Дневник комиссара - Георгий Кулаков

Памятным для всех нас днем стало 17 февраля: в этот день нас вызвали в Кремль для вручения правительственных наград. Я тогда впервые был в Кремле и впервые так близко видел Михаила Ивановича Калинина.

Указом Президиума Верховного Совета от 16 февраля 1942 года были награждены: орденом Ленина — четыре человека, в том числе посмертно Староверов и Боголюбов, орденом Красного Знамени — девять человек, Красной Звезды — двенадцать и медалью «За отвагу» — четыре человека.

Когда для получения ордена Ленина пригласили Медведева, Дмитрию Николаевичу от имени всех партизан было предоставлено слово. Медведев не ожидал, что он будет выступать, он растерялся, и чувствовалось, как он сильно волнуется. Но затем наш командир успокоился, собрался с мыслями и произнес отличную речь.

Закончил он заявлением, что война только начинается и, несмотря ни на какие трудности, ни на какие лишения, мы готовы выполнить любое задание партии и правительства.

После этого был товарищеский ужин, мы делились впечатлениями от посещения Кремля, мечтали, что в ближайшее время снова пойдем в тыл противника продолжать свою партизанскую «карьеру».

В ночь с 23 на 24 февраля полковника Орлова срочно вызвал к себе командующий фронтом Георгий Константинович Жуков.

Вместе с Орловым поехал и наш командир. Встреча продолжалась почти два часа. Командующий фронтом внимательно выслушал доклад Медведева о действиях наших отрядов, о полученных разведывательных данных.

— Что можно сделать в тылу врага, дабы прервать его коммуникации и приостановить снабжение фашистских войск на Западном фронте? — спросил Жуков. — Сейчас чрезвычайно важно, чтобы гитлеровцы не могли гнать свои эшелоны к фронту.

— Это сделать довольно просто, — ответил Медведев. — Надо создать партизанский корпус из действующих на местах отрядов и как следует вооружить его

— Пока вы будете сколачивать партизанский корпус, пройдет время, — прервал его Жуков, — а нам нужны немедленные действия.

— Тогда необходимо срочно сформировать и направить в тыл противника отряд человек в двести, который будет действовать только по указанию командования и на определенных коммуникациях противника, — уверенно сказал Медведев. — Но для этого нужны оружие, взрывчатка…

Жуков одобрил предложение Медведева.

Вернувшись, Дмитрий Николаевич рассказал Сиповичу и мне о своей встрече с командующим.

8 марта 1942 года Медведев, Сипович, Королев, я и еще другие партизаны были приглашены в Колонный зал Дома союзов на вечер, посвященный Международному женскому дню. Медведева с нами не было, его вторично вызвал командующий фронтом. Уже поздно вечером Дмитрий Николаевич пригласил к себе Сиповича и меня и вкратце информировал нас о разговоре с командующим.

Жуков интересовался, как идет формирование отряда.

— Готовлю отряд к выброске в тыл противника, — отрапортовал Медведев.

Командующий одобрил его действия и еще раз подчеркнул, что первоочередные задачи — это на возможно длительное время прервать коммуникации врага и как можно больше собрать разведывательных данных: где расположены аэродромы противника, особенно те, с которых фашисты летают бомбить Москву, склады, базы, штабы гитлеровских войск. Надо собрать сведения о поездах, сколько проходит их в сутки по одноколейным и двухколейным дорогам и сколько времени необходимо противнику, чтобы восстановить разрушенные коммуникации.

— В дальнейшей беседе, — продолжал Дмитрий Николаевич, — я заметил, что следует глубже смотреть в тыл противника, так как коммуникации врага идут с запада, и поэтому можно взрывать эшелоны и технику на значительном удалении от линии фронта. По-моему, партизанское движение следует развивать именно в этом направлении. Людские резервы в глубоком тылу противника есть, необходимо послать туда людей для организации движения — командиров, комиссаров, начальников штаба, специалистов-взрывников и главным образом вооружение.

Жуков спросил, сколько нужно автоматов. Я ответил, что не подсчитывал, но примерно тысячи две — две с половиной. Тогда он сказал:

— Разрабатывайте материал. Дам три тысячи автоматов и все, что нужно. Желаю успеха!

