Вернуть СССР (очередная попытка) Часть 2 (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович

Здесь же расположены изделия знаменитого мейсенского фарфора, проштампованного характерной эмблемой – скрещенными синими мечами. Украшением зала являются графины для воды из граненого хрусталя, выполненные прославленной фирмой Фаберже – поставщика Высочайшего Двора, фарфоровые статуэтки, часы и канделябры. Отдельным достоянием «Представительской гостиной» являются уникальные персидские гобелены. Дополняют убранство «Представительской гостиной» и «Хрустального зала» предметы мебельного гарнитура, придающие этим помещением элегантность и величие. Изящные кушетки и стулья («прочные и высокого качества») изготавливались для дворца Российской Империи в Османской Порте в XIX в. у лучших венских и одесских мастеров, а также заказывались у французских купцов Буиссена и Каррьера. Стены «Представительской гостиной» украшены пейзажами: «Причал», написанная внуком выдающегося художника Айвазовского – Ганзеном, «В лесу в мае», принадлежащая кисти советского живописца Грицая, «Золотая осень», выполненная русским художником Леднёвым-Щукиным, чьи картины имеются во многих галереях России, а также «Речка» Невецкого и «Мартовский туман» Тихомирова.

– Красиво тут, как в музее! – заметил я и все члены делегации согласились со мной. Родионов сообщил, что нас ожидают завтра утром, сегодня можно ознакомиться с достопримечательностями столицы Турции, для обеспечения нашей безопасности во время экскурсии нас будут сопровождать жандармы и сотрудники службы безопасности Турции.

После принятия душа все пообедали блюдами турецкой кухни и направились к машинам, благо дождь прекратился и выглянуло солнце. Первым пунктом нашей экскурсии был Мавзолей Ататюрка, строгое величественное здание с колоннами. Именно этот политический деятель вывел страну из религиозного мрака, наделил женщин избирательным правом, сделал доступными медицину и образование для всех слоев населения. Для усыпальницы турецкого лидера было выбрано красивое место на высоком холме, откуда открывается захватывающая панорама на столицу. Само здание простое, но торжественное, является одновременно и музеем. На осмотр всего комплекса у нас ушло не менее двух часов. Затем мы посетили мечеть Хаджи Байрам, одну из древнейших мечетей Анкары, возведенную в пятнадцатом веке на месте византийской церкви, была названа в честь наставника дервишей – Хаджи Байрама. Здание и район вокруг него были отреставрированы в традиционном османском стиле и разместились на красивой благоустроенной площади. Внутри сооружения особенно впечатляет убранство дверей, которые являются копией аутентичных изделий, а сами оригиналы, как сказал посол, хранятся в одном из музеев Анкары. Рядом с мечетью мы осмотрели развалины древнего языческого храма римской эпохи.

Затем нас отвезли в еще один исторический уголок столицы – в городскую цитадель. Строение было возведено в седьмом веке из камней, оставшихся от былых греческих и римских крепостей. Цитадель служила надежным защитником от врагов, что подтверждают ее стены, толщина которых достигает восьми метров. И хотя само здание практически разрушено и не реконструировалось, на нем сохранились древние надписи и барельефы. С смотровой площадки мы полюбовались на город, Андрей Андреевич был задумчив – видно готовил речь, и его старались не отвлекать. Наша охрана оттесняла от нас туристов и мы спокойно наслаждались красотами города. В одной из кофеен нам предложили кофе по-турецки и мы оценили крепкий, но вкусный напиток.

Немного устав от прогулок по городу, наша делегация вернулась в посольство и после вкусного ужина я отправился в свою двухкомнатный гостевой люкс, включив местное телевидение.

На следующий день мы встретились с президентом Турции и членами его совета национальной безопасности. После представления всех членов нашей делегации и турецких советников Фахри Сабит Корутюрк, как и все, с кем я ранее встречался, выразил удивление моим возрастом, но я ему на прекрасном турецком рассказал свою дежурную версию о своей уникальности в развитии, но президент видно почувствовал что-то неладное, так как его взгляд постоянно останавливался на мне, как бы пытаясь проникнуть в мои мысли.

