Последний протокол. Книга 2 - Ник Тарасов

Я посадил флаер на растрескавшийся асфальт парковки, заваленный мусором.

— Быстро вошли, быстро вышли, — напомнил я, проверяя заряд «Аргуса». — Не геройствуем. Если видим что-то крупнее крысы — стреляем на поражение.

Мы вышли наружу. Воздух здесь был тяжелым, застоявшимся, с отчетливым привкусом гнили и химикатов. Мои усиленные чувства сразу же начали бомбардировку мозга информацией: шорох сухой травы, скрип металла на ветру, далекий вой какого-то зверя.

Но непосредственной угрозы я не чувствовал. Пока.

Мы добрались до входа в хранилище. Массивная стальная дверь была покрыта слоем грязи и мха, но панель доступа на удивление сохранилась.

Кира подошла к ней, счистила грязь перчаткой и приложила ладонь к сканеру.

— Давай, родная, вспомни старые времена…

Панель мигнула красным.

«Отказ доступа», — прокомментировала Зета. — «Система изолирована. Внешние протоколы не принимаются. Придется вскрывать жестко».

— Я займусь, — я отодвинул Киру и приложил руку к замку. — Зета, давай импульс.

Наноботы из моей кожи проникли в микропоры металла, находя контакты. Я почувствовал структуру замка — электронную начинку, запоры, сервоприводы.

«Взлом… 30%… 60%… Есть».

Тяжелые запоры лязгнули внутри стены, и дверь со скрежетом, осыпая ржавчину, отъехала в сторону. Из темноты пахнуло холодом и стерильностью.

— Бинго, — прошептала Кира, включая фонарь на плече.

Мы спустились вниз. Луч света выхватывал из темноты ряды стеллажей, опрокинутые каталки, разбросанные бумаги. Здесь явно была паника перед закрытием, но признаков посещения мародеров тут не было. Слой пыли на полу был девственно чист.

— Ищи маркировку «Био-Питание» или «Регенеративный Комплекс», — скомандовал я, сканируя углы в тепловом спектре.

Минут десять мы бродили по лабиринту стеллажей. Здесь было много полезного — бинты, хирургические инструменты, антибиотики. Но нам нужно было топливо для метаболизма, а не пластыри.

— Макс! Сюда! — голос Киры дрогнул от возбуждения.

Я подошел к ней. Она стояла перед массивным шкафом с прозрачными дверцами. Внутри, в специальных ячейках, стояли ряды серебристых цилиндров с зеленой маркировкой.

— Высокобелковая смесь «Атлант-4», — прочитала она, смахивая пыль со стекла. — И… о боги, это нейростимуляторы класса «Омега». Макс, это сокровище. Одного такого картриджа хватит Элисе на неделю восстановления. А тут их…

— Двадцать, — подсчитала Зета. — Плюс стимуляторы. Берем всё.

Мы набили рюкзаки под завязку. Цилиндры были тяжелыми, но моя модифицированная мускулатура даже не заметила веса. Кира тоже справлялась неплохо — тренировки и мои «апгрейды» давали о себе знать.

— Уходим, потом вернемся еще раз, — сказал я, закидывая рюкзак на плечо. — У меня плохое предчувствие.

Предчувствие меня не обмануло.

Едва мы поднялись по лестнице к выходу, как мои уши уловили звук. Тихий, скребущий звук. Словно когти по бетону. Множество когтей.

Я жестом остановил Киру, подняв кулак.

— Контакт, — шепнул я. — На поверхности.

«Сканирую», — отозвалась Зета. — «Внутренний двор. Двенадцать… нет, пятнадцать целей. Тепловые сигнатуры нестабильные. Мутанты».

Я знал этих тварей. Деградировавшие собаки или, может быть, обезьяны — генетики спорили до сих пор. Лысые, жилистые, с гипертрофированными задними лапами и пастью, полной игловидных зубов. Они не были умными, но они были быстрыми. И их было много.

