Дефицит Высоты. Человек между разрушением и созиданием - Олег Леонтьевич Поляков

областях науки уже видны. Философские антропологи начинают говорить об ущербности биологической природы человека, психоаналитики — о присущих ему мощных разрушительных импульсах, социобиологи оспаривают идею уникальности человека, приходит осознание того, насколько глубоко в человеке укоренены пороки.

При этом признаки осознания Высоты в самой «человеческой» науке, психологии, минимальны. Представление о степенях сложности действий от простейших рефлексов и реакций, далее элементарных актов к более сложным цепочкам психических действий, со временем породило скорее подозрение, чем осознание иерархического построения некоторых компонентов деятельности. У А. Маслоу оно возникло в виде иерархии потребностей, а создатель отечественной психологической теории деятельности А. Леонтьев говорит о иерархии мотивов. В его структуре деятельности появился «высший уровень — особенная деятельность». Её особость заключалась в том, что она побуждалась мотивом. Таким образом деятельность, побуждаемая мотивом своровать, как и сотворить нечто выдающееся, являются одинаково «особыми». И коррупционер, и великий композитор действуют на «высшем уровне».

В. Теплову осознание разности людей, которая непосредственно сказывается на полученных ими результатах, было свойственно в большей степени, чем его коллегам. С целью установления этой связи он экспериментально исследовал психофизиологические различия в таких свойствах, как сила — слабость, подвижность — инертность, рассматривая их вне оценочного подхода типа «хороший — плохой», тем более «созидательный — разрушительный», и, конечно, при таком подходе генеральное различие в деятельности людей он обнаружить не смог. Но в принципе в СССР это и не могло быть сделано, потому что вступало в противоречие с фальшивой идеологией равенства советских людей и предельно идеологизированным представлением о результатах деятельности.

В существующих вариантах психологической теории деятельности воображаемый субъект ставит цель и её достигает. Но осознанно ставить сколько-нибудь значимые цели и достигать их способна лишь небольшая часть людей. Остальные действуют в соответствии с фиксированными программами, представляющими собой в различной степени усложнённые инстинкты, перешедшие к нам от животных. Такими усложнёнными инстинктами являются введённый в научный оборот А. Адлером «инстинкт доминирования и власти» или К. Г. Юнгом «культурный архетип». Фиксированность этих программ, может привести деятеля к полному краху, или ещё хуже того, привести к краху целую систему. Так и произошло с Россией, а цели (освобождение трудящихся и пр.), которые якобы ставил Ульянов, это не более, чем видимость, маскирующая врождённые программы разрушения. Жизнь человека более инстинктивна и менее разумна, чем традиционно принято считать.

Как бы то ни было, нашлись те, кто заподозрил, что все проблемы от разности людей. Это, в частности, привело к возникновению дифференциальной психологии, но понять, в чём заключается главная разность между людьми она не смогла. Это выглядит довольно странно, ведь то, что есть высокое (и не только в религии, поэзии, но и в науке, например, высшие психические функции, высшая математика) является очевидным фактом, значит разность есть и в высоте людей. Разность, которой они обязаны различной высотой своей деятельности. Ну так возьмись кто-нибудь и построй иерархию разных… уровней деятельности! Но не тут то было.

Психологическая наука на протяжении последнего столетия с трудом приближалась к пониманию того, что люди не просто разные (по характеру, темпераменту), но что, вследствие этого, они поступают радикально различным образом, нередко приводящим к прямо противоположным результатам. Помехой этому была методология, в соответствии с которой психические комплексы и состояния рассматриваются без связи с получаемыми результатами. Но, по сути, человек — это результаты его деятельности. Что ты сделал, то ты и есть. Замыслы, цели, планы, теории могут быть одни, а результаты совершенно другие. Хорошие намерения редко конвертируются в реальные достижения.

Важно не то, что человек думает о себе и как себя ведёт, а к каким результатам это приводит. По словам Лонгфелло «мы судим о себе по своей способности к свершению, другие же судят о нас по тому, что мы уже совершили». Можно считать себя Наполеоном, но одно дело драпать из Москвы, замотанным в женские шубы и шали, другое дело — быть пациентом в больнице для душевнобольных. В первом случае, что бы ни говорили эти русские недоброжелатели, которым к тому же явно не достаёт французского шарма, ты — император, во втором — пациент психушки. Это принципиально разные Наполеоны. Вообще единственное, что имеет значение в жизни — это результат того, что мы сделали. Вопрос, а почему же наука о человеке не взяла это на вооружение?

Первым шагом в постижении человеческого является разделение деятельности на разрушение и созидание и, соответственно, введение знака деятельности. В процессе дальнейшей детализация области разрушения и созидания делятся на уровни. Уровневость различного знака является тем первопринципом, с которого начинается подлинное понимание деятельности человека. Будучи принятым, этот первопринцип изменит задачи, методы и структуру наук о человеке. Центром их внимания во всё большей степени будет становиться управление деятельностью человека. Но система управления деятельностью человека, к которой смещается центр интересов психологии, корнями уходит в биологию. Так, например, характер человека во многом определяется группой крови, за рамками психической деятельности отчасти находятся физиологические и гормональные регуляторы. А принципиальные проблемы управления в наиболее общем виде изучает кибернетика. Отсюда следует вывод о том, что ни одна из традиционно сложившихся областей знаний, в том числе и философия, не может быть ядром наук о человеке. А так как человека мы познаём через его деятельность, таковой должна стать Общая теория деятельности.

В её основу положена уровневая модель, которая представляет собой шкалу для измерения высоты и служит в качестве исходного пункта всех исследований и фундамента для создания моделей более частного характера. Психология и комплекс из социологии, теории управления, синергетики в системе наук останутся в ранге старших «дочек» общей теории, занятых, первая — изучением деятельности собственно человека, второй — системнным исследованием взаимодействия внутри и между общностями. Осознание наличия отрицательных уровней деятельности приведёт к появлению знака у ряда функционалов, управляющих деятельностью — это совершит переворот в психологии. Общепринятым станет деление на уровни побуждений, мотивов, целей, избираемых средств достижения поставленных целей. Благостная психология, в которой деятели анализируют, сравнивают, выбирают, ставят цели, неуклонно им следуют и, конечно, их достигают, сменится психологией уровневой, в которой на каждом уровне — своя психическая механика со своими характерными особенностями. Придуманным теоретиками от психологии идеальным схемам, как и христианским добродетелям, в какой-то мере могут следовать деятели весьма высоких уровней, но отнюдь не низких. Так устроен человек, что деятели одних уровней это могут, других — нет.

Одной из самых сложных задач, которая решается уровневой моделью — это введение в рационально устроенное сознание представления о Высоте. Согласно модели Высота — это три верхних уровня, находящиеся над