Заманчивая мишень - Уоррен Мерфи

— Она не отвечает на наши звонки.

— Вы сообщили по национальному телевидению о смерти ее босса. Что же вы хотите?

— Но мы аккредитованы при Белом доме, — простонал другой журналист.

— Сочувствую, — отозвался Эйерс.

Среди всеобщей суеты ни журналисты, ни охранники секретной службы не заметили, как человек с одной из самых примечательных в Вашингтоне причесок тайком вылез из задней двери микроволнового телефургона и прополз на четвереньках через металлодетектор.

Он добрался до середины северной лужайки, тут его засекли телекамеры наблюдения, и поднялась тревога.

Но человек этот уже плюхнулся в фонтан посередине лужайки.

Там его и нашел директор секретной службы, выбежавший с северной веранды с нарядом агентов.

— Он в фонтане, сэр, — доложил Джек Мерта.

— Как он проник через ворота? — раздраженно спросил директор.

— Наверно, прополз на четвереньках, пока журналисты отвлекали охранников.

— Кошмарное нарушение мер безопасности! Большой Мак с меня шкуру сдерет!

Но когда они подошли к мраморной чаше фонтана, то никого внутри не увидели.

— У кого есть фонарик, черт побери? — спросил директор.

Ему подали фонарик.

Директор обвел лучом весь бассейн. Заметил что-то огромное под водой. В зеленых и коричневых пятнах.

— Что это, черт возьми? — негромко произнес он.

Тут над водой показалась голова, и из-под густой копны мокрых белых волос на директора уставились два зеленых глаза.

Смотрели они так холодно и злобно, что директор едва не выронил фонарик.

Вспыхнул еще один.

— Шевелюра как будто очень знакомая, — пробормотал Джек Мерта.

— Посмотри на глаза. Точь-в-точь змеиные. Даже не мигают от света.

— Эй ты! Подними руки и вылезай! — приказал Мерта.

Злобные зеленые глаза продолжали смотреть на агентов с холодной угрозой. Из находившегося под водой рта пошли пузыри.

Потом голова медленно, осторожно поднялась над водой целиком.

— Черт побери! — выпалил Мерта. — Это же Гила!

— Что?

— Конгрессмен Гила Гинголд, партийный организатор меньшинства в палате представителей.

— Господи! Точно он. Но почему там?

Вопрос остался без ответа. Внезапно человек в воде поднялся и с плеском неуклюже, на четвереньках вылез оттуда. Голову он держал высоко, будто черепаха, челюсти его яростно щелкали.

Агенты разом выхватили оружие.

— Не стрелять! — крикнул директор. — Он конгрессмен, к тому же представитель оппозиции. Подумайте, какой поднимется шум!

Агенты, то и дело оглядываясь, стали отступать к северной веранде.

Зрелище было жутким. Гила Гинголд, одетый в камуфляжную форму, полз на брюхе по зимней траве. Потом бросился к северной веранде, но директор успел захлопнуть дверь у него перед носом.

Гила Гинголд шлепнулся на землю, стал извиваться, как удав, и злобно щелкать челюстями. Он не произносил ни слова, лишь один раз издал грозный рык.

— Что это с ним, черт возьми? — испуганно спросил директор.

— Вы же знаете, как он бесится всякий раз, когда дело касается Большого Мака.

— Похоже, он совсем одурел.

— Надо бы сообщить боссу, — покачал головой директор.

— Как? Радиосвязь под запретом.

— Сообщу лично.

И директор вошел в Белый дом.

— Знаете, — сказал Джек Мерта своим подчиненным, глядя, как партийный организатор меньшинства расхаживает на четвереньках взад-вперед перед резиденцией исполнительной власти, — он мне что-то напоминает.

— Да, я понимаю, что вы имеете в виду, — сказал другой агент. — Только не припомню, что именно.

Через пять минут человек в камуфляжной форме пополз обратно к фонтану и скрылся из виду.

Президент Соединенных Штатов ждал в жилой части дома, пока соберется Первая леди, как вдруг к ним вошел директор секретной службы.

— С какой это стати надо смотреть фильм «Мистер Смит едет в Вашингтон»? — спрашивала Президента супруга. — Там что, какое-то тайное сообщение на звуковой дорожке?

Директор откашлялся.

— Простите мое внезапное появление, мистер Президент. На северной лужайке небольшое осложнение.

— Раз небольшое, сами и разбирайтесь, — резко ответила Первая леди.

— Пожалуй, «небольшое» — не то слово.

Президент и Первая леди вопросительно уставились на вошедшего.

Директор подошел к Президенту и зашептал ему на ухо:

— По северной лужайке на четвереньках ползает человек в камуфляжной форме.

