Цифровая утопия (СИ) - "Danivolt"

Пилоты и археологи отвлеклись от своих занятий, привлечённые шумом. Даже настырные операторы решили заснять происходящее на краю площадки. Увиденное им сначала понравилось, но вскоре они изменили своё мнение. Произошло это в тот момент, когда обезумевшие фанатики ворвались внутрь и побежали на курган. Тогда-то запаниковали абсолютно все.

— Где охрана!? Служба безопасности спит, что ли? — возмутился Джеральд, отступивший назад. Но друзья Леваллуа окружили площадку, так что бежать было некуда.

— Вся перед вами, — саркастично отозвался один из немногих оставшихся охранников, вынувший тазер и спрятавшийся за бочкой рядом с героями.

— Это, должно быть, какая-то шутка. О таком нужно сообщать заранее, — сказал Остин.

— Это не шутки, это нежелание CIMun тратиться на охрану, — прорычал Алхимик. — Ну и абсолютная бездарность начальника службы безопасности, разумеется. Дай Бог его уволят. Эскель, где этот хрыч?

— Должен быть здесь, на нашем корабле. По крайней мере, зашёл туда час назад. Без понятия, чем он там занимается, я свечку не держал, — сообщил охранник.

— Вот тебе раз. Вызови его! — потребовал Алхимик, на которого впервые напали. Он без зазрения совести разбил нос первому негодяю и пинком ноги отшвырнул второго. Пилоты встали кругом, рядом вооружились лопатами археологи. Запуганные операторы сжались в один маленький комочек возле "Рассвета"; там их быстро нашли и обобрали.

Хулиганы ринулись к раскопу, где, как они думали, находился артефакт. Археологи не могли позволить, чтобы добытые тяжёлым трудом объекты были утеряны, поэтому они сплотились возле кургана. В то же время им было сложно использовать тяжёлые и опасные лопаты против живых людей, что затруднило и без того проблемную оборону. Обезумевшие люди стали толкать археологов, а самые смелые — хватать за одежду и швырять. От пилотов отделился Алхимик, который бросился на помощь друзьям. Он напрыгнул на одного из хулиганов сзади и расплющил, после чего поймал другого за ногу и швырнул в третьего. Вскоре он скрылся с глаз пилотов, как и археологи: потонули в море бунтовщиков, начавших сражаться друг с другом в том числе.

Синие двери корабля открылись, наружу вышел сам начальник службы безопасности, Наиссех. Он выглядел совершенно невозмутимым. На лице сияла безупречная улыбка на все тридцать два зуба, на поясе висел находился стандартный электропистолет. Венди озадаченно взглянула на это орудие, как будто уже с ним пересекалась, но никак не могла вспомнить обстоятельства знакомства.

— Ха-ха, опять бунт! — рассмеялся Наиссех. — Сохраняйте оптимизм, дамы и господа. Сейчас мы успокоим этих психов.

Он достал из кармана теннисный мячик.

— Ха-ха, смотрите. Аркана! — громко воскликнул он, показав на мячик.

В толпе практически никто не заметил его оклик, потому что драка достигла того предела, после которого всякий смысл терял своё значение. Наиссех, немного разочарованный, кинул теннисный мячик назад и попал кому-то в голову.

— Не я выбрал этот путь, а вы, ха-ха, — он хрустнул пальцами и потянулся за электропистолетом. Улыбка растаяла, когда оружие оказалось украдено.

Наиссех развернулся и увидел воришку, пытавшегося спрятаться за другими друзьями Леваллуа. С маниакальным оскалом, напугавшим его собственных бойцов, Наиссех догнал преступника, остановившегося возле "Следжхаммера" с целью осмотреть украденный пистолет, за десять секунд. Первым делом, как порядочный начальник службы безопасности, он постучал вора по спине.

— Может, вернëте мне мой пистолет?

Тот пробормотал невнятный ответ, который Наиссех не расслышал. Рассмеявшись, Наиссех пнул преступника между ног, отобрал своё оружие и с ходу выстрелил в нескольких хулиганов, собиравшихся напасть на пилотов. Хессиан был рождён в атмосфере хаоса, поэтому окунулся в неё с удовольствием. Подобно Аритону, он нуждался в безумии и питался своей непобедимостью. Наслаждался собственной подлостью, позволявшей ему бесстыдно обманывать людей. Он сохранял верность Аритону, зная, что под началом влиятельного террориста сохранит своё беспечное существование в этом мире. Жизнь для Хессиана была весёлой игрой, где обстоятельства позволяли ему нарушать установленные правила и выступать в роли сильного. С чего бы не радоваться?

