Одураченные. Из дневников (1939—1945) - Август Кельнер

Американцы и англичане наступают на Италию! Теперь каждый может увидеть, что из себя представляют «крепость под названием Европа», «Южный вал» и «железная стойкость» итальянцев!!

18 июля 1943

Немецкие войска сражаются на Сицилии, неся бессмысленные потери. Англичан и американцев можно на пару дней задержать, но исхода боев это не изменит: остров будет вскоре в руках противника. Германия занята на Востоке и в других частях Европы и не в состоянии, поддерживая итальянцев, остановить союзников. У дуче нет иной возможности, кроме как капитулировать!

Рассчитываю на революцию против фашистского режима. Надеюсь, что итальянский народ найдет в себе для этого силы.

26 июля 1943

Ось сломалась! Муссолини ушел со своего поста. Диктатор потерпел фиаско. Фашистский балаган рухнул. Народу теперь разбирать руины.

Итальянского Господа Бога, то бишь дуче, больше нет на оси Берлин — Рим! Интересное наступает времечко. Что скажет теперь д-р Геббельс?

3 августа 1943

Ожесточенные бои в районе Орла. Сводки германского командования говорят о «планомерном» отступлении. Немецкое войско всегда похвалялось своей неотразимой наступательной силой. Теперь речь только об обороне.

В прошлом мы утверждали, что русские способны на крупные наступательные операции только зимой. И вот они мощно наступают посреди лета!..

7 августа 1943

Что говорят люди? В целом никакого душевного подъема. Но точно сказать сложно, так как мало кто решается открыто высказать свое мнение. Везде по-прежнему царит страх. У противников нацизма больше нет сомнений в том, что Германия потерпит поражение. Но определить, кого больше — оптимистов или пессимистов, невозможно.

8 августа 1943

«Стратегическая цель достигнута» — так с детской наивностью расценивается поражение под Орлом. Быть может, однажды нам расскажут, что весь Восточный фронт был свернут, поскольку вся занятая вермахтом территория оказалась разрушенной и ни к чему не пригодной. Не удивлюсь, если именно так будет объясняться грядущее «укорачивание фронта».

11 августа 1943

Ради разнообразия напишу разок о себе. Минувшая ночь прошла вполне в духе военного времени. Лег спать в 21.30. Вскоре после полуночи проснулся от грохота. Были отчетливо слышны разрывы бомб и выстрелы зениток. Пожалуй, со стороны Франкфурта или его пригородов. Не мог уснуть до двух часов. Без четверти четыре тревожно зазвонил будильник. Уже начинало светать. Поездом в 4.57 через Хунген (стояли почти час) и Штокгейм (стояли час с четвертью) — в Альтенштадт. Прибыли туда в 8.25. Каждую неделю, начиная со среды, три дня работаю в Альтенштадте. Живу в гостинице у фермера Августа Г. <…>

Сводки о положении на фронтах составлены так, чтоб не оставалось сомнений: все операции противника обречены на провал. Изо дня в день в первую очередь сообщается о его колоссальных потерях. Цель: утешить народ, который не может не знать о наших собственных потерях. Как все это глупо.

Верховное командование вермахта выгораживается с помощью удобных для него формулировок. Отступление — это не что иное, как «выравнивание линии фронта» или «отрыв от противника». И, конечно же, враг «не мог воспрепятствовать таким действиям или даже их не заметил». <…>

5 августа в газетах крупным шрифтом: 300 тысяч истекших кровью красноармейцев. И вот уже на следующий день говорится о 600 тысячах убитых, раненых и взятых в плен. Почему же ничего не сообщается о наших павших, раненых, пропавших без вести?

Неужели не ясно, что Германию должно интересовать прежде всего число собственных потерь, число ее сыновей, павших на поле боя?

17 августа 1943

Полдень. Гул в небе. Видим три группы самолетов. Гадаем — немецкие или вражеские? Я говорю — американские, судя по тому, что летят очень высоко. Насчитываем 180 машин. Идут они с востока на запад. Может быть, отбомбились над Нюрнбергом?

Странная ситуация. В воздушном пространстве Германии враг передвигается так, как будто он у себя дома. Кто же тут все-таки хозяин?

18 августа 1943

В зале ожидания в Штокгейме разговорился с человеком, который оказался членом партии с большим стажем. В его рассуждениях сквозил пессимизм. Он прямо сказал мне, что налеты средь бела дня лишили его веры. «Старый борец» понял, что для успешного отражения налетов Германия слаба.

Значит, даже старейшие партайгеноссен начинают терять веру во всемогущество их фюрера.

26 августа 1943

Гиммлер стал рейхсминистром внутренних дел! Это ultima ratio[53]. Пресловутая соломинка или соборование. Гиммлер не сможет сделать больше, чем он уже сделал. А сделал он много. На всех должностях теперь люди самого радикального толка. Мое мнение: тетива лука, натянутая до предела, может только лопнуть. Медленно, но верно дело идет к концу.

28 августа 1943

В среду вечером (25.08) был в гостях у младшего чиновника судебных органов Хюна и учителя Б. в Штаммгейме. Разговор зашел в конце концов о войне. Умонастроение сельского учителя Б. прямо-таки потрясло меня. Он из тех людей, которые поставили не на ту лошадь и не желают видеть, что лошадь хромает и никаких шансов у нее нет.

29 августа 1943

Нацисты отлично понимают, почему при каждой возможности стоит употреблять выражения «лучшая армия» и «лучший в мире солдат». Не знаю, являются ли немцы людьми особой породы или остальные такие же. Немец очень восприимчив к похвале. Он польщен, если его достижения отмечаются как-то особо. На свершение чего-либо выдающегося его можно подвигнуть одними словами. Тогда он может превзойти самого себя. Осознав эту черту немецкого характера, нацисты используют ее с истинной виртуозностью. Хозяева заводов и фабрик переняли эту уловку и добиваются с ее помощью прироста выпускаемой продукции.

1 сентября 1943

Начался пятый год войны!

Прошедшей ночью нам напомнили о той «военной реальности», которую так часто упоминал Геббельс. В течение двух часов над Лаубахом бесконечной вереницей шли вражеские самолеты. Бомбили Берлин. Разрушение немецких городов продолжается. Кипят сражения и на других фронтах, но у Германии нет никаких шансов решить войну в свою пользу.

Власть имущие слишком трусливы, чтобы расстаться с нею.

Сегодня меня посетил Болендер, проводящий отпуск в Грюнберге. Его полк сражается в Крыму. Участковый судья был большим оптимистом. Но со временем явно приуныл. И признал без обиняков, что я был прав по всем статьям. Поздно! Господам с высшим образованием надо было шевелить мозгами до 1933 года и не отмахиваться от наших доводов с жалостливой улыбкой. В принципе я мог бы гордиться тем, что все судьи, работавшие со мной, с большим вниманием слушают мои суждения о ситуации на фронтах.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});