Укрощение строптивых (СИ) - Гриц Лана

ГЛАВА 24.

Я проснулся рано, на улице только-только зарождался рассвет. Не открывая глаз, я протянул руку и пощупал сторону кровати, на которой спала Алиса. Она оказалась пустой и холодной. Тогда я поднялся, потер глаза, провел рукой по волосам и, тяжело вздохнув, пошел в гостиную в надежде найти ее там. Чувствовал я себя отвратительно: ужасно раскалывалась голова и где-то в глубине души скребли кошки. В квартире стояла полнейшая тишина. Заметив на столе лист бумаги, который был небрежно вырван из тетради, я приблизился и взял его в руки. Усевшись на диван, я принялся читать написанные строки. Из-за корявого подчерка некоторые слова было сложно разобрать, похоже, что писали в быстром темпе.

«Дорогой Кирилл!

Вот и настал тот момент, когда нужно прощаться. Извини, но лично этого сделать я не смогу – боюсь, не хватит смелости. Хочу сказать большое спасибо за все дни, которые мы провели вместе. Благодаря тебе я превратилась в настоящую женщину: наряжалась для тебя в платья, красилась и обувала жутко неудобные туфли с высокими каблуками! Я рада, что судьба свела меня с тобой, ведь ты помог мне понять, что я сексуальна и желанна.

Сейчас уговор потерял актуальность, и теперь наши пути расходятся в разные стороны. Нам больше незачем встречаться. Мне очень стыдно за то, что произошло вчера. Я так не хотела! Чувство обиды захлестнуло меня, и я не смогла ему воспротивиться. Оставаться рядом больше нельзя. И если мы будем держаться друг от друга подальше – так будет проще для нас двоих.

Знаешь, я ведь не спала и слышала весь твой монолог. Благодарю тебя за столь личное и откровенное признание! Будь уверен – я сохраню все в тайне. Мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить! Терять любимых нелегко, и я знаю это из собственного опыта. Но я хочу, чтобы ты знал одну вещь: ты совсем не такой как отец! Ты добрый, нежный и даже романтик, хотя в последнее я до сих пор верю с трудом, вспоминая вечер в общежитии! И это не просто слова! За столь короткий срок ты смог вытащить меня из ненависти к тебе и погрузить в симпатию. И я надеюсь, что в ближайшее время ты освободишься от страха, который поселился в твоем сердце много лет назад.

Прости меня за девичьи слезы, в моей голове полнейший хаос. Писать сложно, но смотреть в твои голубые глаза и оставаться равнодушной – еще мучительней.

Прощай, Кирилл!

Навсегда твоя - Алиса».

Дочитав до конца, я провел большим пальцем по засохшим капелькам слез, которыми был пропитан лист, оставив маленькие разводы. Трясущейся рукой я скомкал записку и швырнул в стену.

ГЛАВА 25.

Я лежала на кровати, положив руки под голову, и смотрела в потолок. Наши отношения с Кириллом были словно пластырь: надо было набраться смелости и резко его сорвать, испытав острую боль, нежели мучительно тянуть и терпеть. И я сделала это! В том, что мой поступок был правильным, я ничуть не сомневалась. Мне нужно было уделять больше времени Чемпионату, так как через пять дней должен состояться бой за выход в финал. Хорошо, что у меня есть бокс, и я могу отвлечься от назойливых мыслей о Кирилле. После утренней тренировки я приехала к маме Тане и планировала провести весь день с семьей. Эта поездка оказалась очень кстати: если вдруг Кирилл вздумает меня искать, здесь ему точно меня не найти.

Из собственных размышлений меня вырвала Анька, которая вихрем залетела в комнату.

- Эл – возмущенно сказала она, хлопнув дверью – ты представляешь, Мишка жениться вздумал!

Наши с ней отношения понемногу налаживались. Она извинилась и поклялась, что бросила заниматься ерундой, из-за которой нас повязали, и настроилась на успешное окончание университета. А я не могла долго на нее злиться, все-таки мы выросли вместе, и она была мне как сестра, хоть и такая взбалмошная.

- И что в этом плохого? – не отрывая взгляда от потолка, произнесла я и закинула ногу на ногу.

