Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ) - Шаман Иван

– Нет. Я бежала сломя голову, так что не особенно ее запомнила, – грустно покачала головой воительница. – Но если мы вернемся по моим следам, найдем.

– Ой, какие мы впечатлительные, – усмехнулся Хироши, держащийся чуть позади. – Вначале бросаешься в рукопашную и нападаешь на молодого господина, а потом сразу «не ешьте».

– Мы должны проверить мою подругу, – жалобно попросила девушка. – Может, она еще жива?

– О, да у нас тут настоящая драма, – присвистнул Хироши. – Не знаю, что с той девушкой, но твоего господина мы спасли.

– Может быть, но мы должны проверить, – покачав головой, ответил я и на всякий случай снял с плеча глефу. Я не первый раз чувствовал приближение чужой души, встречались и мелкие грызуны, и некрупные хищники, от которых, очевидно, защищались забором иглосвины, но сейчас передо мной мерцал явный и четкий отпечаток Юань‑ци.

– Логично, – пришлось признать эльфу. – Но даже если мы найдем Имаджин, как ты собираешься защитить ее от тех же тварей? От сошедшего с ума Кувата и Ичиро?

– Вы правы, господин, – нехотя кивнул эльф. – Нам сюда.

– Не нагнетай. И без тебя тошно, – отмахнулся я. – Не мы выпустили или создали болезнь. Это сделал Шунюан.

– Ты слишком беспокоишься о нашей гостье, – покачал я головой.

– Я… я думала, что это вы заражены, господин, – заикнувшись, ответила орчиха. – Простите меня, но после всего, что я видела, становиться очередной жертвой кровавого голода мне не очень хотелось. Когда все это началось и господин Пинг Ичиро набросился на поверженного иглосвина, я решила не дожидаться, пока настанет моя очередь быть съеденной.

Копья скрестились в воздухе, я отбил острый наконечник, летевший мне прямо в голову, и перешел в контратаку. Противник, в стандартном воинском доспехе Скрытого дворца, неистово пытался обрушить мою защиту, прорваться ради единственного удара. Я же, сильно потрепанный после схватки с Ичиро и держащийся на одних питательных смесях, едва отбивался.

– Спокойно, даже не собирался, – сказал я, стягивая шлем и внимательно вглядываясь в глаза девушки. – Судя по зрачкам, ты не заражена. Так какого черта на меня бросилась?

– Мы называем болезнь кровавой жаждой, – уточнил я, возвращая девушке шлем и помогая подняться. – Но это не имеет никакого значения. Судя по всему, она не затрагивает людей, у которых не развита Сюэ‑ци или сильнее выражена Юань‑ци. Так что не удивительно, что тебя не задело. Расскажи, что именно здесь произошло?

– О, это и вправду так, – усмехнувшись, согласился Хироши. – Вот только он просто защищается от нас как может. Самооборона вещь ненаказуемая. Ты сам готов убивать, если твоей жизни угрожают. Да и не только. Кто недавно признался, что перебил триста тысяч человек?

– Это было в прошлой жизни, и за эти грехи мне уже послали наказание в виде моралиста‑товарища. Лучше смотри за следами, а я схожу заберу жетон.

Разойдясь с эльфом в разные стороны, я подошел к месту битвы, а вернее, настоящей бойни. Хироши оказался не совсем прав, лужицы крови оставались. Но среди растерзанных кусков плоти я с трудом нашел туловище девушки и забрал цепочку с бамбуковым стеблем, в котором хранилось имя и последнее письмо.

– Ты вовремя, – прошептал эльф, делая знак пригнуться. – Кажется, я нашел нашу беглянку.

Раздвинув заросли травы, он показал мне на поляну, где одиноко возвышался трехметровый гриб, на шляпке которого обнаружилась седовласая кошка. Снизу, не слишком плотным кольцом, стояло четверо почти квадратных двухметровых иглосвинов, два из которых караулили, достав длинные ножи, а два других споро рубили начинающий качаться ствол.

Глава 27

– Справимся? – с явным сомнением спросила подруга Ичиро. – Их больше.

– Это не так важно, мы полностью укомплектованы и снаряжены, к тому же обучены сражаться.

