Кот в мешке и прочие неприятности (СИ) - Анна Милок

наряды в гардеробную, попыталась проделать этот же трюк с моей записной книжкой, корешок которой торчал из сумки, но этого я ей не позволила.

— Спасибо, я справлюсь сама, — не люблю, когда трогают мои личные вещи, и особенно личные записи.

Девушка тут же стушевалась, сгорбилась и словно бы уменьшилась на глазах.

— Простите, — испуганно проблеяла она.

— Тебя держат здесь силой? — ни на какие другие мысли ее мокрые глаза меня навести не смогли. Дальше я продолжила шепотом: — Если да, то моргни два раза.

Немигающим взглядом я уставилась на горничную и она ответила мне таким же. Правда, если в моем сквозил интерес, то в ее отчетливо читались удивление и шок.

— Что вы, мисс? Мистер Гаран платит достойное жалование, лучшей работы не сыскать в округе, — мне показалось, что она даже немного попятилась назад от моего напора и желания помочь.

Ее слова, что мой будущий супруг не скупердяй, меня немного привели в чувство.

— А почему тогда плачешь?

— Помогала матушке на кухне резать лук. Не думала, что вы так скоро…

— Ясно, — то ли разочарованно, то ли облегченно выдохнула я. — Как тебя зовут?

— Сара. Простите, что не представилась раньше, — снова всполошилась моя не стрессоустойчивая горничная. — Я буду помогать вам и мисс Кейт.

Я рассеянно кивнула в ответ, не представляя даже, чем мне может помочь Сара. Наивно думала, что нас с Марьям родители баловали, а выходит, мы и не знали роскоши вовсе. Уверена, мы ничего не потеряли в своей жизни, обходясь без помощи горничных, лакеев, управляющих и водителей.

Повернулась к окну, всматриваясь вдаль. Где-то там, далеко, находится мой родной Дарбург, папа и мама, любимая племянница. Вдали от дома, даже старшая сестра не казалась мне такой уж несносной. А еще где-то там целая деревня оборотней, приключения и свобода. Где-то там Вестер, чтобы его…

— Отпустите меня! Оставьте! — как гром среди ясного неба раздались оглушительные крики совсем рядом.

— Постойте, мисс, не стоит идти туда, — пыталась остановить меня Сара. — Все хорошо, поверьте.

Истошные женские крики тем временем не стихали и я и слушать не хотела взволнованное блеяние горничной. Я знала, я чувствовала, что что-то здесь не так!

Собрав свою храбрость по крупицам малышка Сара преградила мне путь. Но сама же подпрыгнула от испуга и отскочила, когда дверь по соседству оглушительно хлопнула. Воспользовавшись моментом, я ужом просочилась в коридор и как раз застала картину, как незнакомый мужчина заходил в соседнюю комнату. В белом халате и с большим черным саквояжем. И с чего я вдруг решила, что тут кого-то убивают? На втором этаже, в жилых покоях, да еще и при свете закатного солнца.

Доктор оставил дверь открытой, не подозревая, что сегодня за привычной процедурой будут наблюдать зрители. Я замерла на пороге, чувствуя как позади от волнения переминается с ноги на ногу горничная.

— Сара, живо помоги, — и моя храбрая портняжка тут же ворвалась в комнату, чтобы налить воды для доктора и подложить подушки на диван, куда пытались уложить молодую женщину. Ее одну с трудом удерживали мистер Нейт, управляющий, и белокурая женщина в годах очень похожая на Сару, вероятно, ее мать, кухарка.

Все закончилось быстро, не успев и начаться. Доктор умело сделал какой-то укол бунтарке и она почти сразу обмякла в руках управляющего. Столик возле дивана с уже мирной женщиной заполнялся разными баночками и настойками, доктор выуживал их из своего саквояжа как фокусник платки из собственной шляпы. Некоторые он прежде чем поставить поднимал на свет и демонстрировал управляющему. Названия их были такие заковыристые, что запомнить хоть что-то не представлялось никакой возможности.

— Принимать лекарство всегда следует строго по расписанию, пропуски очень чреваты. В следующий раз меня может не оказаться поблизости, — донеслось до моего слуха и я вдруг попятилась назад. Меня настигло ощущение, что я стала свидетелем чего-то очень личного и интимного… Узнала то, что, может, мне и знать пока не требовалось.

Привести в действие свой побег мне не удалось. Как по команде все присутствующие подняли свои глаза и посмотрели в мою сторону.

— Простите, не хотела мешать, — попыталась неловко оправдаться. — Услышала крики и хотела проверить все ли в порядке.

Я нервно сглотнула и это, кажется, не укрылось от внимательного взгляда мужчины в белом халате. Он захлопнул саквояж и порывисто встал с кресла.

— Мистер Брамс, лечащий врач, — из кармана он достал визитку и всучил ее мне в руки. Прежде мне не встречались практикующие врачи с визитными карточками… — Вы нисколько не помешали. Вижу, вы слегка шокированы. Спешу уверить, вам нечего бояться. Это скорее единичный случай. Здоровью мисс Кейт больше ничего не угрожает.

Совсем другими глазами я посмотрела на мирно посапывающую бунтарку. Мисс Кейт?! Моя компаньонка и сестра Фина Гарана?!

— Если вдруг почувствуете себе неважно, буду рад прийти вам на помощь, — доктор галантно склонил голову и размашистым шагом пошел к лестнице. Он не оглядывался по сторонам, не нуждался в сопровождении, что говорило о том, что он здесь частый гость.

От меня не укрылось как мать отчитывала Сару, выговаривая ей шепотом длинную тираду. Когда она замахнулась для подзатыльника, я поспешила ретироваться в свою комнату. И когда искоренится эта традиция, во всех ошибках винить младших?

К счастью, горничная, целая и невредимая, очень скоро снова появилась в моей спальне.

— Мне жаль, что вы это видели… Мисс Кейт очень хороший человек, она и мухи не обидит. А уж какая она красавица!

Мне было сложно судить о ее красоте, слишком уж в неприглядном виде она передо мной предстала в первый раз, но свое мнение на этот раз я решила оставить при себе.

— Если бы не психическое расстройство, отбоя бы не было от кавалеров, но, увы, — Сара тем временем продолжила свой рассказ. — Если бы не заботливый брат, нашу мисс Кейт ждала бы какая-нибудь душегубка.

В чем-то мои надежды оправдались. Похоже, что меня действительно ждет интересная компания…

— Чем я вам могу помочь, мисс Шелли?

— Спасибо, Сара, я сама справлюсь, — я выпроводила удивленную горничную за дверь и с облегчением рухнула в кресло. Это слишком для одного дня.

Кожаный переплет записной книги привычно лег в руки, успокаивая лучше любого укола. Многие страницы были безнадежно испорчены: чернила растеклись, листы склеились. Еще сегодня утром я прямо в одежде купалась в лесном озере, столько всего успело произойти, что казалось, это было в прошлой жизни. Гонялась по берегу за любимым шаловливым псом. И чуть не наломала дров с не менее шаловливым котом. Бездумно провела пальчиком