Восток-дело тонкое, это я понял после двухчасового разговора ни о чем, которые вели Громыко и Корутюрк. Я даже чуть не уснул от монотонности витиеватых фраз, напоминающие подачу теннисного мяча от одного края поля к другому и обратно. Наконец разговор свернул к конкретике – турки изъявили желание войти в состав стран-участников Евразийского союза, предлагая нам в Дарданеллах построить военно-морскую базу. Огарков после перевода встрепенулся как застоявшийся конь и стал уточнять детали по выделяемому нам участку земли в бухте Эртугрул, настаивая на увеличении территории базы в три раза. Турки немного для вида посопротивлялись, согласившись с доводами нашего начальника Генштаба, было принято решение о совместном контроле Турции и СССР Черноморских проливов. Затем Громыко зачитал договор от двадцать первого года и выразил мнение Советского руководства о ошибочности передачи Турции наших земель. Я послушал прения сторон, продолжившиеся еще около часа и решил вмешаться. Я подал знак Громыко, тот взял чашку кофе и я вошел в игру.

– Уважаемые президент и члены совета! – я добавил в голос гипноз и сразу же увидел его действие – веки турков потяжелели, глаза полузакрылись. – Мы предлагаем Вам выгодный для всех обмен – мы отказываемся от возврата Советскому Союзу бывших Карсской области и Сурмалинского уезда и просим передать нам помимо южной части Батумской области все земли вдоль побережья, включая города Борчка, Артвин, Юсуфели, Икиздере, Чайкара, Мачка и Трабзон. Само собой все прибрежные населенные пункты до Трабзона, а это Хопа, Архави, Фындыклы, Пазар, Ардешен, Чаели, Гюнейсу, Калкандере, Ризе, Оф, Сюрмене, Араклы, Арсин. Также СССР оказывает помощь Турции в получении всей территории Кипра. Для решения проблемы с жильем для переселяемого турецкого населения, не желающего оставаться на территории СССР, мы готовы оказать помощь бесплатными поставками цемента. Это очень выгодное предложение нашего правительства вы должны хорошенько обдумать и принять. Затем я вывел турков из гипноза и стал со скукой следить за торгом по-восточному. Еще пару раз пришлось включать свои способности – турки никак не могли смириться с потерей такого лакомого куска земель, которые я у них пытался украсть. Затем нам пригласили пройти в помещение огромной шикарно отделанной столовой отобедать и отдохнуть пару часов от переговоров, дав время президенту Турции со своими советниками придти к консенсусу.

Я положил себе омара и принялся за его разделку, когда наконец наши члены делегации отошли от шока моего наглого предложения. Первым не выдержал сидевший рядом Семичастный – Ну, ты Владислав и даешь! Я даже не ожидал от тебя такой… стратегии. – затем он ко мне наклонился и на ухо прошептал – Если нам отдадут хотя бы половину запрошенного тобой, тебе при жизни памятник нужно поставить.

– Я не против! Ставьте! – я с удовольствием принялся за вкусное мясо омара и, помня о том, что нас наверняка слушают, мы провели обед, восторгаясь приготовленными блюдами. После насыщения пахлавой я напился освежающим шербетом с гранатовым вкусом и к сожаленью, насытился. С тоской оглядев разнообразие блюд на столе, я направился в туалетную комнату.

После обеда нас проводили в диванную комнату, где желающим предоставлялась возможность выкурить сигары, трубки с турецким табаком и кальян. Я погрузился в медитацию и очнулся от прикосновения – Судоплатов звал меня на продолжение переговоров, все уже вышли из диванной комнаты и я, немного размявшись, присоединился к остальным членам нашей правительственной делегации.

– Мы согласны с вашими условиями! – президент Турции сразу же ошарашил нас и предложил встретиться завтра для конкретного обсуждения взаимодействия всех структур двух государств.

Глава 12

Пока шли переговоры между военными и спецслужбами о совместном взаимодействии, между СССР и Турцией был подписан договор, по которому Турция передавала Советскому Союзу свои земли взамен переданных ей в двадцать первом году. Через месяц все структуры власти Турции должны были покинуть эту территорию и передать свои полномочия советской военной комендатуре, временно берущей на себя обязанности исполнительной власти. Перед местным населением был поставлен выбор – остаться и стать гражданами СССР, или уйти вглубь турецкой территории, бросив свое недвижимое имущество. Все эти дни президент Турции пытался понять, почему он и его советники так быстро согласились на условия русских, отдав им такую плодородную и стратегически важную территорию. В СМИ еще не обнародовали эту информацию во избежание народных волнений. Зато все газеты, радио и телевидение мира будто взорвались после официального объявления Турции о выходе из НАТО и о двухстороннем контроле совместно с СССР Черноморских проливов.