Без права на ошибку - Юлия Вернер

– Я так не думаю, – прошептала я, не сводя глаз с темного силуэта, протягивающего руку к звонку.

Буквально через минуту дверь открылась, и на порог вышел отчим.

– Вот Михаил точно скажет, где я. Из благодарности. Все-таки, он спас его сына, – пробормотала я, замечая, как тот махнул рукой на дом Ани. – Мы попали. Кажется, он ему и вправду сказал, где я! – я отвернулась от окна и села на пол, хватаясь за голову.

– Авдеев идет сюда, – сообщила мне девушка. – Что делать? Нужно сказать моим родителям, что нас нет дома, мы… гуляем!

Раздался звонок во входную дверь.

– Поздно, – прошептала я, нервно кусая губы и смотря куда-то пред собой. – Я не пойду к нему. Не хочу. Я не вынесу этого…

Аня вздохнула и упала рядом со мной.

– Ну, он дает. У меня нет столько наглости.

Я повернулась к подруге.

– Бизнесмены все такие. Они по головам идут ради того, чтобы добиться желаемого.

Звонок в дверь повторился, кажется, никто ее открывать не спешил.

Вдруг мы услышали голоса на первом этаже и разом напряглись. О чем именно шла речь расслышать не получалось, но разговор был не на повышенных тонах, наоборот, тихий, даже, кажется, слышался женский смех. Внезапно все стихло, и прямо через мгновение мы услышали шаги, которые направлялись прямо к нашей комнате.

Раздался стук в дверь, и тут в щелку просунулась голова Аниной мамы.

– Катюш, там молодой человек просит тебя спуститься вниз, – улыбчиво прощебетала она. – Приятный такой, красивый.

Аня фыркнула и, скривившись, ответила:

– Ма, это Авдеев!

Глаза Елены Викторовны увеличились, она явно была в шоке.

– Тот самый?

Мы синхронно кивнули.

– Так, а…

Я поднялась с пола.

– Я спущусь, – тихо сказала. – Он из-за меня здесь, я не хочу доставлять вам хлопот.

– Да брось! – мама Ани махнула рукой. – Хочешь, я прогоню его?

Я отрицательно помотала головой, подошла к двери и обернулась к подруге.

– Не нужно, я разберусь, – и вышла из комнаты, направляясь вниз, в прихожую, где в темном пальто и злее добермана стоял сам Авдеев.

Я не спеша подошла к нему, стараясь держать отстраненное лицо, и сложила руки на груди, что придавало мне чуть больше уверенности в себе.

Мы, молча, смотрели друг на друга меньше минуты, когда Денис, наконец, заговорил первым.

– Выйдем?

Я посмотрела себе под ноги.

– Я в пижаме.

Отговорка года.

А ведь и, правда – на мне были серые штаны, по типу спортивных, белая футболка с группой «Queen», розовые теплые носки и синие тапочки с бубонами, волосы были небрежно завязаны в пучок, а на лице ни грамма макияжа.

Мужчина посмотрел на меня снизу вверх и тихо хмыкнул.

– Ничего, – он тут же снял с вешалки куртку, в которой я пришла сюда. – Не замерзнешь.

Я нахмурилась, не двигаясь с места.

– Ни куда я с тобой не пойду. И вообще ты зря приехал.

– Вот в машине и разберемся, зря или нет, – он придержал куртку так, чтобы я ее надела и мне пришлось подчиниться.

В конце концов, выйдя с ним на улицу, я почувствовала себя последней дурой, и не потому, что вышла на улицу одетая как какая-то бомжиха, а потому что позволила Авдееву вытащить меня на разговор.

Сев в еще теплый салон машины, я смотрела куда-то перед собой, не желая смотреть на брюнета.

– Ну и?.. – Денис смотрел на меня. – Ты объяснишь мне, что случилось? Ты ни с того ни с сего стала меня игнорировать. Я в чем-то виноват?

Я повела плечом.

– Я так решила.

– Должна быть причина.

Я нервно засунула руку в карман, отыскивая в нем свой телефон, а когда нашла, открыла скриншот с «милой парочкой» и буквально сунула Авдееву в лицо.

Он смотрел на это несколько секунд, а потом перевел взгляд на меня. По выражению лица Дениса вообще было не понятно, что хотя бы примерно творится в его голове.

– Где ты это нашла? – тихо спросил он, но в голосе послышались раздраженные нотки.

Я убрала телефон обратно в карман и поджала губы.

– А какая разница? – решила ответить вопросом на вопрос.

Авдеев подался вперед.

– А в том, милая моя, что это ложь, – он тяжело вздохнул. – Понимаешь ли, журналисты частенько сочиняют небылицы, чтобы выкинуть в свет сенсацию. Ты сама учишься на журфаке, должна это знать и понимать. Вика моя подруга, не более того. Эта фотография с открытия ее салона, который я проектировал.

Брюнет говорил уверенно, но я ему все-равно не доверяла. Ну, то есть, я бы хотела в это верить, но в душу все-равно закрадывалось сомнение.

– Катя, я бы ни за что так не поступил с тобой, –  заговорил он более мягко.

– Зачем ты мне это говоришь? – оживилась я. – Даже если все действительно так, то мне все-равно. Мы с тобой просто… – я запнулась. – Хорошие знакомые, – нашлась мгновенно.

– «Просто хорошие знакомые» в губы не целуются, – заметил он и я смутилась.

– Я не просила целовать меня! Ты сам…

– Сам? А ты, прошу заметить, не сопротивлялась, – мужчина говорил тихо, не повышая на меня голоса. – И мы давно уже не «хорошие знакомые», Катя. Ты прекрасно понимаешь, что между нами происходит кое-что большее.

Я растерянно похлопала глазами и скривила губы.

Честно говоря, он застал меня врасплох своими откровениями.

– Зачем ты делаешь это? – тихо проговорила я, опустив глаза на свои сомкнутые в замок ладони. – Для чего я тебе нужна?

Авдеев откинулся на спинку сидения и вздохнул, продолжая смотреть на меня.

– Сам не знаю, – тихо ответил он. – Но когда ты там, в актовом зале, стала лезть на рожон, я посмотрел на тебя другими глазами. Ты выделялась из общей массы. Я пытался выбросить тебя из головы, но не смог. Называй это как