Путь между - Надежда Ожигина

— Во-первых, — продолжал меж тем штурман, — танцевать я не умею. Во-вторых, веду корабль по Эрине, а двух дел сразу не делаю. В-третьих, хотя до шуточек ваших мне действительно нет дела, за весла вам взяться придется.

Команда взглянула на штурмана и покорно дернула весла.

— Не волнуйтесь, господин. Тем, кто хорошо поработал языком, руками поработать сам Вальман велел, — усмехнулся штурман. — Разговаривайте почаще, ребята, — ласково посоветовал он матросам. — Глядишь, и впрямь пораньше пассажиров до места доставим.

— А нам не привыкать! — прохрипел от натуги кто-то из сидящих поближе к носу. — Мы и по двое суток гребли, живы остались!

— Тем более платят хорошо! — поддержали его с кормы.

На палубу выбрался позеленевший Санди и недовольным взглядом осмотрел трегг. Вся команда разом, не сговариваясь, повернула головы в его сторону. От подобной нежданной популярности шут скривился еще больше, потом усмехнулся и прошелся по палубе на руках, показывая язык всем желающим увидеть. Для верности прошествовал на нос и повторил процедуру для тамошних гребцов, рискующих вывернуть шеи от любопытства.

— Надеюсь, я вас позабавил, — под довольное хихиканье матросов заключил Санди, становясь на ноги. — Больше мне добавить нечего, сабли не глотаю, пламенем не плююсь, на обезьяну похож мало. Представление закончено, просьба заняться своими делами. Все.

После такого выступления даже слегка растерявшийся штурман не сразу обрел былую флегматичность.

Что касается матросов, они долго таращились, а Дарри ошалело постучал себя по голове.

— Во-во! — радостно кивнул немного повеселевший Санди. — Мозгов-то нет, так, может, настучишь маленько! Во всяком случае, не грех попробовать! А пока слезь со скамьи, дай погрести.

Дарри растерянно глянул на Стэнли. Штурман критическим взором осмотрел шута, потом согласно кивнул. Похоже, понял, что Санди просто необходимо за тяжелой работой отвлечься от бунтарских поползновений собственного желудка. Возмущенный матрос печально уступил место и сел рядом с Денхольмом, выразив слабую надежду, что назойливый гость скоро устанет. Но Санди упорно прогреб до самого обеда и весло оставил с явным сожалением.

Обедали в кают-компании, маленьком помещении, на время расчищенном от всевозможных карт. Королю кроме капитана и штурмана были представлены также судовой лекарь Ганник и кок Сэгг, прислуживающий за столом. Сервировка имела претензии на изысканность, стряпня же оставляла желать лучшего, но Денхольм давно утратил былую привередливость в отношении еды и уделил обеду максимум своего внимания. Что касается Санди, шут вяло поковырял вилкой салат из овощей с ранними грибами, извинился и вышел прочь. Лекарь понимающе покачал головой и тоже покинул сотрапезников.

Что порядком удивило короля, так это обилие всевозможных редких приправ на столе. И он не упустил возможности удовлетворить свое любопытство, перехватив кока между переменами блюд.

— Весь трюм этой дрянью набит до отказа, — пробурчал Сэгг, — а так хоть на столе разнообразие! Вот доплывем до места, сбагрим товар, тогда конечно…

И замолчал, наткнувшись на красноречивый взгляд капитана.

— Спасибо, приятель, — кивнул головой Денхольм и обернулся к Лаэсту.

Капитан развел руками:

— Ладно, что теперь. Мы везем в Эрингар груз пряностей внутреннего моря Валирет и должны неплохо на нем заработать, Поскольку доставка груза не требует дополнительных остановок…

— Простите, господин, — счел нужным вмешаться и штурман, — мы проделали долгий путь специально за этим товаром. Пряности вообще имеют хорошую цену, а с восточных берегов Валирета идут на вес золота.

— Команда слишком много сил потратила на доставку этого груза. Двое погибли во время шторма, еще один — от неведомой северной болезни, — решительно перебил Лаэст. — И, право, нам легче расстаться с вами, чем опорожнить трюм. И если вам угодно сойти на берег…

— Оставьте, капитан, я все прекрасно понимаю, — усмехнулся король. — Контрабандой нелегко заниматься, слишком много риска…

Капитан грозно нахмурил брови, и вся его несолидность разом слетела с обветренного лица. Штурман демонстративно завязал узел из стальной вилки.

— Я мог бы потребовать, чтобы нас везли бесплатно, — продолжил меж тем Денхольм, старательно не замечая сгустившихся в кают-компании тяжелых туч, — но мы поступим проще: я заплачу на четыре монеты меньше обещанного. И постарайтесь не попасться стражникам, иначе ваши жизни не будут стоить даже этой погнутой вилки.

Вернувшийся лекарь несколько разрядил обстановку:

— Я дал вашему другу пилюли, господин, через час ему станет лучше, — и, с изумлением глянув на руки Стэнли, торопливо принялся за уже остывшее жаркое.

— Мое судно пользуется доброй славой, господин, — мгновенно успокоившись, заметил Лаэст, поглядывая на короля своими по-мальчишески наивными глазками, — и вы явно нуждаетесь в хорошей скорости, будто спасаетесь от погони. Сойдемся на двух монетах во имя всеобщего спокойствия.

Денхольм улыбнулся и согласно кивнул: теперь он понимал, почему команда боится своего капитана. И еще почему никто и никогда не заподозрит притворщика в контрабанде.

Десерт был съеден в атмосфере полного взаимопонимания и с намеком на общность интересов: король стремился поскорее добраться домой, Лаэст и его команда — сбыть бесценный груз. Раскуренные трубки белесым табачным дымом скрепили странный союз, и Денхольм с удивлением поймал себя на том, что вновь его симпатии принадлежат подданным, живущим врозь с королевским законом.

На палубе королю кивнул порозовевший шут, успевший подкрепиться из общего котла и теперь азартно резавшийся в кости с наименее сознательными членами экипажа. Появление высокого гостя и штурмана у игравших особого интереса не вызвало, лишь Санди неопределенно помахал растопыренными пальцами и выкинул две шестерки под аккомпанемент из отборной ругани.

— Зачем же вы брали пассажиров, Стэнли? — устраиваясь на полюбившемся месте под мачтой, поинтересовался король.

— По глупости, — сплюнул за борт штурман и пристроился рядом. — Кэп побоялся вызвать подозрение отказом от столь прибыльной сделки. Теперь же понял, что мог не беспокоиться. Вам общение со стражниками еще более нежелательно, чем нам. Но, клянусь потрохами морской черепахи, вы были на волосок от смерти…

— Нас не так просто убить, приятель, — рассмеялся Денхольм. — Право же, себе дороже!

Штурман посмотрел долгим испытывающим взглядом и кивнул:

— Наверное, вы правы, господин. Но попытаться можно.