"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

Из одежды на этот раз он обнаружил лишь плавки, шорты, расписную гавайскую рубаху и широкополую соломенную шляпу, к которым прилагались пляжные тапочки. Видимо, на этой самой Морабо царил тропический климат, и остаток времени перед стартом ему предстояло провести на пляже – под крики чаек и хруст креветок. Что ж… Последний раз на морском курорте ему, еще свежеиспеченному мичману, удалось побывать лет двенадцать назад – когда выпускники отмечали окончание училища на крохотной планете Ялта…

Сборы заняли всего несколько минут, и вскоре давешний стюард, который волшебным образом успел ликвидировать пятна на своей одежде, уже вприпрыжку мчался впереди по подозрительно пустым коридорам, показывая дорогу. Видимо, игроки исчерпали оплаченный лимит общения с «рысаком», на которого собирались поставить. Так что организаторы этого шоу, вероятно, исключили даже случайные встречи. Собственно, это и к лучшему – среди вчерашних дам и господ не было никого, с кем Матвей пожелал бы встретиться еще раз.

Стюард открыл ничем не примечательный люк и жестом предложил Матвею в него протиснуться. Внутреннего пространства стандартной спасательной капсулы хватало лишь для того, чтобы лежать неподвижно, а панаму вообще пришлось выкинуть перед входом, поскольку диаметр ее полей значительно превышал поперечный размер люка. Едва он примостился на узкой лежанке, как капсула отстрелилась, причем в аварийном режиме – примерно с девятикратной перегрузкой. Вот как! Похоже на то, что господин Дуайт Стронг на него ставить точно не собирается. Иначе он приказал бы своим прихвостням обходиться с «должником» куда более бережно. Если и торможение окажется таким же, то не факт, что удастся добраться до поверхности этой самой Морабо живым, а тем более невредимым. Мешок с костями рухнет на морской песочек. Ну нет. Не дождутся! Похоже, пока всё цело, и теперь надо просто быть готовым к любым «приколам», вовремя концентрироваться и, если получится, предвидеть шаги супостата. Впрочем, пока никто из тех, с кем ему пришлось встретиться после разгрома его эскадрильи, вроде бы даже не пытался ему солгать. Капитан? Стронг? Конечно, едва ли они сказали всю ту правду, что им была известна. Но намерений своих никто не скрывал. Может быть, мотивы иной раз были не совсем те, что они излагали. Но… Разве это имеет значение? Важно, что именно сделал человек, а не то, почему он поступил именно так, а не иначе. Впрочем, как говорится, если хочешь солгать так, чтобы тебе поверили, – чаще говори правду. Значит, главная ложь еще впереди. Там, где крутятся огромные деньги, там, где сталкиваются интересы сильных мира сего, всё держится на лжи. А то получается, что после беседы с советником первого ранга господином Лином Тао никто и не обманывал простодушного и доверчивого командора… Непорядок!

Капсулу тряхнуло, началась постепенно нарастающая вибрация, но перегрузка на этот раз нарастала не так стремительно. Стальная «сигара» вошла в атмосферу, и теперь оставалось лишь надеяться, что вовремя сработает система торможения, а потом на заданной высоте раскроется парашют. А ведь наверняка тот фешенебельный круизный лайнер был в изобилии оснащен самыми современными маломерными судами и прочими спасательными средствами. Эта древняя капсула могла здесь использоваться только для одной цели – как аттракцион для любителей острых ощущений. Чем дальше, тем ощущения становились всё острее. Из четырех тормозных зарядов сработали только два, а это означало, что когда раскроется купол парашюта, то скорость будет слишком велика, и его может просто сорвать встречными воздушными потоками. Да и обшивка может прогореть, прежде чем падение замедлится. Может быть, в этом и цель. Ставки сделаны, а то, что «рысак» не доскакал даже до старта, никого не волнует. Игра есть игра! В принципе, смерть – как смерть. Даже не слишком мучительная: либо мгновенный разрыв легких при разгерметизации, либо – в кашу при ударе о поверхность планеты. А ведь каких-то полчаса назад он нежился на мягкой перине, и ничто не предвещало такого вот конца. «Офицер Звездного флота Земной Федерации должен быть психологически готов к смерти…» Да, есть такая строка в инструкции по кадровому отбору личного состава. Документ департамента вербовки и обучения. Строго для внутреннего пользования. Как же… Только вот смерть не спрашивает, готов ли ты к ней психологически. Хорошо бы отключиться! Упасть в голодный обморок. Завтрак-то пропал. А очнуться либо на том свете, либо на пляже Морабо. Смерть не страшна, но сам процесс умирания крайне неприятен. Интересно, такой взгляд на прекращение жизни можно считать психологической готовностью?