Вскоре после этого разговора в штабе фронта было сформировано несколько партизанских групп и отрядов, которые были срочно переброшены через линию фронта для организации разведки и диверсии на железнодорожных коммуникациях противника. В эти группы и отряды включили по нескольку бойцов и командиров нашего отряда: их опыт, полученный в боях на Брянщине, был нужен, необходим новым формированиям. Один десантный отряд, действовавший на территории Западной Украины, возглавил сам Дмитрий Николаевич Медведев. Подвиги и дела этого отряда описаны в замечательных книгах Медведева: «Это было под Ровно» и «Сильные духом»…

С поставленной задачей эти группы и отряды с честью справились, а их участники были отмечены правительственными наградами. Дмитрию Николаевичу Медведеву было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

«Правда», 13 мая 1967 года.

Брянской области был вручен орден Ленина.

«Брянск, 12 мая (ТАСС). Сегодня на торжественном собрании во Дворце культуры Брянского машиностроительного завода Брянской области был вручен орден Ленина. Этой высокой награды трудящиеся области удостоены за активное участие в партизанском движении, мужество и стойкость, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в период Великой Отечественной войны, и за успехи, достигнутые в восстановлении и развитии народного хозяйства».

Эту коротенькую заметку из «Правды» я помещаю здесь как естественный заключительный аккорд моего повествования о героях-партизанах Брянского края. Помните о них!

Г. Кулаков

В жизни всегда есть место подвигам!

Дорогой читатель! Продолжая традицию нашей библиотечки — знакомить тебя с живыми героями, — мы пригласил» сегодня в наш «Клуб» Альберта Вениаминовича Цессарского, «партизанского доктора» в отряде Героя Советского Союза Д. Н. Медведева.

Альберт Вениаминович не был участникам первого партизанского похода Д. Н. Медведева, о котором рассказывает в своей документальной повести Г. Кулаков. Он познакомился с Дмитрием Николаевичем Медведевым позднее, в Москве, когда тот готовился к своему новому рейду по тылам противника. (Читатели знают об этом рейде по книгам Д. Н. Медведева «Это было под Ровно» и «Сильные духом».) Повесть Г. Кулакова «Дневник комиссара», таким образом, раскрывает нам предысторию легендарных медведевцев, многие из которые вместе со своим командиром продолжали сражаться в Белоруссии и на Украине.

Естественным послесловием к книге Г. Кулакова «Дневник комиссара» будет рассказ Альберта Вениаминовича о дальнейшей судьбе некоторых из героев повести.

…Я увидел Медведева весной 1942 года, когда он формировал в Москве свой второй отряд. Будущего командира в Отдельной мотострелковой бригаде особого назначения знали по рассказам его бойцов, только что возвратившихся из тяжелого рейда по вражеским тылам. О мужестве, смелости и находчивости своего командира медведевцы рассказывали легенды. И я невольно оробел перед дверью его служебного кабинета…

Медведев — совсем такой, каким описывает его Георгий Николаевич Кулаков. Стройный, подтянутый, он стремительно обернулся ко мне, буквально пронзил взглядом черных глаз, кивнул, приглашая войти, и продолжал прерванный разговор с высоким военным. Я замер по стойке «смирно», изо всех сил изображая эдакого опытного солдата-строевика. Военный — он был по званию младше Медведева — что-то оживленно рассказывал Дмитрию Николаевичу. Оба смеялись — просто, легко, непринужденно. В комнату вошел человек в морском кителе, и Медведев, улыбаясь, сказал:

— А, Толя! Познакомься, доктор к нам просится…

На меня сразу повеяло теплотой человеческих отношений, полных доверия и уважения, той атмосферы, которая неизменно окружала Медведева и его товарищей. Так я впервые увидел и комиссара его отряда Георгия Николаевича Кулакова и радиста Анатолия Шмаринова. Разговаривая с командиром, они то той то другой фразой напоминали друг другу о событиях недавнего рейда, где-то хмурились, где-то удивлялись, где-то радовались. Я ничего не понимал и завидовал этим людям, которых уже объединило очень большое, очень важное, может быть, самое важное в жизни. Потом, проведя с Медведевым почти два года в глубоком тылу врага, я все-таки немного ревновал его к этому прошлому, к той нежности, с которой он вспоминал свой первый отряд…

Для бывших соратников Дмитрия Николаевича его первый отряд действительно стал жизненной школой. Саша Творогов — автор «Дневника» — посвятил ему много теплых строк — стал командиром первой группы нашего отряда, высадившейся с парашютами в тылу врага. Они должны были подготовить базу, чтобы принять затем остальную часть отряда. Из первых медведевцев вместе с Твороговым был и Филипп Куринный. От него мы узнали о судьбе Саши.