5-я книга. В подземельях Бидрупа. - Карр Алекс

Хельхорцы даже понятия не имели о том, кто такие снежные дьяволы, но видя блеск в глазах своего собеседника и слыша страсть в его голосе, понимали, что отдав в жены варкенцу свою дочь или сестру, они приобретали нечто большее, чем свадебные дары, полагающиеся в таком случае. Им очень импонировало, что их знойный, пылкий и веселый Хельхор обрел верного союзника в лице этого холодного и сурового мира, населенного такими страстными и решительными людьми.

Однако, свадебные дары вовсе не показались хельхорцам, которым посчастливилось сбагрить с рук свое любимое чадо, несущественными и малоинтересными. Для Хельхора, на котором издревле бытовал обычай беря в жены девушку, вступающую в свой первый брак, платить выкуп за невесту, обычай Варкена приносить в семью невесты свадебные дары был само собой разумеющимся, вот только они никак не ожидали того, что эти дары будут такими богатыми. И если на Хельхоре гешафт за невесту платили деньгами, то варкенские свадебные дары выглядели несколько иначе и котировались куда выше.

Варкенские свадебные дары это вообще случай совершенно особенный, так как варкенцы на дух не выносят вида денег в подобной ситуации, ведь тогда получается, что ты не благодаришь родителей невесты, а просто покупаешь себе наложницу. Поэтому варкенцы дарили родителям невесты иридиевые пластины, плиты солопласта, одного из самых дорогих поделочных материалов в галактике, массивные слитки багряно-алого, варкенского золота и сверкающего лунным светом серебра, необработанные драгоценные камни, знаменитый на всю галактику скальный жемчуг и биоконтейнеры с не менее знаменитым живым мхом. Это были, пожалуй, самые ценные из даров. Затем шли толстенькие бруски ледового кипариса и черного, лакового дерева, особо ценимые мастерами и ремесленниками, но все-таки самый ценный свадебный подарок получали сами невесты – мягкую варкенскую броню, а некоторые из девушек, которые приглянулись отпрыскам из самых богатых кланов, даже живую одежду, редкие и чрезвычайно дорогие Серебряные Туники, цена которых переваливала за два, а то и три миллиона галакредитов.

Подарки женихов-варкенцев может быть и имели непрезентабельный вид, но зато отличались большой стоимостью и любой из папаш мог в пять минут превратить эти, вроде бы незамысловатые, вещи, в звонкую монету, если так, конечно, можно выразиться в отношении галакредитов, – купюр, изготовленных из сверхпрочного, негорючего пластика, столь велика была популярность некоторых варкенских товаров.

Так за один молодой коврик варкенского живого мха в любом из магазинов или продавая его с рук, обладатель этой редкости мог получить не менее пятисот тысяч галакредитов, поскольку всем в галактике было известно, что больше нигде не отдохнешь так хорошо, как сидя в кресле, покрытом живым мхом, который обладал удивительным свойством высасывать из тебя все душевные горести. Да, к тому же этот сухопутный моллюск живет более трех тысяч лет и обладает просто редкостной приспособляемостью.

Живой мох ценился очень высоко даже не смотря на то, что ежегодно каждый взрослый экземпляр давал до полутора десятков пушистых, ярко-зеленых шариков, величиной с крупную горошину, которые, вроде бы, должны были сами вырасти через несколько лет в симпатичные, зеленовато-бурые коврики с длинным ворсом. Правда, до сих пор еще никому не удалось вырастить это привередливое существо, но никто пока что и не думал прекращать опытов по этой части. Уж слишком было велико искушение проникнуть в одну из тайн Варкена.

Как бы то ни было, варкенцы, вручая биоконтейнеры с живым мхом, советовали не особенно увлекаться экспериментами по выращиванию отпочковавшегося молодняка, а упаковывать его в биоконтейнеры и отправлять на Варкен, в клан, на фермах которого он был выращен. Это гарантировало, что за каждую сотню отпочковавшихся побегов хозяин получит еще один коврик-телепат.

Свадебные дары были подготовлены и вручались родителям невесты с тонким расчетом. Для того, чтобы обратить их в наличность, им не потребовалось бы особых усилий, так как иного способа получить самые ценные из варкенских товаров, кроме как перекупить их у семьи девушки, отправившейся на Варкен, просто не существовало, а поскольку они пользовались высочайшим спросом и постоянно росли в цене, то и рассматривать их следовало, как самое удачное приобретение. Разумеется, оборотистыми хельхорцами это было оценено самым лучшим образом и, не смотря на то, что дарителей было достаточно много, мало кому удалось перекупить свадебные подарки варкенских женихов.

Не мудрено, что уже через неделю с небольшим большая часть женихов нашла то, за чем отправилась через полгалактики, а тех которые остались, можно было смело отнести к самым хитроумным и изобретательным из варкенцев. Ведь они были не только озабочены выбором спутницы жизни, но и подыскивали выгодные коммерческие предложения и, пользуясь удобным моментом, заводили полезные знакомства на богатой и процветающей планете, которая, вдобавок ко всему, была федеральной столицей.

Здесь уже хельхорцам пришлось поразиться цепкой деловой хватке варкенцев, за которыми вроде бы не водилось репутации прожженных дельцов, если не брать во внимание Звездного Князя, сумевшего в рекордно короткие сроки стяжать себе славу одного из богатейших людей галактики. Тем не менее граждане Хельхора были рады массированному десанту варкенских женихов, а некоторые даже сожалели о том, что никто из традиционных соперников и врагов их мира не подгадал к этому времени какой-нибудь военной провокации в отношении их планеты.

Вот бы была потеха на всю галактику. Хотя как раз президент Хельхора этого случая не упустил. Он под шумок умудрился объявить подмандатными семь спорных звездных систем и молниеносно разместил там несколько десятков тысяч своих сограждан, отважившихся на такую авантюру. Ввиду явного военного преимущества Хельхора, сложившегося на тот момент, никто из соседей, включая воинственно настроенный Кларион, так и не посмел возразить против этого демарша, а миляга Гирш поднабрал себе в актив недостающих очков, которые ему скоро должны были пригодиться.

В отличие от варкенских женихов и хельхорских политиканов, дела у отцов-хранителей кланов шли далеко не так быстро, как того хотелось некоторым антальцам. С того момента, как основная флотилия варкенцев прибыла к Хельхору, прошло уже шестнадцать дней, а примирение Мерков и Нордов так еще и не произошло. То под одним, то под другим, явно вымышленным и надуманным предлогом, церемония примирения откладывалась.

Сначала малые кланы заявили, что они хотят удостовериться в том, что большие кланы примут это примирение без каких-либо оговорок. Затем средние кланы принялись на все лады распекать и малые и большие кланы за то, что и те и другие ведут себя как последние болваны, чем сподвигли отцов-хранителей шести из семи больших кланов, собраться на одном из ледников Северного Антала на свой совет, после которого они во всеуслышание заявили, что никогда не откажутся от своего слова. Это произошло на восьмой день пребывания варкенцев в Звездном Княжестве, после чего было даже намечено время начала церемонии утром следующего дня, но под вечер нескольким отцам-хранителям из средних кланов взбрело в голову заняться освящением амфитеатра на свой собственный лад. Как только это было совершено, нашлась еще какая-то причина, из-за которой церемония вновь была отложена еще на несколько дней.