Окно в Европу (СИ) - Бондаренко Вадим

- Хорошо… идём!

Пратт довольно оскалился слегка позеленевшей от морской болезни физиономией. Этого моремана так просто с ног не свалишь, вон, даже улыбаться пытается…

- Хорошо!.. Но лучше бы… мы шли помедленнее. Посмотри направо… небо у горизонта начинает темнеть.

- Думаешь, будет… шторм?

- Вряд ли сильный… Но проверять не хочется!..

Впрочем, выбора у нас особого не было - только надеяться на то, что экспедиция доберется до берега раньше, чем нас настигнет буря. И на качественную сборку “Газели” и “Зайцев”...

Туча двигалась почти паралельно нашему курсу, и к трем часам пополудни она закрыла собой солнце. Ветер становился порывистым, и я, опасаясь за прочность мачт, скомандовал спускать парус и зажигать сигнальные лампы. На других кораблях повторили наш маневр, готовясь встретить непогоду.

- Всем привязать... страховки! Чан-Синь, ты почему без пояса?

- Энн-ой Дим, моя сильный. Крепко держаться!..

- Ты сейчас... член команды “Газели” и... должен выполнять приказы капитана! Смоет тебя за борт, думаешь, мы... бросимся тебя вылавливать? Нет, будешь... выбираться сам. Рисковать... жизнями других из-за твоей глупости я... не разрешу!

- Моя ошибся… Сейчас Чан-Синь привязать себя. И Ли привязать…

- Она не настолько... самоуверенная. Уже выполнила команду. Без споров!

Пока денисовец, сокрушенно вздыхая, закреплял страховочный пояс, небо совсем потемнело. По укрытым шкурами и прорезиненной тканью тюкам застучали первые капли дождя. С запада приближался шум стремительно надвигающегося ливня.

- Пратт, сколько от нас… до ближайших кораблей?

- Метров двести. Боишься… что столкнемся?

- Да, сейчас… дождь скроет… свет от ламп! Пратт, давай немного… пройдем вперёд - не дай Добрые Предки, заденем кого. Мы только… скорость потеряем, а “Зайцы”... могут и затонуть, если совсем… не повезет!

- Понял! Четверо на весла!.. Полный вперёд!...

Гребцы заняли свои места, и отфыркиваясь от потоков воды, ритмично заработали веслами. Флагман медленно двинулся вперёд, ориентируясь только по направлению ветра - использование несовершенного и неудобного водного компаса сейчас было невозможным. Десять минут мы шли наугад, и прикинув, что за это время “Газель” достаточно разорвала дистанцию, Пратт остановил гребцов. Теперь оставалось только пережидать кратковременный летний шторм…

Порывы шквального ветра стали стихать уже через полчаса, но вот дождь, хоть и перестал лить, как из ведра, все равно сильно снижал видимость. Как ни старался Л’тени, наш вперёдсмотрящий, даже взобравшись на мачту он не смог разглядеть ни одного огонька с соседних судов. Выждав ещё немного и оценив уменьшившиеся волны, Пратт, нервно выбивая пальцами дробь по мокрому борту, подошёл ближе ко мне:

- Мы уже можем поднять парус! Разворачивается и идём назад?

- Не спеши... Давай лампу, сначала нужно определится, где они. “Зайцев” могло разметать на несколько километров, наугад мы их будем до ночи искать.

Я не представлял, что бы мы сейчас делали без моих способностей энноя. Точнее, представлял, но только отчасти - стали бы наматывать круги по расширяющейся спирали до тех пор, пока не наткнулись на друзей… Но возможность видеть метки союзников все намного упрощала.

Недолгий контакт с подрагивающим пламенем - и передо мной услужливо разворачивается чёрное пространство с россыпями точек. Так, вот я, вот команда и пассажиры “Газели”. Позади нас, на северо-востоке - небольшие скопления из нескольких отметок. Пять, семь, десять… Одного “Зайца” не видно. Отнесло ещё дальше?

Быстро перевожу взгляд севернее - пусто. Восточнее - то же самое… Сердце тревожно сжимается - неужели катамаран затонул? У него же запас плавучести огромный, даже с одним поплавком судно удержится на воде! Тем более на последних кораблях серии мы стали разделять поплавки на несколько герметичных отсеков, повышая общую живучесть. Или пропавший - из первых образцов?..

