Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

Невдалеке от места работы я выстроил из обломков камней и веток убежище, где спал, укрываясь от ярких лучей солнца. Как только я чувствовал голод или меня клонило в сон, я немедленно удалялся в свое жилище.

Мои хозяева не препятствовали мне в этом. Справедливости ради должен отметить, что они относились ко мне хорошо. И вообще это были очень милые, добрые и простые существа, при условии, конечно, что ничто не угрожало их благополучию. Их внушительные размеры, чудовищная сила и пугающая внешность были результатом той борьбы за существование, которую вели поколения их предков. Надо сказать, что эти качества они умели применять по назначению в случае необходимости. Они употребляли в пищу мясо только травоядных животных. Такой выбор не был, как вы понимаете, следствием недостатка силы — один мужчина, вооруженный лишь веревкой, спокойно убивал могучего дикого быка.

Как я уже сказал, у меня было убежище, в котором я отдыхал после праведных трудов. Как-то раз, лежа у себя в хижине, я услышал со стороны селения страшный шум. Вскоре я увидел огромного самца, бегущего и взволнованно что-то кричащего. Когда он приблизился, я вылез наружу, сгорая от желания узнать причину такого необычного смятения. Я с гордостью всегда считал, что лишен чувства праздного любопытства, но монотонность моего существования среди дынь и сорняков развила во мне зачатки этого чувства, свойственного большинству людей.

Остальные рабочие тоже выбежали навстречу гонцу, и он немедленно выложил им какие-то сведения, после чего повернулся и, не теряя времени, помчался обратно. Когда эти зверолюди бегут, они опускаются на все четыре лапы, что помогает им с легкостью преодолевать препятствия, которые помешали бы человеку. В результате они развивают поистине удивительную скорость. И на этот раз, прежде чем я успел подробно вникнуть в суть дела, мои сотоварищи резво снялись с места и устремились в сторону деревни.

Я остался один! Впервые со дня моего пленения рядом со мной не было ни одного зверочеловека. Я был один, а все мои стражники были в деревне, отражая нападение бандитов Худжи.

Насколько я сумел понять из рассказа гонца, два самца, возвращавшихся с охоты, были атакованы полудюжиной головорезов. Эти двое вернулись домой без единой царапины, а из бандитов улизнуть сумел только один. Он-то и сообщил своему главарю об исходе схватки. Теперь Худжа собирался наказать народ Гр-гр-гр. Я боялся, что зверолюди, даже учитывая их огромную силу, не смогут противостоять напору армии Худжи, хорошо вооруженной и обученной.

Наконец у меня появилась возможность, о которой я мог до сих пор только мечтать! Я мог сейчас бежать, найти дорогу в долину и, пока два войска будут вести битву, продолжить поиски селения Худжи, о местоположении которого я знал значительно больше, благодаря рассказам зверолюдей.

Когда я был уже готов претворить в жизнь свой план, со стороны деревни до меня донесся шум яростной битвы.

Я остановился. Поддавшись острому желанию немедленно нанести удар, пусть и слабый, ненавистному Худже, я повернулся и побежал к селению. Добежав до края плато, я застыл в удивлении — трудно было ожидать от зверолюдей такого четкого боевого порядка. На краю каждого утеса стояла цепочка могучих самцов — лучших метателей веревок. В нескольких футах позади них располагались остальные самцы, за исключением двадцати, которые охраняли самок и детенышей.

Меня в основном интересовали действия первой линии обороны. Приспешники Проныры — большой отряд саготов и пещерных людей — карабкались наверх, лишь немногим уступая в ловкости зверолюдям.

Атакующие задерживались у каждого выступа, на котором можно было закрепиться, и, остановившись, пускали стрелы в обороняющихся. Обе стороны непрерывно обменивались оскорблениями, но люди, со всей очевидностью, значительно превосходили своих противников в этом искусстве.

У передней цепочки обороняющихся не было другого оружия, кроме веревок, и когда враги приближались достаточно близко, то тут, то там в воздух взмывало первобытное лассо, и петля безошибочно падала на плечи или шею врага, таща его наверх. Те, кто успевал перерезать веревку, немедленно падали в пропасть, другие же наверху перебрасывались во вторую шеренгу и погибали от могучих клыков самцов.

Но стрелы атакующих вносили значительно больший урон в ряды обороняющихся, и было ясно, что победа Худжи была лишь делом времени.

Гр-гр-гр стоял в середине первой линии, где беспорядочно громоздились обломки скал и громадные валуны. Не говоря ни слова, я приблизился к нему, взял один из камней и сбросил вниз. Бросок был удачный — камень убил на месте одного лучника, и тот в падении увлек за собой еще троих.

Гр-гр-гр повернулся ко мне в немом изумлении. Он, казалось, сомневался в искренности моих намерений. Он протянул ко мне свою мохнатую лапу, и я решил было, что мне пришел конец. Но я отскочил в сторону, схватил другой камень, отправил его вслед за первым, И на этот раз не промахнувшись. Затем я, насобирав несколько небольших осколков камней, со всей возможной точностью (а я уже, помнится, говорил, что очень неплохо метаю в цель различные предметы) начал закидывать ими саготов и людей, сея в их рядах панику и смерть.

Гр-гр-гр вновь приблизился ко мне. Я ткнул рукой в гору камней, лежащую на вершине утеса.

— Это все надо скинуть им на головы, — прокричал я, — прикажи своим воинам!

Услышав мои слова, самцы из первой шеренги, до сих пор с интересом следившие за моими действиями, схватили огромные булыжники и, не ожидая приказа, обрушили на пещерных людей град камней. Через несколько мгновений на скале не осталось ни одного человека — деревня зверолюдей была спасена.

Гр-гр-гр стоял рядом со мной и с угрюмой радостью наблюдал, как остатки отряда бандитов скрываются из глаз. Затем он повернулся ко мне.

— Ведь это твои друзья, — сказал он. — Почему ты убивал их?

— Они никогда не были моими друзьями, — отозвался я. — Я уже говорил тебе об этом, но ты мне не поверил. Ну а теперь, теперь ты веришь, что я ненавижу Худжу и его племя не