Президент подбежал к окну.

— Это он там, в фонтане?

Директор поглядел в ту сторону.

— По всей видимости, так, мистер Президент.

Первая леди подошла к ним, вгляделась в окно и раздраженно спросила:

— Что эта ящерица делает в моем фонтане?

— Ящерица? — переспросил директор.

— Если эта копна мокрых волос принадлежит не Гиле Гинголду, то я Элеонора Рузвельт.

— Мы тоже думаем, что это он.

— Давайте разберемся спокойно, — начал Президент.

— Нет, — воспротивилась Первая леди. — Давайте пригласим прессу. Если республиканский организатор меньшинства спятил, то пусть об этом узнают прямо в вечернем выпуске новостей.

— Ни в коем случае, — отрезал Президент.

— Кто у нас глава семьи? — спросила Первая леди.

— Это не важно. Я глава государства.

Первая леди отошла, бормоча:

— Подожди, вот стану президентом...

— Куда ты? — окликнул ее муж.

— За фотоаппаратом. Если я не увижу этого по телевизору, то хотя бы сделаю снимки для фотоальбома.

Закатив глаза, чтобы успокоить директора секретной службы. Президент повторил:

— Давайте разберемся с этим как можно спокойнее.

— Трудновато, сэр. Он пытался покусать нас. Щелкал зубами у наших ног, будто сторожевая собака.

— Теперь вы понимаете, каково нам с Первой леди, — сказал Президент. — Пойдемте. Я попытаюсь его образумить.

— Не советую. Возможно, это хитрость, чтобы выманить вас наружу.

— Если республиканцы так уж стремятся выжить меня из Белого дома, пусть воспользуются своей наилучшей возможностью.

Следуя за Президентом к тесному лифту Белого дома, директор почему-то позеленел.

— Гила, это вы? — с беспокойством окликнул Президент осторожно подходя к фонтану.

Когда на организатора меньшинства палаты представителей смотрели из окна второго этажа, он выглядел нелепо. Теперь же, лицом к лицу с ним, Президент ощутил дрожь под злобным, немигающим взглядом одного из своих главных политических противников.

— Гила, что бы вас ни беспокоило, думаю, мы вполне можем обсудить это с глазу на глаз.

Зеленые глаза смотрели все так же пристально, нервируя Президента.

— Несмотря на расхождения во взглядах, мы оба желаем стране самого лучшего. Может, вылезете, пока не захлебнулись?

Полупогруженная в воду голова опускалась все ниже, покуда вода не дошла до глаз, что таращились из-под мокрой белой гривы волос. Медленно пошли пузыри.

— Лучше отойдите назад, сэр, — предупредил директор секретной службы. — Прошлый раз он сперва пускал пузыри, а потом бросился на нас.

— Хорошая мысль, — согласился Президент и сделал шаг назад.

Зеленые глаза внезапно сузились.

Неистово замахав руками, белобрысый человек выскочил из воды и на четвереньках подбежал к Президенту так быстро, что никто не успел среагировать.

Крепкие белые зубы сомкнулись на правой лодыжке Президента. Тот завопил от боли.

— Стреляйте в него! Стреляйте! — хрипло выкрикнул директор.

— Не стрелять! — заорал Президент, осознав, несмотря на боль, что находится на линии огня.

Агенты секретной службы попятились, чтобы получше прицелиться. Лица их побелели, как у призраков.

Президент и организатор меньшинства яростно боролись на сухой траве. Первый вцепился в волосы своего мучителя, но безрезультатно.

— Стреляйте так, чтобы ранить, — приказал директор.

— Не двигайтесь! Не двигайтесь, мистер Президент! — упрашивал Джек Мерта.

— Оттащите его от меня! — с расширенными от ужаса глазами вопил глава государства.

Наверху Первая леди торопливо щелкала камерой с фотовспышкой.

Агенты попытались нажать на спуск, но не успел боек ударить по капсюлю, как в позвоночниках у них внезапно возник ледяной холод. Как им показалось, от ужаса. Оружие почему-то попадало на землю полуразбитым.

— Что это с вами? — спросил директор.

— Я, — послышался в ответ хрипловатый голос позади двух охранников.

И пока директор соображал, что происходит, Римо одним махом преодолел темную лужайку и коснулся ребром ладони дергающегося из стороны в сторону затылка организатора меньшинства.

Гила Гинголд тут же расслабился.

Вытащив Президента из-под мерзкой туши, Уильямс прошептал ему на ухо.

— Нас прислал Смит.

— Слава Богу! Я думал, он откусит мне ступню.

— Кто говорит? Кто это сказал? — спросил директор, пытаясь заглянуть за спины своих замерших агентов.