— Они перекрыли нам путь к флаеру, — констатировал я, глядя на тактическую схему, которую Зета вывела мне на сетчатку.

— Прорвемся? — Кира сняла пистолет с предохранителя. Ее голос был спокоен. Она больше не была просто врачом.

— Устроим им мясорубку. Держись за мной. Я работаю «Аргусом», ты прикрываешь фланги. Пошли.

Мы вышли из дверного проема во внутренний двор.

Они ждали нас.

Пятнадцать тварей сидели на остатках стен, на крышах машин, на асфальте. Серые, склизкие тела, бугрящиеся мышцами. Увидев нас, они одновременно повернули головы. Морды дернулись, втягивая воздух.

Один из них, самый крупный, издал высокий, визгливый крик.

— Начали! — рявкнул я.

Я не стал ждать, пока они прыгнут. Я вскинул «Аргус» и нажал на спуск.

Энергетический дробовик шикнул, выплюнув веер раскаленной плазмы. Тварь, которая орала, просто лопнула. Ее разорвало пополам, ошметки плоти разлетелись в стороны, дымясь.

Это послужило триггером. Стая сорвалась с места.

Они двигались невероятно быстро. Серые смазанные пятна, отталкивающиеся от стен, от земли, летящие на нас со всех сторон.

— Слева! — крикнула Кира.

Ее пистолет плюнул лучом. Прыгун, летевший мне в бок, получил заряд прямо в открытую пасть. Его голова превратилась в пар, тело по инерции пролетело еще пару метров и шлепнулось у моих ног.

Я работал как машина. Зета подсвечивала цели, рассчитывала траектории. Мир для меня замедлился. Я видел, как напрягаются мышцы твари перед прыжком, видел, куда она приземлится.

Выстрел. Перекат. Выстрел.

«Аргус» был страшным оружием на ближней дистанции. Я снес двоих одним залпом. Четвертый прыгнул на меня сверху, с козырька подъезда. Я не успевал перезарядиться.

Я отбросил ствол в сторону (он висел на ремне) и встретил тварь ударом кулака. Моя рука, усиленная сервоприводами костюма и собственной мутацией, врезалась в грудную клетку мутанта. Хруст костей был слышен даже сквозь грохот боя. Я чувствовал, как ломаются ребра, как рвутся органы. Тварь отлетела назад, словно тряпичная кукла, сбивая с ног своего сородича.

— Макс, сзади!

Я развернулся. Два прыгуна заходили мне в спину, пока я разбирался с «летуном».

Кира была быстрее. Она не стреляла — она двигалась. В ее левой руке блеснул вибро-нож. Она поднырнула под прыжок первого мутанта, полоснув его по брюху. Кишки вывалились на асфальт, тварь завыла и рухнула. Второго она встретила выстрелом в упор, прижав ствол пистолета к его виску.

Вспышка. Брызги черной крови.

— Чисто! — выдохнула она, отступая ко мне.

— Еще трое! — предупредила Зета.

Они выскочили из-за угла здания. Увидели, что случилось с их стаей, и на секунду замешкались. Этой секунды мне хватило.

Я поднял «Аргус». Три выстрела. Три трупа.

Тишина упала на двор так же внезапно, как и началась стрельба. Только шипение плавящейся плоти и наше тяжелое дыхание.

Я опустил оружие, оглядываясь. Двор был завален телами. Пятнадцать тварей. Бой занял от силы тридцать секунд.

— Ты как? — я повернулся к Кире.

Она вытерла брызги чужой крови с забрала шлема.

— Нормально. Сердце колотится, как бешеное, но… — она посмотрела на труп у своих ног. — Я даже не испугалась, Макс. Я просто… делала.

— Это называется профессионализм, док. Или боевые рефлексы. Пошли к флаеру, пока на запах крови не сбежалось что-то