Kurohibi. Черные дни - Gabriel

этих озабоченных пустышек, как ты мог заметить. Это означает, что Икари потерял свою последнюю соломинку.

Женщина развернулась спиной к Синдзи и еле заметно задергала плечами — то ли от тихого смеха, то ли от плача. А тот, за первым шоком ощутив, как на его сердце навалился сгусток невыносимо тяжелой массы, бесконечно отчаянной тоски, подняв внутренности комом к горлу и затуманив взор мутной пеленой, сжался пополам и рухнул на колени — не чувствуя больше ни боли, ни страха, ни тревоги. Он увидел ответ, который уже знал, и теперь был готов принять.

«Наконец-то. Они идут».

— Надежды больше нет, — тихо прошептала Рицко. — Ни у кого. Я не знаю, что ты задумал, не знаю, чего хотят старики, Ангелы, весь этот чертов мир… Да и мне уже все равно. До его сердца мне так и не удалось достучаться…

И тут ее рука, плавно качнувшись, вытащила из кармана небольшой короткоствольный револьвер, начавший подниматься вдоль грудей женщины куда-то вверх. А Синдзи, даже не видя ее движения потемневшим взглядом, только внутренне ощутив болезненный укол в сердце, да тревожный звоночек в голове, не думая сорвался с места, прыжком накинулся на Рицко и в слепую ударил ногами в бок.

Грянул оглушающий выстрел. Женщина каким-то чудом удержалась, краем глаза успев заметить его приближение и машинально вскинуть руку, чтобы загородиться, так что пуля отлетела в сторону — прямо в стекло аквариума, оставив тонкую кольцеобразную сеть трещин. Клубок Рей, увлеченный играми самим с собой, этого даже не заметил. Сама Рицко в легком недоумении подняла брови на бледном ошарашенном лице, словно гром выстрела привел ее в чувства из транса, и тогда Синдзи воспользовался этим секундным шансом, вцепился в ее неожиданно крепкую руку и обхватил ладонь. Вот только его травмированный палец не позволил ему выкрутить пистолет, и вместо возни с попыткой завладеть оружием он просто вдавил спусковой крючок. Прогрохотали еще пять ударов, сопровождаемые яркими всполохами пламени, а затем все затихло. К удивлению Синдзи сопротивления женщины он так и не ощутил, наоборот, взглянув в ее лицо, невольно оцепенел — та, скривившись в какой-то внутренней муке, горько заплакала, размазывая тушь по щекам, и обессилено рухнула на пол.

Он не стал удерживать тихо зарыдавшую Рицко. Отбросив пистолет, Синдзи поднялся, поправил рубашку и спокойно сказал:

— Вы торопите события, доктор. Мне еще не хватало быть убитым в шаге от триумфа. Как бы вам ни было тяжело, помните — придут Ангелы и всех нас спасут.

И в этот момент стекло в аквариуме звучно затрещало, из пулевых отверстий засочилась оранжевая жижа, и вдруг раздался громкий дребезжащий хлопок. Передняя витрина, расколотая трещинками от пробоин, разломилась пополам и от давления жидкости выдавила треснутое стекло, высвободив огромный по своей массе бурлящий поток. Несколько тонн LCL вырвалось стремительной волной, забрав за собой затрепетавшие обнаженные тела Рей, и, даже несмотря на отдаленность Синдзи и Рицко от аквариума, их окатил бурный поток водянистой жижи, едва не сбив с ног его и чуть не утопив женщину.

Жидкость еще разливалась по помещению, волнами окатывая ее тело, когда Акаги разошлась кашлем, от неожиданности заглотнув ее носом, и уже промокшая насквозь попыталась подняться, как вдруг ощутила множественное движение вокруг себя. Замерев в предчувствии опасности, она вскинула испуганный взгляд, и буквально покрылась льдом, увидев, что безумно хихикающие Рей окружили ее в кольцо, впившись своими жуткими змеиными глазами, полные алой жажды, и медленно двинулись к ней на четвереньках. Испуганно вскрикнув, Рицко заметала головой из стороны в сторону, как вдруг обнаружила у открытого лифа Синдзи, приветливо ей улыбающегося и размахивающего каким-то образом стянутой у нее картой-пропуском. Распахнув рот, в ужасе сжавшая лицо женщина что-то отчаянно выкрикнула, но ее речь заглушил вдруг резко пронзивший помещение протяжный вои сирены.

— А вот и Ангелы… — усмехнулся Синдзи.

И трезвон тревоги будто послужил сигналом для двух десятков клонов Рей, что сорвались с места и, словно стая гиен перед раненой антилопой, всей гурьбой набросились на женщину, полностью накрыв ту своими извивающимися мокрыми телами. Где-то в глубине закопошившейся кучи раздался дикий крик, треск разрываемой одежды, множество вожделенных стонов, и где-то в проблесках фигур на блестящей белоснежной коже голубовласок замелькали кроваво-красные пятнышки.

Двери лифта закрылись, когда крик Рицко стих под давлением облепивших ее тел, и Синдзи отправился обратно на поверхность. Под непрекращающийся рев сирены он по памяти стал проходись через виденные ранее коридоры, пока не вышел в темный закуток, где все так же на четвереньках стояла схваченная в аппарате тихо стонущая Майя. Бросив взгляд на столешницу, Синдзи взял скальпель, перерезал трубку, соединяющую ее рот и попку и уже наполненную вязкой массой, так же распорол электроконтакты с жутковатого налившегося возбуждением члена и грудей и только после этого осторожно снял с нее маску и повязку. Из-под них проявилось совершенно сокрушенное и изнеможденное лицо с опустошенными и затуманенными глазами, заплывшими от накопившихся слез. Немного повозившись с опорами, Синдзи высвободил ее конечности из установки, осторожно поставил девушку на ноги, аккуратно поддерживая за плечи, и, стараясь не смотреть на покачивающийся эрегированный пенис, вручил ей в руки скальпель и карту.

— Доктор Акаги ждет тебя внизу, — медленно произнес он ей на ухо. — Вперед, еще можешь успеть.

Сначала Майя никак не отреагировала, но тут Синдзи вдруг заметил слабо пробивающийся огонек мыслительной деятельности в ее глазах, нечто перевариваемое глубоко в душе и терзающее ее израненное сердце.

— Сэмпай… — тоненьким шершавым голоском выдохнула девушка.

— Да, сэмпай там, внизу. Просто иди вперед по коридору к лифту, и скоро ее найдешь.

— Сэмпай… сэмпай…

Повторяя слово, словно мантру, Майя сделала слабый шаг, так и не прояснив свой взгляд до конца и не выйдя из потерянного транса, затем еще и еще, жутким призраком со скальпелем в руке, покачивающимся эрегированным членом и красной краской истомленного возбуждения на теле отправившись к выходу.

Синдзи прибыл в ангар с Евой спустя почти полчаса, хоть возвращение обратно заняло куда меньше времени, чем спуск под землю. Несколько раз едва не заблудившись, он все же миновал пустые лаборатории, инженерные отделения и оккультные комнаты, с некоторым облегчением встретив засуетившихся техников в уже знакомых ему секторах базы. Сирена отошла на второй план, и теперь из громкоговорителей звучали четкие голоса операторов, информирующих о состоянии замеченного Ангела, уровне готовности подразделений и первых попытках исследовать очередного посланника, включая его реакцию. Сейчас Синдзи больше всего интересовала готовность Ев,