Прикосновение - Розалин Уэст

— Наша работа еще не выполнена, — последовало зловещее предупреждение.

— Вы явились, чтобы застрелить меня на моем парадном крыльце? — выкрикнула она полным страха голосом. И хотя Джуд понимала, что могло означать их предупреждение, волосы у нее встали дыбом, она не могла отступить, когда у нее за спиной в доме находилась ее семья.

— Мы явились, чтобы дать вам еще один шанс подумать над ошибкой, которую вы совершаете.

— Над какой ошибкой? — Джуд угрожающим жестом подняла винтовку. — Вы уже получили мой ответ. Здесь больше не над чем думать.

Жуткий смех разнесся в ночном воздухе, и холод пробрал Джуд до самых костей, когда мужчина произнес, растягивая слова:

— Женщина здесь одна — так что может произойти что-нибудь страшное.

Джуд вздрогнула, ее потные руки скользнули к курку винтовки. «Они не посмеют, не посмеют!» — убеждала себя Джуд, но за этим дерзким стремлением успокоить себя дрожала неуверенность. Никогда еще она так остро не ощущала своей изоляции. Почему не посмеют? Что удержит их от того, чтобы под покровом темной ночи забрать все, что им захочется? Кто их остановит? Только она. Пришло время продемонстрировать силу, но что ей делать, чтобы не получилось обратного результата, если они разгадают ее обман? Сможет ли она на самом деле нажать на спусковой крючок, чтобы напустить смерть на своих незваных гостей? И существовала ли хоть малейшая возможность того, что она попадет в кого-нибудь из них, если найдет в себе мужество? Она была одна с братом и стариком, и только она одна несла ответственность за разрушительные последствия. Доведенная до отчаяния, она неистово молилась в надежде найти средство для спасения.

— Вы ошибаетесь, ребята, — неожиданно раздалось за явление из темноты крыльца позади Джуд. — Леди не одна.

Никто из мужчин не был удивлен больше, чем Джуд, увидев крупную фигуру, выступившую вперед в неровном мерцании света. Долтон потянулся вперед, безошибочно взял винтовку из ее ослабевших рук и со знанием дела щелкнул затвором, чтобы привести оружие в готовность. Он стоял рядом с ней как символ непоколебимой уверенности и силы, и его незабинтованные глаза смотрели на всадников, словно он для будущей кары запоминал каждую деталь, начиная от складок на брюках и до последней пылинки.

— Я предложил бы вам, ребята, выбрать для визита более подходящее время. Сегодня уже немного поздновато для приема гостей, — винтовка выразительно пробежалась по налетчикам, — если вы, конечно, на этом не настаиваете.

И ни одному из нападавших и в голову не пришло, что этот мужчина не может ничего видеть из своей внутренней тьмы.

— Мы не собираемся ссориться с вами, мистер. Мы просто пришли передать леди сообщение. Давайте, парни, пора ехать. — И так же быстро, как появились, они ускакали в ночь.

— Они уехали? — наконец спросил Долтон.

— Да. — Джуд дрожащими пальцами коснулась руки, державшей наготове винтовку, и направила дуло вниз. — Благодарю вас.

— Ну и ну, это нужно было видеть! — бурно ликовал Сэмми.

— Оставайся в доме, — приказала Джуд надтреснутым от страха голосом. — Они могут вернуться.

— О, я сомневаюсь, — протянул Долтон. — Они, как койоты, незаметно подкрадываются, чтобы вынюхать легкую добычу. Они не вернутся за тем, что требует от них приложения силы.

— Вы уверены?

— Я хорошо знаю таких типов, так что можете возвращаться и спать спокойно. Им недостаточно заплатили, что бы они искали себе лишнюю работу, с которой не смогут справиться. — Долтон Макензи снова оказался дерзким самоотверженным героем.

Трепет благодарности, начавшийся внутри у Джуд, постепенно изгонял страх, который был там всего несколько мгновений назад.

— Слава Богу, — вздохнула Джуд. Она забрала у Долтона винтовку и позволила ему взять себя под руку. — Вы выглядели очень впечатляюще. Я почти поверила тому, что видела.

— Так же, как и они. Джозеф сказал мне, чтобы я сделал четыре шага и стоял как вкопанный. К счастью для нас, они ничего не поняли. И мне повезло, что свет был плохим, потому что я, кажется, надел рубашку наизнанку.

Теперь, когда напряженность момента осталась позади, так приятно было посмеяться. Но пока Джуд вела обратно в дом их храброго спасителя, она почувствовала, как возникает другая напряженность: что-то тлело и готово было вспыхнуть, как сухая-трава от малейшей искры. Джуд осознавала опасность, понимала, что должна защититься, отойти, обрести твердую почву под ногами и укрыться, прежде чем будет уничтожена надвигающейся бурей страсти. Однако как мощные всполохи, которые раскалывают небо, так и эта не находившая выхода потребность в мужчине, шедшем рядом с ней, притягивала и одновременно пугала своей темной и беспощадной магией.

— Джозеф, уложите Сэмми, пока я провожу мистера Макензи.

— У-у-у, Джуд…

Джуд выразительно посмотрела на брата, и он, сделав кислую мину, опустился на свою постель. В длинной ночной рубашке он был похож на обидевшегося маленького мальчика — на очень большого маленького мальчика. Но Джуд была уверена, что он не станет возражать, и, когда она повела Долтона к спальне, Сэмми отодвинул Бисквита с середины соломенного тюфяка, чтобы свернуться калачиком рядом со старым псом.

Печальный взгляд Джозефа последовал за Джуд, но сам он остался на месте.

Когда она повела Долтона к кровати, он снова оперся на ее руку.

— Вы не зажгли лампу.

— Мне не нужна лампа, в этой комнате мне знаком каждый дюйм, — отозвалась она. — После смерти отца Сэмми часто снились страшные сны, и я спускалась сюда, чтобы посидеть с ним. Он быстрее успокаивался без яркого света.

— Мне он не помешает, — слегка улыбнулся Макензи.

Джуд зажгла лампу, и мягкий свет осветил комнату. Честно говоря, она предпочла бы остаться в темноте, чтобы не видеть лица Долтона и не напоминать себе, что он считает ее красивой, потому что не может ее увидеть.

Без повязки на глазах он, казалось, следил за Джуд, его взгляд не отрывался от нее и провожал каждое ее движение, хотя она понимала, что это только иллюзия, что он просто следует за звуком. И все же его поведение лишало Джуд присутствия духа, она забыла, какими яркими и жгуче-синими были его глаза. У Долтона вокруг глаз еще оставались незажившие места, а участки новой розовой кожи резко контрастировали с прежней загорелой кожей щек. Его ресницы и брови местами отсутствовали, и это придавало ему несчастный, измученный вид, который только усиливал его демоническую привлекательность. «Как он красив», — подумала Джуд.

— Эти люди, кто они? — настойчиво спросил Долтон.

— Местные хулиганы, — ответила она, расправляя простыни, еще хранившие тепло его тела. Его простыни, его постель, такая близкая, такая соблазнительная. «Боже, помоги мне». Джуд хотела в эту постель — к нему.