Совершенно несовершенная (СИ) - Катри Кримбер

к ней вновь, и… Алексии становилось больно от осознания, что этим вполне все может и закончиться, ведь у нее нет никаких шансов выиграть эту войну. Она сама все развалила благодаря своей упертости выиграть этот скандал. Ее прямолинейность всегда выходила ей боком. Она не умела подлизываться и лицемерить. Считала, что это не для нее. А вот Элен с этим прекрасно справлялась, судя по тому, как она умело виляла хвостом возле своего нового ухажера. Это раздражало. Она вполне могла снова привязать к себе Алана. Хотя после этого скандала девушка убедилась в том, что Алану нужна не такая, как Элен, либо сама Алексия. Они для него слишком дерзкие и своенравные. Парню бы отлично подошла та, которая будет ему во всем потакать. Тихая, спокойная, вменяющая каждому его слову. Тогда у них получилась бы идеальная пара на зависть всем вокруг. Жаль, что Алан выбирал не тех. Возможно, он даже и сам не осознавал этого.

Проверив в очередной раз уведомления на своем телефоне, Алексия хмыкнула, нисколько не удивляясь их отсутствием. За несколько дней она стала привыкать к сообщениям парня, боясь пропустить от него хоть одно слово в их личном чате. Эту радость и тепло, разливающиеся в душе, было не описать никакими словами. В эти минуты она чувствовала трепет и волнение, когда открывала очередное сообщение, лихорадочно бегая взглядом по строчкам, а потом быстро клацала по кнопкам, набирая ответ. Так она чувствовал себя нужной. Алану всего за несколько дней удалось разбаловать ее своим вниманием. А теперь ей этого не хватало, и от этого ей становилось невыносимо грустно и больно.

Оставив телефон в покое, она решила хоть чем-то отвлечься. В раковине накопилась гора посуды, к ногам с пола неприятно липли крошки и всякий мелкий мусор. Со своей работой и подработкой она забыла, когда в последний раз стирала постельное белье на своей кровати, а еще было бы неплохо освежить повседневные вещи, пока у нее есть на это время, ведь у нее был выходной.

Бесспорно, было очень глупо тратить своей единственный выходной на уборку в квартире, но жить в свинарнике она не могла. Ее начинало это медленно, но верно выводить из себя, да и лежать лежнем она не любила. Девушка всегда считала, что любой отдых — это смена деятельности, да и от горизонтального положения на кровати она будет только и делать, что заниматься бессмысленным самокопанием и сеять надежды на лучшее. А так она хоть немного отвлечется, да и после уборки ей всегда становилось заметно легче дышать. Странное ощущение, но, видимо, все адекватные люди любили чистоту и порядок. Все, кроме Оливии, ведь ту с трудом можно было заставить помыть даже посуду за собой.

Алексия, порой, и сама не понимала, почему уборка в квартире лежала лишь на ее плечах, но придавать ей из раза в раз уютный вид ей было не сложно. Ей это нравилось, хоть Оливия никогда и не ценила ее усилий. Алексия давно перестала ждать от нее обычного "спасибо" за это. В итоге, она пришла к мысли, что делает все это для себя и своего же комфорта. Большего ей и не было нужно.

Алексия начала с того, что вымыла всю посуду в раковине, начистила плиту до блеска и полила все цветы в квартире. Вытерла пыль со всех поверхностей, собрала вещи, запустила машинку и перестелила постель.

Вытащив из огромного шкафа, который стоял в коридоре и заменял собой кладовку, пылесос, она принялась за ковры по всей квартире, не забыв заглянуть в комнату Оливии. Она никогда не говорила лучшей подруге о том, что прибиралась в ее комнате. Та все равно не замечала, либо не хотела выговаривать ей ничего на этот счет. Возможно, она задавалась когда-нибудь вопросом о том, почему ее комната никогда не нуждается в уборке, но не выносила это на обсуждение с Алексией.

Комната лучшей подруги выглядела чуть лучше, чем ее, но все же без цветов в ней было как-то неуютно. У Оливии стояла двухместная кровать, угловой стол, на котором располагался старый музыкальный центр и ноутбук. Стул, вешалка для одежды, которую подруга купила, увидев такую у Алексии, комод и телевизор.

Пропылесосив ковер, Алексия немного осмотрелась по сторонам, не понимая, от чего в ней резко взыграло чувство тревоги. Вроде, все было, как обычно, пока она не сходила за тряпкой, дабы протереть в комнате пыль.

Решив начать с ближайшей поверхности, она несколько минут в упор смотрела на комод, на котором не было телевизора.

«Сломался, наверное» — к такому выводу пришла Алексия, ведь вся техника была еще с тех времен, как ее купили родители Оливии, а новую хозяйка комнаты пока не могла себе позволить.

Заглянув во все углы, под кровать, а затем и в шкаф в коридоре, она так и не смогла найти пропажу. Конечно, это было не ее дело, как ее лучшая подруга распоряжалась своими вещами, тем более телевизором, который Алексии отродясь не был нужен, но чувство тревоги никуда не делось.

Бросив тряпку на комоде, она прошла на кухню за телефоном, после чего, взяв его в руки, набрала номер подруги, да принялась ждать ответ.

Оливия никогда не была к ней ласкова по телефону, поэтому, ответив на звонок, тут же выпалила:

— Чего тебе?

Алексия, поморщившись от такого ответа, решила не отнимать у нее много времени, поэтому сразу же перешла к делу.

— Скажи-ка на милость, а где телевизор, который все это время стоял в твоей комнате?

Девушка, повысив на нее голос, кажется, даже и не собиралась прямолинейно отвечать на ее вопрос.

— Тогда и ты ответь мне — какого хрена ты в ней забыла?!

Конечно, ситуация была далеко не из приятных, ведь по сути она спалила сама себя, но беспокойство за подругу никуда не уходило, поэтому она готова была услышать все, что угодно, чтобы ей стало хоть немного легче.

— Решила пропылесосить и вытереть пыль, чтобы квартиру не оккупировали тараканы. Так что с телевизором? Где он?

Настояв на своем, Алексия все так же хотела услышать ответ от подруги.

— Продала. Мне нужны были деньги.

Девушка надеялась услышать о том, что подруга отнесла его в ремонт или что-то еще, но, услышав о том, что та избавилась от него подобным способом, чуть ли не прокляла ее за такой поступок.

— А у меня нельзя было денег попросить? Я же не чужой тебе человек, в конце концов.

Оливия, усмехнувшись от этих слов, не стала