Хессиан достиг такой степени просветления, что когда врачи диагностировали у него рак желудка четвëртой стадии, он не запаниковал, только лишь улыбнулся и принял к сведению. Чтобы лечение не мешало его основному роду занятий, террорист прикончил врачей и никому не сообщил о заболевании. Боль сжирает его заживо, а Хессиан всё смеётся и смеётся. Когда наступит последний час, он успеет себя прикончить, а пока имеет смысл наслаждаться оставшимися днями.

Увы, оптимизм Хессиана пилоты, вынужденные бездвижно стоять возле "Заключения", совсем не разделяли. Они уже потеряли операторов, археологов и Алхимика. Продюсеры и обслуживающий персонал заперты на сопровождающем корабле. Среди рядовых охранников уцелел, по всей видимости, только Эскель Ди — знакомый Алхимика, парень с любовью к шуткам. Эскель был наиболее близким к Хессиану террористом; последний научил его никогда не унывать и, цитируя самого Хессиана, "держать ствол в горизонтальном положении, видя мужчин, и в вертикальном, видя женщин". Эскель, возможно, даже был наиболее человечным из прочих террористов, что подмечал в нём, никак не обвиняя, и Хессиан.

Какая-то кучка сохранивших рассудок друзей Леваллуа нацелилась на пилотов, видимо, собираясь отобрать у них несуществующую Аркану. Остальные группировки набросились на корабли, которые захотели ограбить. Среди пилотов это вызвало возмущение.

Эскель остановил большую часть хулиганов и героически пал: какие-то пьяницы отобрали тазер и использовали на самом охраннике. Они прицелились в Остина, угрожающе стоявшего впереди остальных пилотов. Остин гипотетически мог бы успеть ударить идиотов тростью, но времени было слишком мало, а хорошей реакцией он не обладал. Старичка спас Алхимик, который сломал преступнику руку. Тазер упал на землю, остальные в панике разбежались.

— Слава Богу, ты живой, а то мы уж подумали… — вздохнула с облегчением Венди. Алхимик улыбнулся ей и проверил состояние Эскеля. Тот чувствовал себя неважно.

Наиссех, медлительно расхаживая по площадке, вырубал по очереди одного друга Леваллуа за другим. Он ехидно посмеивался, чем раздражал абсолютно всех. Дошло до того, что целый десяток хулиганов отказался от взаимных претензий ради мести главе службы безопасности. Преступники одновременно набросились на Наиссеха с пустыми бутылками из-под виски, рассчитывая убить. Он их потуг не оценил, а виртуозно зарядил под ноги случайному противнику. Поражённый рухнул на землю, бежавший за ним споткнулся и улетел в песок, оставшиеся едва успели остановиться. Наиссех преспокойно удалился прочь, пока друзья Леваллуа, плохо видящие в сохраняющей внушительную численность толпе, пытались понять, куда он подевался.

Через десять минут после начала бойни из трёх сотен бойцов на ногах осталось не более четырёх десятков. Леваллуа к тому моменту успел очнуться и объединить оставшиеся силы своим могучим голосом, с которым ему следовало выступать в Международной организации.

— Вы чего творите, подонки!? Мы же должны найти Аркану! Если не опоздали, то Аркана у этих участников. Обыщите Архавира, девку, мужика и старика! Ну и ещё вот этого шизика.

— Дошутились, ха-ха, — Наиссех, проходивший мимо Леваллуа, изменил свою траекторию движения и пнул пьяницу по ногам. Леваллуа упал на шпагат и больше не вставал.

Последняя группа хулиганов напала на героев. Наиссех отступил к "Заключению", успев по пути успокоить добрый десяток. Оставшиеся снова напали со всех сторон, и теперь пилоты были их главной целью. Один из мерзавцев обхватил Джерри сзади и потянул назад, в то время как сообщник полез проверять карманы. Остин услышал стоны пытающегося вырваться друга, возмутился и огрел вора тростью по рукам. Затем несколько раз повторил. Негодяи отпустили Джеральда и с позором сбежали. Ещё один попытался схватить Венди за шею, но она сразу же, стоило склизким пальцем коснуться её, развернулась, встретившись лицом к лицу с хулиганом. Трус попытался ретироваться, но Венди ударом колена подбросила его в воздух. Он не успел даже упасть на землю, как пилотесса со всей силы ударила по животу сапогу, отчего бедолага чуть не испустил дух.