За тебя, Родина! - Илья83

— Пропустите меня! Дорогу, чёрт вас всех побери! — раздался из-за спин людей чей-то знакомый властный голос. — Мне нужен рейхсфюрер!

Присутствующие дисциплинированно расступились и Генрих узнал запыхавшегося Рейнхарда Гейдриха, начальника Главного управления имперской безопасности. Тот самый кого за глаза называли «мозгом Гиммлера». За ним стоял ещё один мотоцикл с пустой коляской. Генрих, несмотря на свою растерянность, невольно удивился. Чтобы Гейдрих, любитель роскошных машин и самолётов, согласился влезть в люльку простого мотоцикла? Поистине сегодня день открытий…

— Рейхсфюрер, вот вы где? — воскликнул тот, заметив его наконец. Быстро подойдя к нему он вздёрнул руку и заговорил, глядя ему в глаза: — Обнаружена машина доктора Шпеера! Ведётся преследование террористов!

— Где он⁈ — встрепенулся Гиммлер, разом отбросив растерянность. Впившись взглядом в лицо начальника РСХА Генрих пытался найти в нём ответ на главный вопрос… — Доктор Шпеер жив⁈

— Пока не знаю, рейхсфюрер… — покачал тот головой. — Информация поступила когда вы уже уехали сюда, пришлось вас догонять. Но то что осталось от автомобиля рейхсминистра находится почти на пересечении Рингштрассе и Базелерштрассе. Предлагаю немедленно ехать туда.

Молча кивнув Генрих направился к машине вместе с Шелленбергом. Гейдрих, видимо решив что его седалище уже достаточно настрадалось от жёсткого сидения мотоцикла, последовал за ними и, не получив возражений, тоже сел в салон.

Снова недолгая поездка по улицам. Поворот налево, недалеко от станции Лихтерфельд, прямо на юг и вот уже перед ними Карлсплац, площадь на которой соединяются сразу четыре улицы. Водитель быстро и умело объехал несколько военных грузовиков с номерами СС и остановился возле какого-то бесформенного куска металла. Ему понадобилось несколько секунд прежде чем Генрих смог определить то что совсем недавно было сверкающим лаком бронированным автомобилем Шпеера… Просто невообразимое зрелище! Застыв, Гиммлер ошеломлённо рассматривал груду железа вместо неё.

Салон буквально смят страшным ударом. Везде валяются осколки бронестекла, куски резины от ободранных колёс… и кровь, вытекающая из этих обломков машины. Чудом не разбившееся лобовое стекло всё испещрено зигзагообразными трещинами из-за которых ничего не видно. Какого чёрта тут случилось⁈

С трудом оторвав взгляд от уничтоженного автомобиля Генрих окинул улицу взглядом. Вокруг расхаживали десятки солдат и офицеров СС из расположенных неподалёку казарм «Лейбштандарта», поднятых по тревоге из-за стрельбы. Несмотря на то что воевать уже было не с кем они не выпускали оружие из рук и, казалось, были готовы в любой момент начать стрелять. В кого, непонятно. Возле нескольких раненых суетились врачи и санитары.

— На них что, танк наехал? — тихо спросил Шелленберг, словно про себя. Он стоял рядом с рейхсфюрером и, похоже, впечатлён был не меньше его.

— Кто-нибудь скажет мне где наш Шпеер? — напряжённо осведомился Генрих, оторвав свой взгляд от останков лимузина. — Он жив?

— Роттенфюрер, идите сюда, за мной! — раздался совсем рядом голос Гейдриха.

Гиммлер обернулся вместе с Вальтером и увидел перед собой начальника РСХА который стоял рядом с высоким эсэсовцем с наспех забинтованной головой без шлема. Бинт на голове был бело-розового цвета, очевидно кровь просачивалась через множество слоёв. Но парень, увидев перед собой своего главного начальника, смог вытянуться, вскинуть руку и воскликнуть «Хайль Гитлер».

— Без церемоний, роттенфюрер, докладывайте самую суть! — потребовал Генрих, пытливо глядя на него снизу вверх. Похоже, он один из тех кто сражался с этими террористами, а значит точно что-то знает. Вот и хорошо! Ему уже надоело теряться в неизвестности и гадать что и как.

— Слушаюсь, рейхсфюрер, докладывает роттенфюрер СС Хагенхайм! — сглотнул от волнения эсэсовец. Его пошатнуло, но прежде чем кто-то успел ему помочь он собрался с силами и снова выпрямился. — Сорок минут назад наше подразделение было поднято по тревоге и по приказу на штатном автотранспорте выдвинулось сюда. Задача — перекрыть улицу Рингштрассе, остановить или уничтожить захваченный броневик, который преследовал легковую автомашину. Прибыв на место мы увидели что боевая машина только что раздавила её. Получив приказ уничтожить преследователей мы открыли огонь но, не имея противотанковых средств поражения, сделать этого не смогли…

— Подождите, роттенфюрер, откуда они смогли захватить броневик⁈ — спохватился Гиммлер, резко обернувшись к Гейдриху. Он почувствовал как гнев, который всё это время медленно нарастал внутри него, готов выплеснуться наружу. — Как это возможно⁈

Рейнхард катнул желваками но не стал юлить, видимо понимая что это может обернуться против него.

— Дело в том что в кортеж рейхсминистра Шпеера входил броневик войск СС, рейхсфюрер. На месте нападения его не оказалось, поэтому велика вероятность что террористы завладели боевой машиной и отправились в погоню…

Генрих видел что начальник РСХА находится не в меньшей ярости чем он сам но мужественно старается держаться. Именно на нём лежала прямая ответственность по организации охраны Шпеера и теперь судьба Гейдриха целиком зависела от Гиммлера. А вот захочет ли тот и, главное, сможет ли прикрыть его от бешеной злобы Гитлера? Это большой вопрос, особенно учитывая что судьба самого рейхсфюрера, как начальника Рейнхарда, тоже висела на волоске. После грандиозного провала контрразведки, проспавшей столько вражеских шпионов внутри Рейха, фюрер может окончательно потерять выдержку и отправить его, вместе с нерадивым Гейдрихом, на знакомство с рояльными струнами. Впрочем, верёвка или расстрел ничуть не лучше.

— Вот как… — медленно кивнул Генрих, пытаясь сохранить самообладание. — Надо полагать они подошли к экипажу броневика и любезно попросили их выйти, чтобы воспользоваться бронемашиной? Вы это хотите сказать, Рейнхард?

Гиммлер чувствовал как его голос буквально сочится издёвкой но ничего не мог с собой поделать. Ему очень хотелось как-то выплеснуть наружу всё своё волнение, ярость, страх но он не мог. Вокруг слишком много людей, если Генрих сорвётся у них на глазах то лишь сделает себе хуже…

— Думаю, рейхсфюрер, что… — начал говорить Гейдрих но тут же был прерван.

— Молчите! — каким-то свистящим от напряжения голосом ответил Гиммлер.

Он снял свою фуражку, очки и медленно провёл ладонью по лицу. Так, надо успокоиться! Что случилось то случилось, теперь уже поздно мечтать о том что можно было бы сделать для предотвращения. Прошлое не вернуть назад, надо принять ситуацию за данность и реагировать на события. Постояв минуту в молчании Генрих смог обуздать себя, открыл глаза и посмотрел на окружающих.

Шелленберг и Гейдрих не отрывали от него взгляда, стоя навытяжку. Хагенхайм, несмотря на своё состояние, так же возвышался рядом, ожидая команды.

— Роттенфюрер, продолжайте… — тихо бросил Гиммлер, ощущая как его охватывает какой-то фатализм.