Мысли, воспоминания, нелепые фантазии толкались в голове как молекулы раскаленного газа. И вдруг наступила тишина. Матвей даже не стазу понял, что произошло. Только через несколько мгновений до него дошло, что капсула уже не мчится вниз с бешеной скоростью, что падение замедлилось рывком – так что он от перегрузки, скорее всего, на миг потерял сознание, а потому память не сохранила того момента, когда капсула повисла на стропах парашюта. Значит, они просто решили потрепать ему нервы. Значит, они просто хотят вывести его из себя, чтобы там, в Лабиринте, у него не было шансов. Значит, они всё-таки опасаются, что всё может пойти не так, как задумано. Значит, шансы всё-таки есть.

Раздался хлопок тормозных ускорителей, и через мгновение капсула с грохотом ударилась обо что-то, явно не похожее на прибрежный песок, а потом со скрежетом поползла по каменистому склону. Надо было как-то выбираться, иначе не ровен час провалишься с этой консервной банкой в какую-нибудь расселину, и всмятку… А если прямо отсюда – и в Лабиринт?! Если верить первопроходцам, они оказались в некоем пространстве, где исполняются любые, даже самые невероятные желания. Значит, эта жестянка превратится в лампу Аладдина, и тот, кто внутри, станет могущественным джинном. Но почему так высока цена ошибки? Тот, кто обладает всемогуществом, всегда прав, даже если творит нелепости и безрассудства. Кто сказал? Неважно…

Капсула всё-таки замедлила свой бег и остановилась. Прежде чем выбраться наружу, Матвей решил выждать, пока уймется головокружение и пройдёт приступ тошноты. Однако, как выяснилось, это не совпадало с чьими-то планами. Кто-то снаружи ударил о входной люк чем-то тяжелым и наверняка стальным – кувалдой или куском арматуры. Капсула на несколько секунд уподобилась вечевому колоколу. Пока не утихли звуковые колебания, он сидел в полной темноте, закрыв глаза и зажав уши, поэтому далеко не сразу услышал приглушенные крики, доносящиеся снаружи.

– Командор, вы в порядке?! Командор, мы вас ждем.

В голосе явно прослеживались издевательские интонации. Рядом с крикуном хихикала какая-то девица, а еще сквозь стальную плиту доносился гомон целой компании. Впрочем, слов было не разобрать. И надо было выйти, прежде чем раздастся второй удар по люку…

– Командор, вы что – обиделись? Люди, вообще-то, деньги платят за этот аттракцион, – не унимался надоедливый тип с противным голосочком.

Вообще-то, рукопашный бой не был в числе основных дисциплин в программе обучения пилотов Звездного флота, но сейчас он был готов вспомнить все приобретенные и уже основательно подзабытые навыки. Кто бы там ни был снаружи.

Крышка люка с грохотом распахнулась, пахнуло влажным морским воздухом, а через секунду в проеме показалось лицо давешнего метрдотеля, над которым, закрывая небо, парил легкомысленный зонтик салатного цвета.

– Добро пожаловать на Морабо, где у вас множество друзей и поклонников! – Метрдотель улыбнулся во всю ширь и ловко убрался с дороги, как только командор ухватился за поручни.

Друзья? Поклонники? Ждите-ждите…

– Позвольте… – Метрдотель, одетый на пляжный манер, явно пытался пригласить его к длинному столу, растянувшемуся вдоль полосы ленивого прибоя, где уже скопилась всё та же публика, с которой пришлось общаться на вчерашнем приеме.

Сделать это ему, однако, не удалось. Матвей схватил его запястье, рывком завернул руку за спину и, дождавшись, когда тот прекратит стонать и пытаться вырваться, сказал ему негромко на ухо – так чтобы не услышали остальные: