"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

– Меня-то ты с какого боку приплел? – удивился старец.

– А ты будешь с ним лясы точить, – усмехнулся Крапленый. – Говорят, больные быстрее выздоравливают, когда с ними болтают на отвлеченные темы. Типа тогда им некогда думать о болезни и жалеть себя по любому поводу.

Дмитрий быстро шел на поправку. Через неделю Лекарь снял часть швов с его лица и разрешил ходить по дому. Правда, перед этим убрал со стен зеркала, чтобы не травмировать психику пациента раньше времени. Сперва доктор планировал морально подготовить того к принятию действительности и уже потом знакомить с неизбежным.

Помимо изменений во внешности, судьба преподнесла Преображенскому еще один неприятный сюрприз. Частичная амнезия так и не прошла. Он до сих пор не вспомнил, что является главой могущественной корпорации и владельцем «Чернобыль Лэнда», что он инкогнито прилетел в парк с целью проверки в деле разработанного его специалистами костюма дополненной реальности. Фактически он воспринимал себя тем, кем когда-то был: сталкером Димой Балаболом.

Его воспоминания обрывались незадолго до того, как он покинул Зону три с лишним года назад, и самым ярким из них была эпическая битва на болоте. Тогда сталкеры плечом к плечу сражались с ордой мутантов и чудовищной восьминогой тварью, будто бы целиком состоящей из сплетенных вместе тел уродливых порождений Зоны и людей. Огромный жуткий монстр рвался к расположенному внутри круга из каменных клыков порталу, намереваясь проникнуть сквозь него в другой мир. В том сражении сталкеры с огромным трудом одержали победу, а потом, в знак благодарности за неоценимую помощь Хранителей Зоны, сообща построили Болотному Лекарю новый дом. Его старое жилище было частично разрушено уничтоженной возле портала тварью.

О том, что пациент ничего не помнит после тех трагических событий, выяснилось совершенно случайно. В один из дней Балабол спросил за обедом:

– А где остальные сталкеры, что строили этот дом вместе со мной? Почему я здесь один?

Болотный Лекарь застыл с поднесенной ко рту ложкой. Посмотрел на Скитальца, перевел взгляд на Крапленого. С тех пор, как Балабол появился в доме на болоте, проводник частенько заходил в гости и иногда жил здесь по нескольку дней.

– Так, милай, дом-то когда построили? Больше трех лет уж прошло. Разъехались твои товарищи кто куда, – сказал Скиталец. Шумно выхлебав суп из ложки, он зачерпнул новую порцию и так же громко отправил в рот.

– Как больше трех лет прошло? Это шутка такая, да? Я же помню, как совсем недавно помогал стены в соседней комнате штукатурить. Недели три назад это было, может, четыре. О каких годах вы говорите?

Балабол обвел притихших Хранителей растерянным взглядом.

– Да, парень, дела, – пробормотал Крапленый. Он даже есть перестал. – Хорошо тебя по голове приложили, раз до сих пор отойти не можешь.

– Кто приложил? Когда? Что вообще здесь происходит? Почему в доме нет ни одного зеркала? Почему я натыкаюсь пальцами на зубы, когда дотрагиваюсь до рта? Почему мое лицо в шрамах? Что вы сделали со мной?!

Сталкер разволновался не на шутку. Лицо покраснело, зрачки расширились, дыхание стало чаще. Он резко оттолкнул от себя тарелку, расплескав содержимое по скатерти, вскочил на ноги. Табуретка с грохотом упала на пол.

Болотный Лекарь тоже встал из-за стола, успокаивающе выставил ладони перед собой.

– Тихо, тихо, успокойся. Не слушай ты этих обалдуев, они пошутили. Все нормально, все хорошо.

– Нет, я не верю, – помотал головой Балабол, отступая на шаг назад. – Кто вы такие?

– Хранители, – сказал Крапленый, медленно выпрямляясь. Один Скиталец остался за столом. Он по-прежнему шумно хлебал суп, ни на что не отвлекаясь. – Ты разве нас не узнаешь? Сам недавно сказал, что этот дом с другими сталкерами строил. Неужто забыл, как мы наравне с вами работали?

По едва заметному знаку хозяина дома Крапленый накинулся на сталкера, обхватил его с боков руками, крепко прижал к себе. Сам Лекарь в это время вынул из кармана шприц с успокоительным, ногтем большого пальца сбил защитный колпачок и воткнул иглу прямо сквозь одежду в руку Балабола. С тех пор, как пациент покинул приспособленное под палату помещение в рабочей половине дома, он носил лекарство с собой на всякий случай. И вот этот случай наступил.

Успокоительное быстро подействовало. Голова Балабола наполнилась легкостью, перед глазами поплыли разноцветные круги, ноги стали ватными. Сам он чувствовал себя так, словно только что прокатился на карусели и сошел на землю.

Крапленый ослабил хватку. Вдвоем с Лекарем они утащили сталкера в соседнюю комнату. К тому времени Скиталец доел суп и положил себе в тарелку из большой миски рассыпчатый отварной картофель.

– Ну и что делать будем? – спросил Крапленый, глядя на Балабола. Тот лежал на кровати и пялился стеклянными глазами в потолок. Из уголка постоянно оскаленного рта по щеке катилась тонкая ниточка слюны.

– Думаю, надо сказать ему правду, а потом отвести к профессору. Может, тот сможет как-то ему помочь и парню вернутся утраченные воспоминания. Ну или договорится со специалистами за пределами парка и тайно вывезет его отсюда.

Лекарь помолчал, словно что-то обдумывая, и тихо сказал:

– Ты правильно сделал, что привел его ко мне. Мы не знаем, кто этот человек на самом деле. Может, он гость парка, а может, нелегально проник на его территорию и ты спас его от печальной судьбы. Будем надеяться, Шаров нам поможет.

Наутро Хранители рассказали Балаболу все, что им было о нем известно, и принесли зеркало. Лекарь держал руку в кармане, сжимая в кулаке шприц с транквилизатором, но, к счастью, обошлось без лекарств. Балабол стоически принял произошедшие с его внешностью перемены, а когда разговор дошел до профессора, со вздохом сказал:

– Ну, надо так надо.

Он серьезно воспринял информацию о наказании для нелегалов. Кто знает, вдруг он на самом деле тайком проник на территорию парка в компании лживых дружков и по какой-то причине стал их жертвой? Вот если профессор вернет ему память и выяснится, что он здесь на законных основаниях, тогда можно будет качать права. А пока лучше было не рисковать.

Поскольку Крапленый сегодня работал, он, после вылитого на Балабола ушата правды, отправился в «Светлый». Там через два часа проводник должен был забрать клиента и повести того по маршруту. Из Скитальца сопровождающий был так себе. У него с прошлого вечера начались проблемы с непонятно как функционирующим при незрячих глазах зрением, и ему самому нужен был поводырь. Пришлось Лекарю сопровождать недавнего пациента к профессору.

Прежде чем покинуть дом, Лекарь дал Балаболу черную полумаску. Он сам сшил ее на днях из старых запасов тонко выделанной кожи мутанта. Сталкер повязал подарок на лицо и снова посмотрел на себя в зеркало. Увечья практически полностью скрылись за кожаной ширмой. Осталась видна только верхняя часть багрового шрама на изуродованной щеке. Втягивая воздух сквозь многочисленные отверстия в маске, Балабол кивнул и показал большой палец.

– Молодец! – похвалил его за оптимизм Лекарь. – Побудь на улице, я сейчас.

Балабол направился к двери. Лекарь дождался, когда он выйдет за порог, и прошел в комнату Скитальца.

– Из дома не выходи. Есть захочешь, каша стоит в печке. Я ее утром сварил, до обеда не остынет. Жди нас, мы к вечеру будем, ну или я один вернусь. Не знаю, как получится. Если Крапленый придет раньше меня, скажи, пусть обязательно дождется. Ну все, бывай. Не скучай тут без нас.

– Иди уже, хватит наставления давать. Без тебя как-нибудь разберусь, что мне делать, а чего нет, – проворчал Скиталец.

Лекарь хмыкнул в жесткие, как солома, усы и покачал головой. Старик был первым, кого Зона выбрала своим Хранителем, дав тому взамен выжженных радиоактивным излучением глаз возможность видеть мир внутренним оком. По праву первенства Скиталец не терпел, когда ему давали указания. Он всегда и во всем хотел быть выше остальных, только вот желания не всегда совпадают с возможностями. Что теперь делать, если с ним приключилась такая беда? Кто-то ведь должен был о нем позаботиться, раз Зона исчезла и с его суперзрением возникли проблемы.