Закрытые миры - Константин Муравьев

— Я не понял, — честно признался орк, который и затеял этот разговор.

Его товарищ немного помолчал и потом сказал.

Если бы мы с ними схлестнулись, то среди наших было бы очень много жертв. А так он хочет решить это проблем, с наименьшими потерями.

— Так ты думаешь, что нам бы пришлось с ними воевать? — внимательно поглядел на него Порк.

— Это не я так решил, — отрицательно покачал головой его друг, — так решил Степ.

На этом их разговор завершился и они стали еще более внимательно наблюдать за лесом, в котором сейчас скрывались очень опасные существа, которых не мог сразу убить даже, целый мир.

«И почему интересно я не удивлен увидев это», — подумал я, разглядывая место в которое мы прибыли.

Вот они и человекоподобные существа, которые и мелькали в воспоминаниях Твердого.

Все правильно, человеку там не выжить.

Но вот киборгу. Да без проблем. Ему вообще не особо и нужна хоть какая-то среда существования.

Но вот зачем, им могли понадобиться эти небольшие горшочки с непонятными растениями, которые они даже поместили в эти странные контейнеры, которые пережили крушение корабля, на котором летели киборги.

— Да и вообще, что тут произошло? Не ясно.

Но Гибкий сразу опознал и то, что им было нужно. Однако еще больше он удивился, когда обнаружил на корабле и еще такие-же растения.

— Это не наши, — просто сказал он, — это не наши носители ветви.

— Чего? — переспросил я у него.

— Носители ветви, — повторил он.

И даже его мыслеобраз переданный мне, не особо помог.

Выходило так, что это некий аналог родовой памяти, к которому у них у всех есть доступ.

— Эти нам подходят, а вот этот совсем чужой, — отложил он какое-то небольшое растение, — но давай и его заберем. Твердый умнее, он знает, что с ним делать.

Да без проблем, согласился я и переслал все горшочки в пространственный карман.

Это совершенно не удивило Гибкого.

— У твердого тоже есть тайное хранилище, — сказал он, — это реликвия нашей ветви…

На это я лишь кивнул.

Между тем, пока Гибкий занимался растениями я собрал с киборгов все вооружение и броню, проверил корабль на наличие тайников и еще чего полезного, и только потом мы быстро собрались и тем же макаром отправились обратно.

И уже через семь мы минут были на берегу.

А еще через пять, орки перевезли нас на другую сторону реки.

И даже не стали отплывать.

Вот начал выкладывать я перед Твердым обнаруженные горшочки.

— Это не наши, — так же как и Гибкий сказал он.

— Я знаю, — усмехнулся я, — но и не мои. Он, — и я указал на мелкого, -

сказал, что вы сможете использовать практически все, кроме этого одного.

И я указал то самое небольшое растение.

Главный среди этих существ очень долго рассматривал его.

— Да, оно совсем чужое, для нас оно бесполезно.

И вдруг перевел свой взгляд на меня.

— Но тебе оно подходит. Забери его. Нельзя, чтобы такая ценность пропала зря.

Я удивленно посмотрел на растение.

А мне то оно зачем?4

— Чтобы жить, — будто этим все было сказано, ответил мне Твердый.

— Э, ну я, конечно, не против, — медленно произнес я, — но, что мне с ним все-таки делать? Как оно вообще работает?

— Работает? — удивленно посмотрел на меня предводитель, — а, я понял, — через некоторое время сказал он, — тебе нужно правильно приживить его.

— Это могу сделать я. Я могу тебе помочь.

— И он посмотрел на меня.

— Это честная благодарность и обмен, — кивнул он головой, — ты спасаешь наши жизни, мы тебе отдаем эту. И он показал на растение. — Так ты ее примешь?

Я если честно даже не понимал, о чем он говорит.

— Я смогу заставить ее работать без вас? — спросил я у Твердого.

— Нет, — уверенно помотал головой он.

— Мне это чем-то грозит? — задал я следующий важный вопрос.

Твердый задумался, думал очень долго, а потом ответил.

Тебе будет необходимо для существования на треть больше энергии, чем ты используешь сейчас. Больше ничем.

— Как это работает, и что я получу?

Тут существо долго не думало.

— Через четверть выдоха жизнь полностью сроднится с тобой и ты сам все узнаешь.

Ну ладно, вроде ничего опасного он не представил.

Только то, что мне потребуется больше есть.

— Да, кстати.

— А тут я смогу жить? — и я обвел вокруг, — ведь тут нет светила?

— Сможешь, — произнес уже Гибкий, он, похоже, и правда, соображал гораздо быстрее, — жизни подойдет любой тип энергии, который ты сможешь ей предоставить или который она получит самостоятельно.

Ну ладно. Вроде никаких особых проблем не предвидится.

— Ну давай, попробуем…

— Зачем пробовать? — удивился Твердый, — необходимо делать.

И подойдя к оставленному в одиночестве контейнеру он вытащил из него это непонятное растение.

— Странная жизнь, я еще такой не видел. И сильная, это, хорошая плата за твою помощь. Прими ее.

И твердый подошел ко мне.

А потом резко взмахнул рукой и разбил горшок с растением прямо о мою тупую голову.

Пипец. Это что и было их особое приживление.

И только я об этом подумал, как понял. Нифига это не приживление. Оно началось только сейчас.

В меня потекла энергия жизни огромнейшим потоком, а вместе с нею в тело стала втекать и какая-то непонятная инородная сущность.

= Регистрирую несанкционированное, подключение нестандартной конфигурации боевого симбионта класса «Живучий-4», — пропел мне в сознании анализатор.

Однако как только прозвучало название модели этого симбионта я совершенно успокоился.

«Живучему приживляют Живучего, смешно», — подумал я и отключился.

Пришел в себя я же под утро и на корабле.

На берегу никого не было, это я проверил первым делом, просмотрев все на магическом уровне.

А надо мной склонилась Терея и я опять лежал на ее теплых и нежных коленях.

— Ну и что ты делал этой ночью? — тихо спросила она у меня.

При этом гладя меня по голове.

— Совершал очередную глупость, так же тихо ответил я ей.

— Я, почему-то, именно так и подумала, — произнесла девушка и прижала мою голову к себе.

Я же, наконец открыл глаза, чтобы посмотреть в лицо девушке. Но пораженно замер, только взглянув в небо над собою.

Вечной ночи для меня больше не было.

Небо освещало восходящее, хоть и тускловатое солнце.

Инфернальный мир. Материк. Корабль. Река. Четыре дня спустя.

— О чем задумался? — подошла ко мне Терея, и, приобняв, встала позади меня…