Полет стрелы - Mercedes Lackey

Пока она рассказывала, Крис изо всех сил старался держать свое мнение при себе, но часто не мог скрыть удивления, а раз или два попросту пришел в ужас. Тэлия подумала, что перед ним стоит нелегкая задача — представить себе культуру, настолько чуждую его собственной, насквозь проникнутую запретами и основанную на подавлении личности. Сама Тэлия говорила отрешенным тоном. Сейчас она чувствовала себя очень далекой от крепковеров и всего, что они значили. Она могла думать о них без особой враждебности, как о чем-то чужом и далеком.

Когда она наконец устала объяснять Крису крепковерские обычаи, стоял поддень. Тэлия замолчала и, внезапно осознав, что у нее пересохло во рту, надолго припала к меху с водой; а оторвавшись наконец, сказала твердо:

— Думаю, я наговорила достаточно.

— Вполне. Более того: пора остановиться и пообедать, — откликнулся Крис. — Пока мы движемся с такой скоростью, чирры могут идти и идти без устали, так что, будем ли мы останавливаться или нет, зависит от того, захотим мы или нет отдохнуть от седла. Ты как?

— Пожалуй, не прочь спешиться ненадолго, — призналась Тэлия. — Я давным-давно не проводила столько времени верхом.

— Очень рад, что ты так решила. — Его ответная улыбка была крайне добродушной и совершенно чарующей. — Я отнюдь не любитель есть, не сходя с седла, если есть хоть какой-то выбор. Как только замечу место, где можно будет напоить чирр и Спутников, устроим привал.

Не прошло и получаса, как они обнаружили Путевой Приют. Водой его снабжал не ручей, а колодец; Крис и Тэлия по очереди черпали воду, чтобы вдоволь напоить четвероногих членов отряда, потом стреножили чирр, чтобы и они, и Спутники смогли немного попастись, пока люди будут обедать.

Ели они в молчании, и Крис, казалось, не особенно спешил двигаться дальше. Он откинулся на мягкую траву, явно блуждая мыслями где-то далеко отсюда, хотя пару раз и взглядывал на Тэлию.

Крис был обеспокоен, хоть всячески старался это скрыть. Ему вновь и вновь приходили на память слова дяди, и, по совести, он не мог совершенно от них отмахнуться. У него имелся ряд предположений касательно ума и нрава нынешней подопечной, и большинство из них основывалось на ее явной юности и неопытности… а ее рассказ о себе, похоже, указывал на что угодно, кроме неопытности. И уж безусловно Тэлия не походила на ту простушку, которую он себе рисовал. Сия девочка… нет, женщина — Крис начал сомневаться, что у нее было что-то похожее на «детство», по крайней мере, в его понимании — по существу, исполняла обязанности Королевского Герольда еще задолго до того, как получила Белое. Но Тэлия казалась столь миниатюрной, столь бесхитростной и невинной, что все как-то забывали об этом и начинали считать ее гораздо младше, чем она была на самом деле.

Крис не думал, что она создает такое впечатление хоть сколько-нибудь намеренно, но он не мог и сказать, что кроется под внешней видимостью.

Способна ли Тэлия на умышленное злоупотребление своим Даром, о котором говорил Орталлен?

— Я должен задать тебе один вопрос, — сказал Крис наконец. — И, пожалуйста, не сочти его за оскорбление. При дворе ходят кое-какие довольно неприятные слухи, и мне хотелось бы знать правду. Ты… ты когда-нибудь использовала свой Дар, чтобы воздействовать на Элспет?

Реакция Тэлии оказалась гораздо более бурной, чем он ожидал.

— Нет! — крикнула она, резко выпрямляясь — так, что чирры и Спутники в испуге рванулись прочь. — Как могло тебе такое в голову прийти?

Глаза Тэлии горели гневом, лицо стало белее ее наряда Герольда.

Крис как мог спокойно выдержал ее гневный взгляд, остро ощущая, как тихо вокруг, как мягко пружинит трава под ладонями, как пригревает солнце.

— Я же сказал, ходят слухи. Мне нужно знать.

— Я никогда… Я бы никогда… ни с кем так не поступила. Это… совершенно извращенная мысль, — задыхаясь, сказала Тэлия. — Проклятие, я же знала, что обо мне распускают какие-то сплетни. Я хочу сказать, я видела, что люди начинают вести себя очень странно, когда думают, что я не вижу. Но такое! Это… это мерзко. Элспет знает?

— Насколько мне известно, нет… — Крис внезапно осекся, встретив полный боли взгляд Тэлии.

Она рывком поднялась на ноги.

— Я… должна вернуться. Я не могу оставить ее один на один с такой гадостью.

— Чего ты как раз не можешь — так это вернуться, — сказал Крис, вскакивая и хватая ее за обе руки. — Ты что, не понимаешь? Если ты вернешься, ты только подтвердишь мыслишку, которую некоторые вбили себе в головы. Кроме того, тебе дано назначение и определенные приказы. И не тебе решать, будешь ты их выполнять или нет.

Тэлия на мгновение закрыла лицо руками, потом отняла их. Крис видел, что она борется с собой, пытаясь справиться со смятением.

— Хорошо, — сказала она, снова садясь на землю, — ты прав. Ты говорил, что ходят и другие слухи. Какие?

— Что ты использовала свой Дар, чтобы влиять на других, особенно на членов Совета во время особенно важных голосований. Самый мягкий вариант сплетни гласит, что ты действовала бессознательно, что ты сама не понимала, что делаешь.

— Господи Боже. И что я, по-твоему, могу ответить на такое обвинение?

Крис не мог дать на сей вопрос вразумительного ответа, поэтому продолжал:

— Согласно еще одному слуху, ты употребляешь свой Дар просто на то, чтобы «читать» людей, а потом пользуешься знанием их эмоционального состояния, чтобы направить их в нужную тебе сторону.

— Богиня. Это почти близко к истине…

— И самый мягкий вариант опять-таки гласит, что ты не отдаешь себе отчета в том, что делаешь. Люди напуганы: такой Дар, как твой, встречался всегда только у Целителей; у Чтецов Мыслей есть этический кодекс, который всем понятен, но у тебя?

— Насколько мне известно, тут никакого этического кодекса не существует, — сказала Тэлия и подняла на него глаза. Ее взгляд был полон непонятной Крису боли и смятения, в причинах которого он хотел бы разобраться. — Все?

— А что, разве недостаточно? Говорят, что ты молода, неопытна — некоторые утверждают, что ты слишком молода, чтобы занимать пост, с которым связана такая власть, и иметь столь странный Дар.

— Как будто, — отозвалась Тэлия с горечью, — у меня есть какой-то выбор.

И больше не заговаривала с Крисом еще долго после того, как они снова сели в седла и вернулись на Северный Тракт.

Крис мирился с необщительностью стажерки сколько мог, но наконец решил попробовать сам сдвинуть дело с мертвой точки. Он мысленно связался с Тантрисом и попросил его придвинуться поближе к Ролану, так что они с Тэлией почти соприкоснулись коленями.