Путешествия вокруг света - Отто Коцебу

47

«Рюрик» вступил в полосу, где теплое океаническое течение Куросио поворачивает на восток и в значительной мере теряет скорость, переходя в западный дрейф Японского течения (по терминологии Ю. М. Шокальского). Сюда же иногда близко подходят отдельные струи холодного течения Ойясио. Примерно в 100–150 милях к западу находились острова Гангес и Колу нас.

48

Речь идет о так называемом семафорном телеграфе, изобретенном в конце XVIII в. братьями Шалл во Франции и И. П. Кулибиным в России. Условным знакам, обозначающим слова или отдельные буквы, соответствовали различные положения двух крыльев семафора, видимых в подзорные трубы с дальнего расстояния.

49

Впервые встретившись с жителями Крайнего Севера, О. Е. Коцебу не учел отсутствия у них дерева и постоянные жилища (типа чукотских яранг) принял за временные.

50

Ныне поселок Гамбелл у мыса Чибунак, северо-западной оконечности острова Св. Лаврентия, открытого в 1728 г. выдающимся российским мореплавателем Витусом Берингом.

51

Группа островов Гвоздева (Диомида) в Беринговом проливе насчитывает три острова: Ратманова (Большой Диомид), Крузенштерна (Малый Диомид) и скала Фаруэл. Они были открыты в 1648 г. экспедицией Семена Дежнева и нанесены на карту в 1732 г. И. Федоровым и М. Гвоздевым. Подходя к ним с юго-востока, Коцебу, очевидно, принял за четвертый, несуществующий остров мыс Дежнева.

52

Речь идет о консервировании — способе сохранения от порчи пищевых продуктов посредством герметической закупорки их в различных емкостях, первоначально в жестяных банках. Этот способ в начале XIX в. изобрел французский повар

Н. Ф. Аппгер. В 1810 г. он издал руководство по консервированию, которым воспользовался английский инженер и изобретатель Б. Донкин.

53

Сарычев Гавриил Андреевич (1763–1831) — мореплаватель, географ и гидрограф, основоположник полярной археологии, исследователь крайнего северо-востока России и Алеутских островов. В 1830 г. произведен в полные адмиралы.

54

О. Е. Коцебу обнаружил вечную мерзлоту, распространенную в северной части Аляски. В науке его времени еще не существовало такого понятия, как вечная мерзлота.

55

Это едва ли не первый случай открытия ископаемого льда вообще, в частности на Аляске. Поэтому ископаемый лед вызвал такое удивление у Коцебу и его спутников.

56

Полярный суслик (Citellus empetra), распространенный на Аляске, очень близок к якутской еврашке (Citellus eversmanni bux-toni).

57

В действительности здесь нет никакого «рукава», т. е. прохода. В этом месте в залив Гудхоп впадает несколько речек, разветвляющихся на протоки, а у берега находится множество мелких островков и мелей.

58

См. об этом: Болховитинов Н. Н. Торговля и разграничение владений России, США и Англии на Северо-Западе Америки (1824–1825) // История Русской Америки, 1732–1867. — М., 1999. — Т. 2. — С. 396–436.

59

Сообщение о поездках американских эскимосов на Колыму — это, скорее всего, искажение переводчиком слов чукотского старшины. Возможно, он имел в виду эскимосов, обитающих на крайнем северо-востоке Азии.

60

В те годы на месте современного города Сан-Франциско находилась «президиа» — резиденция правительственного чиновника и форт. «Золотая лихорадка», вспыхнувшая в 1848 г. в связи с открытием золота в Калифорнии, дала толчок бурному развитию этого города.

61

Сандвичевы острова — устаревшее название Гавайских островов. В гавайском наречии полинезийского языка, в отличие от таитянского, отсутствуют звуки тир, которые переходят в кил. Поэтому правильнее не Тамеамеа, а Камеамеа, не Роно, а Лоно и т. п. Вообще, Коцебу неточно передает имена некоторых гавайцев. Приводим их в правильной транскрипции: Тамеамеа — Камеамеа, Тераиопу — Каланиопуу, Киварао — Кивалао, Каремаку — Каланимоку, Кахуманна — Каахуману, Рио-Рио — Лио-Лио.

62

Под влиянием европейских и американских моряков и торговцев на Гавайях развилась проституция, которую поощряли некоторые местные вожди, отбиравшие у «жриц любви» большую часть полученных ими «подарков».

63

Речь идет о «деле Шеффера» — немецкого авантюриста, по профессии врача. Георг Антон Шеффер (1779–1836) в 1808 г. приехал в Россию, состоял лекарем при московской полиции. В 1814–1819 гг. служил в Российско-американской компании.

А. А. Баранов послал его осенью 1815 г. на Гавайские острова для организации там торговой фактории, а также для получения груза с русского судна, потерпевшего крушение у берегов острова Кауаи. Превысив данные ему полномочия, Шеффер попытался поднять против короля Камеамеа вассального правителя острова Кауаи и даже уговорил последнего в мае 1816 г. обратиться к русскому царю с просьбой о «вечном покровительстве». О. Е. Коцебу, посетивший Гавайские острова в ноябре-декабре 1816 г., от имени русского правительства отмежевался от действий этого авантюриста. Получив такое заверение, Камеамеа с помощью капитанов американских торговых судов, заинтересованных в устранении опасного конкурента, в июле 1817 г. принудил Шеффера покинуть архипелаг. Царское правительство осудило действия Шеффера еще до того, как в Петербурге стало известно о провале этой авантюры, так как не желало дипломатических осложнений на Тихом океане. В 1821 г. Шеффер переехал в Бразилию, где стал советником бразильского императора и даже получил титул графа. См. подробнее: Тумаркин Д. Д. Вторжение колонизаторов в «край вечной весны». — М., 1964. — С. 134–166.

64

Камеамеа I (1753–1819) — король Гавайских островов, объединитель этого архипелага. Как сообщают мореплаватели, посещавшие Гавайи в конце XVIII — начале XIX в., он обладал выдающимся умом и редкой твердостью характера. Создав многочисленное войско, вооруженное ружьями и пушками, и довольно сильный флот, состоящий из нескольких кораблей европейского типа, Камеамеа пытался сдержать натиск чужеземцев и направить отношения с ними в русло, наиболее приемлемое для островитян. Но уже в годы его правления появились трагические симптомы, позволяющие предвидеть исход этой неравной борьбы (быстрое уменьшение численности островитян вследствие смертоносных эпидемий, занесенных чужеземцами, распространение алкоголизма и венерических заболеваний, вербовка молодых гавайцев на иностранные суда и т. д.). После смерти Камеамеа I, при его слабых и неспособных преемниках, попавших в полнейшую зависимость от американских купцов и миссионеров, процесс колониального порабощения гавайцев двинулся вперед семимильными шагами. См. подробнее: Тумаркин Д. Д. Гавайский народ и американские колонизаторы. 1820–1865. — М., 1971.