Время жить (трилогия) - Виктор Тарнавский

Губернатор кивнул и принял важный вид. Кажется, его забавляло происходящее.

– Ваше высочество! – какая-то толстая баба в первом ряду изобразила неуклюжий поклон. – Почему нас всех загнали сюда?! Почему мы здесь, а других разместили с удобствами в гостиницах?! Я знаю, это все сделали за взятки!

– Насколько мне известно, – громким металлическим голосом сказал губернатор, – в гостиницах поселяли, в первую очередь, семьи с детьми, больных и пожилых людей. Исключения из этого правила будут расследоваться.

– В гостиницах недостаточно мест для всех, – добавил Кэноэ, чтобы не молчать. – Но я обещаю, что приложу все усилия, чтобы вы первыми получили от государства компенсацию и новое жилье.

Губернатор снова важно кивнул.

– А когда это будет? – тут же спросил кто-то из толпы. – Когда мы получим новые квартиры?

– Ну, это вопрос не ко мне, – добродушно прогудел губернатор. – И не к его высочеству. А ну, Достойный, выходи. Пора держать ответ перед народом.

Из губернаторской свиты вынырнул гладкий и вальяжный чиновник с аксельбантом на мундире. Напрягшись, Кэноэ вспомнил, что на посадочной площадке он был представлен ему как начальник 16-го округа провинции (город Гомзи и ближайшие окрестности).

– В ближайшие… э-э-э… сроки вам будет предоставлена временная жилплощадь из городского фонда, – значительно сказал он. – Впоследствии же… э-э-э… будут построены новые жилые дома. Средства на их строительство уже… э-э-э… выделены.

– Так опять все разворуют, – громко и зло сказал кто-то в задних рядах.

Окружной начальник начал недовольно оглядываться, вытянув шею, но продолжения не последовало, и он успокоился.

– Разрешит ли ваше высочество задать мне вопрос Достойному? – послышался вдруг звонкий голос Наарит.

– Разрешаю, – поспешно кивнул Кэноэ.

Он уже знал, что его второй секретарь знакома с делами в провинции не понаслышке, и ему было интересно, какой вопрос она задаст. Окружной начальник не вызывал у него особого доверия, и Кэноэ с удовольствием предвкушал, как он попадет в затруднительное положение.

– Как известно, от землетрясения пострадали либо очень старые дома, либо самые новые, – звенящим от волнения голосом произнесла Наарит. – Чем вы, Достойный, можете объяснить подобную избирательность сил стихии?

Окружной начальник злобно покосился на девушку. Если бы взглядом можно было убивать, у Наарит наверняка возникли бы большие проблемы, но здесь, посреди враждебно настроенной толпы, начальник был бессилен.

– Действительно, странно, – невинно заметил Кэноэ. – Самые старые дома и самые новые. В чем же причина, Достойный?

В слово "Достойный" он постарался вложить максимальную дозу пренебрежения. Судя по одобрительному шуму в толпе, получилось у него неплохо.

– Я… э-э-э… не могу нести ответственность, – пробормотал окружной начальник, косясь на демонстративно глядящего в противоположную сторону губернатора. – Я занимаю свой… э-э-э… пост только три года.

– А может ли Достойный сказать, какую должность он занимал до назначения на этот пост? – снова задала вопрос Наарит.

Окружной начальник пошатнулся. Вся его вальяжность куда-то улетучилась. Он глядел на Наарит злобным затравленным взглядом, напоминая клыкастого дикого кабана, попавшего в ловушку.

– Я был начальником седьмого района 16-го округа провинции, – наконец нехотя сказал он.

– Позвольте! – вспомнил Кэноэ. – Это в седьмом районе было больше всего жертв?!

– Вы совершенно правы, ваше высочество, – подтвердила Наарит. – Несколько домов, причем, недавно построенных домов, разрушились полностью, похоронив под собой своих жильцов!

– Так ведь это же его брат строил! – снова послышался голос из толпы. – Они вместе материалы на сторону загоняли! А себе он такой дом отгрохал! В три этажа! В позапрошлом году закончили!

– Вот как?! – Кэноэ недобро посмотрел на окружного начальника. – У вас в городе есть собственный дом? Он, надеюсь, не пострадал?

– Нет, – буркнул начальник.

Он был растерян и жалок, но у Кэноэ как-то не возникало желания его пожалеть.

– Очень хорошо, – Кэноэ добавил в голос вкрадчивые нотки, как это великолепно умел делать дядя-Император, когда ругал кого-то из непослушных племянников. – И этот дом принадлежит вам?

– Как можно? – окружной начальник поднял на Кэноэ испуганные глаза. – Он принадлежит государству!

– Значит, его можно назвать городским фондом, так? Тогда, как мне кажется, его следовало бы передать пострадавшим от землетрясения в качестве временного жилья. И я бы настаивал, – Кэноэ усилил голос, – чтобы он оставался в этом качестве до тех пор, пока последний пострадавший не получит постоянной жилплощади!

В толпе зааплодировали. Окружной начальник мрачно смотрел исподлобья, но молчал.

– Я, конечно, не могу вам приказывать, – добил его Кэноэ. – Но на вашем месте я бы немедленно подал в отставку. По собственному желанию.

– Своевременный совет, – внезапно нарушил молчание губернатор. – А я бы добавил к нему пожелание на время покинуть город. Иначе, я думаю, у вас будет немного шансов сохранить телесное здоровье до суда.

– Ваше высочество, как старший честедержатель, я обязан указать вам на ряд допущенных вами грубейших нарушений порядка!…

"Начинается", – мрачно подумал Кэноэ. В городе он постоянно чувствовал растущее недовольство надзорника и заранее настраивался на разнос. Что же, дождался.

– …Вы умалили свою честь и честь всего Императорского Дома, вступив в непосредственный контакт с простолюдинами! Вы обязаны были, как это подобает вашему положению, хранить возвышенное молчание, предоставив задавать вопросы тому, кому это положено, – то есть, честедержателю. Второе. Своими непредсказуемыми и хаотичными перемещениями вы лишили возможности выполнять свои обязанности младшего честедержателя Лмугэо! Вначале вы сорвали заблаговременно разработанный график поездки, а затем и вовсе усугубили положение, появляясь повсюду без предварительного уведомления! В результате посещение выбранных вами объектов прошло с нарушениями протокола, к вам были допущены случайные, не прошедшие предварительной проверки и подготовки люди! Наконец, третье и самое главное! Вы вмешались в деятельность администрации, чего не должны были делать ни при каких обстоятельствах!

– Из-за этой гниды сегодня ночью погибло несколько сотен человек, – холодно сказал Кэноэ.

Он старался, чтобы его слова не звучали как оправдание. Оправдываешься – значит признаешь вину.

– Подобные вопросы относятся к компетенции властей провинции и должны решаться в установленном порядке! Императорский Дом неизмеримо выше частных управленческих решений, и, опустившись на этот уровень, вы уронили его достоинство. И что хуже всего, вы искали дешевой популярности у толпы!