Приключения в стране бизонов - Луи Буссенар

Индейцы попытались отбросить захватчиков, но белых нельзя было остановить — они основывали поселения, строили заводы, прокладывали дороги, рубили лес, разводили скот, добывали уголь и ценные металлы.

Первые попытки оказать сопротивление не принесли краснокожим успеха. Мешала вековая вражда, разделявшая основные рода и племена. Сиу, чейенны, аррапагу, действуя изолированно, не смогли сломить стойкость пионеров и остановить их продвижение на новые земли. К тому же переселенцы извлекали выгоду из любых ситуаций и ловко использовали раздоры между индейцами: нередко им удавалось натравить одно племя на другое.

Коренные жители терпели поражение за поражением и кончили тем, с чего следовало начать: предали забвению старые обиды, зарыли в землю топор войны и объединились против общего врага. Но было уже поздно!

Прежде чем сообща выступить против переселенцев, чью силу и мужество они уже хорошо знали, индейцы попытались договориться с федеральными властями и покончить дело миром, получив от белых какие-то гарантии. Впрочем, военных приготовлений они не прекращали.

В 1863 году делегация вождей-сахемов прибыла на переговоры с губернатором Колорадо, чтобы выработать приемлемые условия мирного договора. К сожалению, стороны не пришли к согласию, и вражда возобновилась с новой силой.

Чейенны, сиу и аррапагу, учтя прошлый опыт, старались не распылять свои силы и не ввязываться в случайные стычки. Они действовали согласованно, нападая преимущественно на одиноких путников или на удаленные жилища. С необыкновенной быстротой туземные отряды преодолевали большие расстояния, появлялись и исчезали внезапно, всегда оставаясь неуловимыми, ибо их передвижения были таинственны и точны.

Сначала эта партизанская война принесла краснокожим неожиданные успехи. Дорога от Дульсбурга до Денвера была перерезана. Дилижансы[84] перестали по ней ходить: на них нападали каждый день. Все придорожные фермы и почтовые станции были разграблены и сожжены. Индейцы увели весь скот. Не счесть, скольких мужчин скальпировали, скольких женщин и детей забрали в плен, где их жестоко мучили. Обозы поселенцев уничтожались, отряды ополчения гибли.

Воодушевленные неведомыми ранее успехами, краснокожие даже попытались взять штурмом форт Седжвик, где укрывались эмигранты и их скот. Однако, окруженные тысячами воинов прерий, белые стояли в своих укреплениях насмерть и не покинули форт. Яростные атаки нападавших были отражены; артиллерия косила их картечью. Переселенцы в Колорадо противостояли индейцам с неколебимым мужеством и хладнокровным упорством, столь характерным для американцев.

Выступления индейцев происходили в разгар войны между Севером и Югом. Эта гигантская мясорубка поглотила все людские и материальные ресурсы. Регулярная армия сражалась в братоубийственной Гражданской войне, и никакой помощи от войск переселенцам ждать не приходилось. Но жители Запада, лихие всадники и неутомимые охотники, привыкшие к кочевой жизни и прекрасно знающие прерии, постепенно освоили методы партизанской войны. Они научились не хуже противника использовать засады и неожиданные налеты. Белые были лучше вооружены и знакомы с некоторыми приемами тактики цивилизованных армий; отсутствие численного превосходства восполнялось железной дисциплиной.

Американцы мстили краснокожим с диким ожесточением, и нет слов, чтобы описать тот кошмар, который они творили. Еще и сегодня не забыта ужасная резня в Сэнд-Крике, устроенная третьим полком волонтеров Колорадо под командованием полковника Чивингтона. Эта бойня не уступала самым чудовищным злодеяниям индейцев.

29 ноября 1864 года в результате удачного маневра полк волонтеров, насчитывавший около 1200 человек, вооруженных многозарядными карабинами Спенсера, окружил лагерь сиу, чейеннов и аррапагу, где находились почти шестьсот индейских воинов, женщин и детей.

Сигнальщики протрубили атаку.

— Помните, — крикнул полковник волонтерам, — помните о ваших женах и детях, убитых на берегах реки Платт[85] и в Арканзасе[86]!

Сердца солдат кипели ненавистью; призывы были излишни. С неописуемым остервенением они бросились на лагерь. Индейцы, застигнутые врасплох, не могли обороняться, выкинули белый флаг и предложили начать переговоры. Но полковник ничего не хотел слушать и отдал команду на штурм.

Началось безжалостное избиение краснокожих. Индейцы гибли, застреливаемые в упор из карабинов, падали под копыта скачущих лошадей, их косили сверкающие сабли. Один за другим погибали туземные воины, а белые мстили жестоко, не щадя слабых, уничтожая женщин и детей.

Но и этим дело не закончилось. Перо замирает, не в силах описать заключительный акт трагедии. Со всех убитых и раненых были безжалостно сняты скальпы — белые скальпировали индейцев! Волонтеры вспарывали саблями женщинам животы, разбивали детям головы о камни, отрезали жертвам пальцы и уши, чтобы снять украшения. В своей жестокости они превзошли дикарей.

Это «сражение» стоило жизни всего пяти волонтерам; индейцев же погибло более пятисот, половина из них — женщины и дети. Раненые краснокожие были брошены на поле боя, и лишь человек двадцать спаслось.

Вождь сиу Черный Котел и вождь чейеннов Белая Антилопа были тяжело ранены. Погибли знаменитые воины Вывихнутое Колено, Одно Око, он же Кривой, и Короткий Плащ.

Мы уже рассказывали, как полковник Билл после сражения между войсками Кертиса и Ван Дорна распустил свой отряд из индейцев криков и чероки, как ему пришлось сложить с себя звание и снять форму. Покинув армию, наш ковбой отправился ловить удачу в Колорадо и поступил в полк волонтеров. Начав солдатом, Билл быстро прошел нижние ступени воинской службы и стал капитаном в полку Чивингтона.

Именно в этом качестве техасец и оказался в Сэнд-Крике. Дрался он отчаянно и был одним из первых в той резне, что развернулась после сражения. Когда враги были повержены, Билл вложил в ножны окровавленную саблю, вытащил ковбойский нож и принялся снимать скальпы со всех, кто попадался под руку — и убитых, и раненых. Он уже собрал порядочную коллекцию, когда заметил индейца, видимо молодого вождя, раненного в грудь. Рана была, может, и не смертельная, но двигаться воин не мог.

Билл захватил одной рукой несчастного индейца за волосы и умело сделал ножом надрез вокруг черепа. Затем, чувствуя, как дрожит под ножом его жертва, американец начал с отвратительной жестокостью сдирать скальп. Индеец не издал ни звука — должно быть, потерял сознание.

— Такой, если выживет, рискует схватить насморк, — ухмыльнулся Билл и спокойно перешел к следующей жертве.