Сломанный лёд — 2 - Мария Карташева

В инсте постить себя красивую ты нашла минутку, а вот про деток-сирот пусть другие думают.

Марина остановилась в некотором оцепенении. Она долго смотрела, как Лена с какой-то остервенелостью раскладывает в багажнике объёмные сумки, зло заталкивает выпирающие углы. Женщина пожала плечами и спросила:

– Лена, я всего лишь опоздала. Причём на полчаса. Мы только-только должны выезжать из города. Зачем ты так? Давай сейчас вызовем микрик, и пока он едет, затаримся как в прошлый раз.

– Пошла ты, Марина, – плюнула словами Лена, – в свою Испанию и свою богатую жизнь! Мне некогда подыгрывать тебе, пока ты изображаешь из себя этакую мессию! Всё. Адьё!

В одну секунду Лена вскочила в свой автомобиль и рванула на автостраду. Марина осталась стоять посреди людного потока в полном недоумении. Она пожала плечами и побрела в сторону торгового центра. Как-то иссяк источник энтузиазма, хотелось забиться в какую-нибудь кафешку и постараться выбраться из болота липкой грязи, куда она только что упала.

Походив по сверкающим полам многолюдной торговой площадки, она присела в самом углу кофейни. Езда по американским горкам эмоций вымотала её, и мир стал снова каким-то серым и плоским.

– Маринка?

Вдруг услышала она знакомый голос за спиной. Марина повернулась и увидела улыбающееся лицо своей давней приятельницы, ещё со времён студенчества.

– Оля? – Марина встала ей навстречу. – Вот так встреча. Привет! Ты как?

– Хорошо. Работаю здесь. – Ольга улыбнулась. – У меня перерыв обеденный, пойдём поедим. Только в другом месте, – она понизила голос и поморщилась, – я знаю, где вкусно и не так бьёт по карману.

Весело болтая, подруги пересекли несколько коридоров и оказались в подобии столовой, где и правда витали ароматные запахи еды.

– Сестрёнка моя здесь поваром трудится, так что могу дать гарантию, что всё на высшем уровне. Ну, помнишь, Анечка моя. Совсем малявка была, всё на дискотеку с нами просилась.

Выбрав какую-то снедь, женщины устроились за столом у окна.

– Ну, как ты? Что ты? А то уехала в свою заграницу и ни слуху, ни духу. Как здесь оказалась? Опять в Москве? Выглядишь, конечно, шикарно, как кинозвезда. Но ты всегда красоткой была. – Оля сыпала вопросами, ела, смеялась.

Марина пожала плечами и даже не знала с чего начать. Она кратко описала свою нынешнюю жизнь и утро сегодняшнего дня.

– Так что даже не знаю, что и думать. – она воззрилась на сидящую напротив подругу.

– Нашла с кем добрыми делами заниматься. – рассмеялась Оля. – Да она только и делает, что торчит в соцсетях и мгновенно бежит туда, где есть чем поживиться. А к тебе она прилетела потому, что хотела позлорадствовать. Думала, что твой тебя бросил. Она мне что-то тыкала недавно в лицо, что-то о тебе в соцсетях, но, знаешь, я как-то больше своей жизнью увлечена. А у Ленки что? Муж налево и направо ходит, но честно, – Оля картинно схватилась за голову, – даже я его понимаю. С её характером жить – это сплошной кошмар. Она стала жадной, склочной и до безобразия мерзкой бабой. Я просто в подсобку бегу, если она приходит. Хотя теперь, благодаря её идиотизму и нечестности, она к нам ходит нечасто. – Оля рассмеялась, – Она уже ко мне забегала сегодня, трындела что-то, что сейчас ты приедешь и оплатишь всё, что детям наберёт. Носилась как полоумная по магазину, но у нас товаровед её прекрасно знает. Один раз мы ей в долг для сирот отгрузили с большой скидкой, – Оля вздохнула, – потом всей сменой скидывались, чтобы долги покрыть. Зато в пресловутых сетях она расписывала эти «свои заслуги» чуть ли не полгода. Сейчас её Люба увидела и просто выставила из магазина. – допив кофе, Ольга улыбнулась. – А за тебя я рада. Ты большая молодец. – Оля посмотрела на часы. – Обед заканчивается, запиши мой номер, давай пока ты здесь встретимся, что ли.

Расцеловав Ольгу, Марина проводила её до отдела, где она работала и зашла внутрь. Марине было обидно, что она из-за глупости Лены так и не смогла доехать до детей, которые ждали. Но, в ответ её мыслям зазвонил телефон.

– Слушаю. – Марина увидела незнакомый номер.

– Здравствуйте. Вы Марина? – уставший женский голос звучал напряжённо.

– Да.

– Вы меня простите, но так нельзя. Дети ведь ждали, а вам вот оказалось всё равно. Мне Елена позвонила, сказала, что приехать не сможет, что вы отказали, а волонтёрам и так нелегко собирать средства на подарки, да и на топливо, путь-то неблизкий. Вам, может, с ваших высот и не видно их лиц, но вы сейчас очень неправы. Они и концерт придумали, и стихи учили! Мы же находимся, конечно, не в Москве, путь до нас неблизкий и не так много гостей приезжает. Вы очень нехороший человек.

– Так! Стоп! – Марина нахмурилась. – Не знаю, что вам рассказала Лена, но я просто немного задержалась. Именно сейчас я нахожусь в магазине игрушек и выбираю подарки детям. Тем более я хотела спросить, есть ли где у вас остановиться? Я намерена пробыть несколько дней. Да, и пришлите мне размеры детей, а то не совсем понимаю, какую одежду покупать. Скорее всего, я буду не раньше часов пяти вечера, но я приеду сто процентов. Я ещё машину жду, я заказала микроавтобус, чтобы всё довезти.

Женщина в ответ замолчала, и вдруг Марина услышала, как её голос начал расцветать робкими красками радости.

– Как получилось-то неудобно. Простите! Просто, – она помолчала, – ладно, неважно. Что мне нужно сделать? Я как-то растерялась.

Выяснив наконец все подробности, Марина за считаные часы с помощью Ольги организовала поездку к детям и вскоре с парковки торгового центра отправился автобус, гружённый игрушками, одеждой, сладостями и фруктами и «так по мелочи», как выразилась Марина. «Так по мелочи» заняло чуть ли не половину автобуса.

– Вы туда на год, что ли, едете? – спросил водитель, когда одарённые деньгами работники парковки закончили таскать вещи внутрь салона.

– Я нет! А вот дети, могут провести там всё своё детство.

Марина снова набрала Северино, но самолёт, видимо, парил ещё где-то между облаками и ответом было лишь механическое «абонент вне зоны доступа». Хотя он путешествовал только специальными рейсами, и связь там была всегда.

***

Юля снова проснулась, когда солнце уже перебралось в другие окна и валялось на светлом ворсистом ковре, растянувшись во всю его ширь. Но это, видимо, были последние лучи, потому что с горизонта маршировали синие тучи, и день обещал перестать быть осенним. Девушка пошевелилась, почувствовала, как затекла шея, и глаза слипаются от туши, которую перед сном не было сил смывать. До её слуха донёсся чей-то бодрый голос, и минуту спустя в дверях появился вчерашний знакомый. Юля внутренне выругалась, что не заставила себя встать пораньше и уехать и из этой квартиры, и