- Да ему только-только восемнадцать стукнуло – не успокаиваясь, ответила Аня, заправляя выбившуюся прядь темных волос за ухо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Так он с Иришкой с самого детства дружит – спокойным тоном сказала я и задумалась – с начальных классов, кажется?

- Ну и что – топнув ногой, негодовала Анюта – так не должно быть!

- Аааа, я поняла, ты переживаешь, что младший брат тебя обскакал? – усмехнувшись, спросила я и приподнялась на одном локте.

- Да! – закивала Анька и рухнула лицом на кровать, стоявшую рядом с моей – я наверно в старых девах останусь, заведу котов и состарюсь с ними.

- Предлагаю в старости жить вместе – улыбнувшись, представила я – будем две веселые бабули с котами!

- А как же тот красавчик, который нас вытащил из полиции? – подняв голову от подушки и  изогнув бровь, спросила Аня, пристально наблюдая за мной.

- Он просто знакомый – тихо ответила я и отвела взгляд.

- Да? – удивленно произнесла Анька и села на кровати, положив подушку перед собой  – тогда дашь его номерок?

- Девочки! - послышался голос мамы Тани, доносившийся с первого этажа – спускайтесь и помогите накрыть на стол.

Аня продолжала сверлить меня взглядом, ожидая, что я отвечу на ее просьбу, но я лишь молча встала и направилась в сторону двери.

- Значит просто знакомый? – ехидно спросила Анька, обгоняя меня и ладонью звонко шлепнув по попе.

Улыбнувшись и покачав головой, я побежала за ней, пытаясь догнать, мы с грохотом спустились по ступенькам на первый этаж, и, толкая друг друга, зашли в кухню.

- Я думала, вы лестницу сломаете – засмеявшись, сказала мама Таня – уже здоровые девки!

Анька взяла бутерброд с тарелки, за что сразу же получила по рукам от крестной.

- Не кусочничай, Анюта – строго сказала она – сейчас Миша с Иринкой придут, и будем садиться за стол!

Семейный обед прошел как всегда легко и весело. Основной темой для разговора была предстоящая свадьба. Я старалась делать счастливый вид, и иногда ловила на себе встревоженный взгляд крестной.

Когда я загружала последние тарелки в посудомоечную машину, в кухню зашла мама Таня с пустыми бокалами из-под сока в руках.

- Эл – поставив их на стол, сказала она – милая, у тебя все хорошо?

- Да – четко ответила я и схватила тряпку, чтобы вытереть столешницу и как раз спрятать свой взгляд, который предательски выдавал мое вранье.

Она подошла ко мне, взяла за плечи и аккуратно развернула к себе.

- Ты ведь помнишь, что можешь мне все рассказать – прошептала она  и пристально посмотрела в мои глаза, проникая в самую глубь ноющей души.

История с Кириллом тяжелым грузом лежала на сердце и угнетала. Может, стоит поделиться своими переживаниями с крестной и станет легче? Но мне не захотелось нагружать ее своими глупыми проблемами, которые вскоре уйдут и все наладится вновь.

- Мам Тань – улыбнувшись, сказала я и обняла ее, чтобы скрыться от пронизывающего насквозь взгляда – все хорошо, честное слово!

Поцеловав меня в макушку, она вышла, а я оперлась руками о стол и облегченно выдохнула. Постояв минут пять с закрытыми глазами, я собралась с мыслями, закончила прибираться на кухне, затем поднялась по лестнице на второй этаж, чтобы проверить последние новости в мире спорта.

Когда я зашла в комнату, мой телефон оповестил меня о новом сообщении. Я закрыла дверь и замерла на месте. Я почему-то боялась подойти к гаджету, лежавшему на кровати, и взглянуть на экран. Внутри меня нарастало волнение, которое постепенно блокировало горло и мешало полноценно дышать. Сделав глубокий вдох, я все же пересилила себя и взяла в руки мобильный. Это было сообщение от Сашки – стало немного грустно. Надеялась ли я, что Кирилл попытается выйти со мной на связь? Да! И его молчание означало только одно – я ему не нужна. Он наверно уже развлекается в компании черноволосой стервы и забыть забыл кто такая Алиса Сафонова, и что она вообще была когда-то в его жизни. В очередной раз убедилась, что поступила правильно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})