой спокойный и серьезный! И это притом, что они с матерью практически никогда не ссорились и во всём находили общий язык.

Но всё когда-то бывает впервые, и иногда очень даже внезапно. Мне ли не знать.

Я пообещала, что приеду её поддержать. Взяла билеты на ближайший поезд и перезвонила Марине.

Не бывать мне, видимо, фотомоделью… Хотя та уверила, что ничего страшного, я могу передумать и назначить встречу в любое другое время, она только обрадуется такому раскладу. Очень приятная девушка.

Было бы неплохо, если этот сделанный от отчаяния выбор превратится во что-то действительно стоящее.

Я быстро собрала свою единственную сумку, погрузив туда все имеющиеся вещи. Как только найду работу, прикуплю себе ещё, иначе весь этот набор смотрелся крайне скудно.

Большая часть одежды так и осталась у Марка. Сомневаюсь, что у меня выдастся возможность у него их забрать. Да и желания снова с ним встречаться у меня нет.

В дверь постучали так внезапно, что я вздрогнула от неожиданности.

Ну сколько можно? Так и до невроза недалеко.

За дверью обнаружилась соседка. Странная бабуля в бордовом халате с золотыми пуговицами.

На моё вежливое приветствие она окинула меня оценивающим взглядом и заговорщически прошептала, косясь на соседскую дверь:

— Я вижу, что ты приличная девушка, поэтому хочу предупредить.

Я только моргнула, не понимая толком, как себя с ней вести. Глеб, помнится, говорил, что она слегка не в адеквате. Хотя, если не обращать внимания на эксцентричное поведение и экстравагантный наряд — ничего из ряда вон.

Обычная женщина в возрасте, которая не гнушается следить за собой, даже переступив порог семидесятилетия.

— Предупредить о чем?

Она наклонилась ближе, обдавая ароматом нестареющей классики французских духов.

— Держись подальше от этого блондинчика.

— От Глеба?

Бабуля кивнула, поджав губы.

— Он выселил отсюда всех жильцов. Из всего дома! И мне предлагал, а когда я отказалась даже угрожал. Но мы не лыком шиты, — гордо усмехнувшись, она снова бросила гневный взгляд в сторону квартиры Глеба.

— Спасибо, — протянула я удивлённо, — буду осторожней.

— Уж постарайся. Не знаю, для каких целей ему весь этот дом, но явно не для чего-то хорошего, раз имеет наглость угрожать одинокой пожилой женщине. Да и остальных он не просто так отсюда выпроводил. Девять семей!

Хмыкнув, она кивнула на прощанье и с гордо поднятой головой прошествовала к себе.

Я захлопнула дверь и удивленно воззрилась на свое отражение в зеркале прихожей. Вот это новости…

Глеб угрожал старушке? Это что-то явно из ряда вон. Хотя насчет выкупа квартир всё звучало более, чем логично. Ведь у него бизнес, связанный с недвижимостью, так?

Хм… усевшись на подоконник, я задумчиво провела пальцем по запотевшему от моего дыхания стеклу.

Может, бабуле показалось?

Да и разве нужно Глебу быть ангелом со всеми? Тем более, если его деятельность завязана с чем-то опасным. Думается, не зря вокруг него крутятся эти плечистые мужики…

Наверняка, сосед занимается чем-то помимо недвижимости. Тем, о чём мне лучше и не знать вовсе.

И что насчет квартиры, в которой живу я? Может он хочет выкупить и её? Кто бы вообще знал, что творится у него в голове. С одной стороны заботливый и внимательный мужчина, с другой — угрожает бабушкам и вымогает квартиры.

А ещё без спроса нарушает чужое личное пространство и фотографирует исподтишка — услужливо подсказала память.

Бабуля права. От Глеба следует держаться подальше. Слишком близко я его к себе подпустила.

Ну что ж, как раз с завтра и начну. Погощу недельку у матери, вот и отдалюсь во всех смыслах.

Однако Глеб был другого мнения на этот счет. Уже поздно вечером, когда я, переодевшись в пижаму, выставляла будильник на шесть утра, чтобы не проспать поезд, в дверь постучали.

Тяжко вздохнув, я поднялась с дивана, размышляя, стоит ли открывать. Может, всё же притвориться спящей? Одиннадцать вечера как-никак. Кто ходит по соседям в такой час?

Но, с другой стороны, может, там что-то важное?

Важным оказался мой сосед. Очень не хотелось ему открывать после сегодняшней встречи, но я пересилила себя, о чём тут же пожалела.

— Уже спишь? — мужчина оглядел мою скромную сиреневую пижаму, качнувшись вперёд, и я с удивлением осознала, что он пьян.

— Глеб, ты…

— Да, да, не переживай, приехал на такси. Я просто зашел сказать, что мне очень жаль. Я смотрю на тебя, и мозг отрубается, начинаю творить какую-то дичь. Никогда со мной такого не было…

Вот только непрошенных откровений мне на ночь не хватало.

— Давай я помогу тебе дойти до квартиры? Мне завтра рано вставать, поэтому…

Его взгляд скользнул за мою спину, заметив собранную сумку, поверх которой лежал паспорт.

— Куда-то едешь?

— Да. Ненадолго, по делам. Семейные проблемы.

— Одни проблемы у тебя в последнее время, бедная ты моя девочка.

Напряженно улыбнувшись, я красноречиво поёжилась, давая понять, что не желаю больше мерзнуть на сквозняке.

Но тот то ли не понял, то ли не захотел понять.

У меня не было ни малейшего опыта общения с пьяными мужчинами, и, что ещё хуже — с мужчинами влюбленными, поэтому я совершенно не знала, что предпринять.

— Глеб, пожалуйста, иди к себе, я хочу спать.

— А потом ты уедешь, и мы так и не поговорим?

— Можем поговорить по телефону.

Он снова качнулся вперед, едва ди не вваливаясь в мою прихожую. Я отпрянула, понимая, что вряд ли смогу вытолкать его обратно в подъезд.

— Ну нет, по телефону совсем не то, — выдохнул он, невозмутимо стягивая с себя пальто. — Так что давай сейчас.

* * *

— Не смотри на меня так, девочка, я не кусаюсь.

Замерев у стены, я напряженно следила, как тот вешает пальто на ручку входной двери.

Видимо, я совсем ничего не понимаю в людях. Просто ничегошеньки.

Сначала Катя, которая пообещала помочь, а затем исчезла, как только всплыла странная информация. Про Марка не хочется даже вспоминать.

И вот теперь Глеб.

Хотя, может я только преувеличиваю? Кто их,