Наконец, я догадываюсь посмотреть южнее - и больше, чем в двух километрах от нас, вижу пропажу. Все точки сгрудились вместе в одно зелёное пятно. Что-то с ними не так, обычно команды старались рассадить пассажиров равномерно… Но люди живы, это главное!

- Пратт, выдвигаемся вперёд и чуть левее.

- Дим, все наши живы?

- Надеюсь, что да - десять кораблей позади нас, там все спокойно. Только один сильно отнесло в сторону. Думаю, им нужна помощь.

- Поднять парус! Гребцы, садитесь на весла!

Наш адмирал сильно встревожился, услышав о возможном кораблекрушении - сам метнулся к парусам, помогая быстрее развязать узлы веревок, удерживающие тяжёлую парусину. Все члены команд катамаранов - выходцы из его рыбацких артелей, большинство из них он обучал лично…

Зная направление, отыскать терпящее бедствие судно не составило большого труда. Десять минут - и вот уже сквозь пелену дождя мы увидели огоньки сигнальных ламп, а затем и сам катамаран со сломанной мачтой, покосившийся на правый борт. Да, сильно же ему досталось!..

- “Газель”! Народ, это наш флагман! Пратт, быстрее, правый поплавок набирает воду, скоро весь груз под воду уйдет!!

Радостные крики, раздавшиеся с уцелевшего поплавка, за который цеплялась и команда, и пассажиры, показали, что мы прибыли вовремя. “Заяц-3” кренился все сильнее, и если людям ничего не угрожало, то вот десятки кожанных мешков с товарами, провизией и, главное - доспехами и оружием, уже были наполовину в воде.

Действовать нужно было быстро, и мы, притянув повреждённый борт катамарана к “Газели”, стали его разгружать. Крепкие руки неандертальцев играючи перебрасывали вещи с борта на борт, со стороны казалось, что мешки и ящики вообще не имеют веса. Справились быстро, утопив только один тюк с керамикой, соскользнувший вниз с палубы и мгновенно исчезнувший в глубине.

Уже вернувшись к остальным кораблям, мы подвели итоги первого столкновения с непогодой. “Человеческий фактор” проявил себя во всей красе - неправильно завязанные матросами узлы не позволили команде третьего “Зайца” оперативно свернуть парус, и судно отнесло далеко вперед от остальных кораблей. Капитан тоже показал свою некомпетентность - во время усиливающегося шторма он не догадался просто разрубить узлы. В результате сильный порыв ветра порвал туго натянутые снасти и сломал мачту. Да так неудачно, что край реи при падении пробил поплавок…

Пратт хмурился и отводил глаза - часть вины лежала и на нем. Только что он высказал спасенным все, что думает о криворуких матросах и их руководителе. Разбушевавшийся адмирал не только сменил последнего, но и урезал премии команды в половину. Ради справедливости стоит добавить, что со своей премией он поступил точно так же. В общем-то экспедиция легко отделалась - промокшие до последней нитки люди, сильно повреждённый катамаран и несколько десятков потерянных горшков не в счёт…

Пока мы спасали потерпевших кораблекрушение, вновь собирали флотилию вместе и выстраивались в походной ордер, прошло больше часа. За это время дождь почти закончился, небо начало светлеть, на западе сквозь прорехи облаков прорезались лучи низко опустившегося солнца. До темноты оставалось чуть больше двух часов, и капитаны судов изо всех сил пытались наверстать упущенное - катамараны, поймав ветер, устремились на юг. “Газель” теперь постепенно преместилась в центр отряда, выгнувшегося широкой дугой - мало того, что загрузка флагмана существенно увеличилась, так ещё и тянувшийся вслед за ней на буксире “Заяц-3” сильно тормозил движение. Даже задействовав весла, мы с трудом вышли на семнадцать километров в час…

До того, как на нас налетел шторм, мы успели пройти около двухсот километров - значит, до берега Заморья сейчас могло остаться от пятидесяти до семидесяти, все зависело от того, насколько сильно нас снесло на восток.