– Ага, а еще именно этим занимаемся последний день почти без остановки и отдыха, – усмехнулся Хироши. – Если повезет, сразу они нам не наваляют. А вот если нет, то останутся от нас только ножки да рожки. Остальное выкушают. Если мы, конечно, не нападем скрытно и не ударим в спину. Тогда еще есть шанс.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Боюсь, тут ты прав. Не хотелось бы убивать всех подряд, но, скорее всего, они тоже заражены. А значит, пока не придумали лекарство, единственный способ облегчить их страдания – это смерть, – нехотя согласился я. – Сможешь убить одного выстрелом в глаз? Это сравняет шансы.

– О, это запросто. Даже двоих, если сам заберусь на гриб, – с проснувшимся азартом сказал эльф. – Вам останется только прикрывать ножку. Чтобы ко мне не подобрались. К тому же убить куда проще, чем обезвредить, не покалечив. Это не составит особого труда.

– Да, тут ты прав. И все же убивать без причины их не хотелось бы, – покачал я головой. – Поторопись, пока гриб не срубили. Я наложу иллюзию, и можно будет атаковать.

– Мимиана! – вскрикнув, бросилась к выломанным дверям девушка. Мы едва поспевали следом. Форт совершенно точно разграбили, на полу оставались высохшие лужи крови, и Имаджин металась от одной двери к другой, пытаясь найти подругу. Только когда она замерла, прикрыв рот ладонью, я понял, что ее поиски завершились.

Оставшиеся двое ехидн бросились к нам, и я выступил вперед, окруженный двумя отражениями. Иглосвины об этом, естественно, не знали, как не имели понятия о фехтовании на тяжелом оружии, и все же за счет скорости и силы они оставались грозными противниками. Помня об их природной способности стрелять иглами со спины, я постоянно маневрировал, уходя от ударов, и атаковал лишь в уязвимые точки.

– Здесь есть какие‑то записи, – почти сразу сказала демонесса, показывая на тело погибшей травницы. – Под головой.

– Что вы натворили! – со шляпки гриба закричала Имаджин. – Зачем вы их убили?!

– У меня есть, – произнесла воодушевившаяся после успешного сражения орчиха. – Вот, можете взять. Все равно я толком ей пользоваться не умею.

– О! Если бы кое‑кто не сбежал из лагеря под шум схватки, нам не пришлось бы его искать и сражаться лишний раз, – усмехнулся Хироши, спускаясь. – А убить зараженного – это лишь облегчит его страдания. По крайней мере, себя этим можно утешить.

– Уже не знаю, – призналась Имаджин. – Здесь, на этом этаже, находится моя подруга. Ну, может, и не подруга, но хорошая знакомая. Мы нередко ходили друг к другу в гости. Носили угощения. Грибочки… разные. Травы, особенно мяту и валерьяну, – от приятных воспоминаний девушка даже зажмурилась и чуть улыбнулась, повеселев. – А теперь я даже не знаю, жива ли она или нет. Она травница и, возможно, сможет найти лекарство от хвори.

– Конечно. Веди, – кивнул я, на всякий случай отмечая на миникарте местоположение обездвиженных иглосвинов. Очень надеюсь, что до нашего возвращения их никто не съест. Но даже если они погибнут, это уже естественный отбор без нашего участия. Я осознавал, что мы идем на риск, и сделал себе мысленно зарубку, которую подтвердила Джи, появившаяся перед внутренним взором и неодобрительно покачавшая головой.

– И все же ты побеждена одним человеком, мной. А твоя подруга погибла, защищаясь даже не от профессиональных воинов, а от разбушевавшейся толпы. Что вполне показательно. Возможно, живи вы вместе, сражайся бок о бок, и все прошло бы куда лучше.

        Зрение Ци , объединенное с летним вихрем , позволяло мне двигаться чуть быстрее противников, а многолетние тренировки давали подавляющее преимущество. Но я до последнего надеялся, что мне удастся обезвредить противников, не убивая. Парируя, я выжидал наилучший момент, а затем, спровоцировав атаку иллюзии, ударил первого под колено. Еще в полете, до того, как он упал, мне удалось добавить в висок подкованным сапогом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Как это возможно? – прошептала кошка, подходя к изуродованному трупу сородича. – Она была одной из сильнейших и погибла от рук простых ехидн?

– Практика показывает, что лишь непосредственная угроза смерти пересиливает кровавую жажду, – ответил я, кладя кошке ладонь меж ушей. – Но сейчас ты в безопасности. Так что можешь рассказать, что именно произошло. Почему ты решила сбежать навстречу кровожадным монстрам и рискнуть жизнью. Твоя цель этого стоила?