Малахитовый лес - Никита Олегович Горшкалев

– Астра, ты что творишь? – испугалась Агния. – Ты лишаешь нас еды, воды, снаряжения, ты лишаешь нас всего! Как мы дальше будем?

– Я делаю что должно, – сказал Астра. – Поверь мне.

На морде плакс-дракона появилось некое подобие улыбки. Он сложил крылья, и Умбра ринулся к Агнии, стоящей на колене с раскрытыми объятиями. Все снова смогли двигаться.

– Но прежде… – Астра гордо поднял голову, сжав руку в кулак, ударил себя в грудь, выпяченную колесом, а другую руку отвёл за спину и звенящим чистым голосом заявил во всеуслышание: – Я передаю все свои вещи в полное владение бенгардийскому тигру Алатару, чтобы он мог распоряжаться ими по собственной воле и усмотрению! А именно: защитный комбинезон – одна штука, – он похлопал себя по груди и начал расстёгивать молнию, – рюкзак – одна штука, со всем его содержимым, в том числе: одна походная аптечка, один спальный мешок, два обеззараживающих воду фильтра – изобретение самого доктора Цингулона, один перочинный ножик, огниво в одном экземпляре, а также набор тюбиков с едой – артифекс знает сколько их тут.

К лапам тигра из рюкзака посыпалось всё его содержимое. Книгу «Путешествие в колыбель» Астра самолично преподнёс Алатару, положив сверху наваленных в кучу вещей, как на пьедестал.

Агния с вдумчивым взглядом следила за тем, что делал Астра, и в одночасье она сообразила, что к чему: кинокефалка сделала и сказала то же самое, что и он. Следом за ней, ни о чём не жалея, повторил Умбра. Репрев же не спешил, лишь с ненавистью глядел на плакс-дракона. Агния растормошила Репрева:

– Ты с нами или как? Только не говори, что до тебя не дошло.

– О нет, до меня дошло, ещё как дошло! До меня дошло ещё до того, как Астра раскрыл свой рот. Но вот что скажу: ни кошке, ни этой ящерице не достанется и волоска с моей головы. Эта пещерная мокрица думает, что мне не хватит сил с ней совладать? Хочешь заполучить мои вещички? Ну так подойди и отбери! Я быстрее перегрызу тебе глотку, чем ты взмахнёшь крылом!

– Не упрямься! – крикнула на него Агния. – Своим упрямством ты нас всех в могилу сведёшь! Немедленно отдай всё Алатару, а не то за тебя это сделаю я!

Репрев перевёл взгляд на Агнию, в котором постепенно уходила ненависть и возвращалось самообладание. С тяжёлым сердцем он всё же расстался со своим комбинезоном и рюкзаком, а Умбра с удовольствием ему с этим помог.

– Своим упрямством я однажды уже спас наши шкуры, – недовольно прогудел Репрев.

Алатар осмотрел свои сокровища, поднял глаза на Астру и, коротко усмехнувшись, произнёс:

– А ты не промах, кинокефал Астра. Догадался-таки. В самом деле, что принадлежит мне, плакс-дракону не отобрать, – если бы у плакс-дракона были глаза, они о многом могли бы рассказать. Например, о том, как плакс-дракон был сейчас зол. – Но Астра, – продолжил Алатар, – чтобы пройти испытание, вам всё равно придётся что-то отдать… Давай так: я попробую ещё поторговаться с плакс-драконами, а вы подождёте меня у выхода. О ты, первое творение артифекса, скажи: искатели выдержали испытание?

– Выдержали, последний из бенгардийцев. Но если мы ни до чего не договоримся, вещи искателей, переданные в твоё владение, достанутся мне – все до одной.

– Так ты всё-таки решил идти с нами? – обрадовался Астра, переглянувшись с Умброй.

– Обсудим это, когда я вернусь к вам, – ответил Алатар. – Только обязательно дождитесь меня.

– Сколько бы ни пришлось ждать – дождёмся, – сказала Агния с лёгкой улыбкой, и вещи ей уже стали безразличны – лишь бы поскорее выбраться на свежий воздух и навсегда забыть об этом месте.

– Мы проводим вас! – плакс-дракон воспарил к потолку, а его возглас прозвучал как птичий крик. Витражные крылья разбили купол шершавого призрачного света, вылитый из брошенных в кучу комбинезонов: там, наверху, под потолком, кутаясь в собственные длинные тени, висели, как летучие мыши вниз головами, тысячи других плакс-драконов.

Глава 5. Призрак Бенгардии

Алатара ждали долго и почти потеряли надежду дождаться. Выход из пещер был подозрительно похож на вход – такая же раскрытая каменная пасть с изломами и подёрнутая лишайником. «А вдруг мы снова вернулись в начало? – в волнении, от которого покалывает в груди, рассуждали искатели. – Вдруг Алатар ждёт нас с другой стороны? Подумает, что не дождались, уйдёт – и всё пропало…» Путь через пещеры вымотал искателей малахитовой травы, но усталость притупляла тревожное чувство, и они были рады высушить влажную шерсть под утренним солнцем, скачущем на небосклоне, как скачет жеребёнок на шатких длинных спичечных ножках – лучах.

– И где носит этого кота? – не выдержал Репрев. – Не придёт он, нутром чую.

– Если ты так говоришь, значит, тебе ничего неизвестно о бенгардийских тиграх. Он придёт, – с уверенностью сказала Агния.

И тут из глубины пещеры донёсся шорох шагов – тигр нарочно шаркал лапами, чтобы не напугать своим неожиданным появлением искателей. Алатар щурился на солнце: жёсткие, недлинные ресницы тигра шинковали пьяно-сладкий летний воздух. Алатар смотрел на взбитый на груди мех, не осмеливаясь поднять изумрудно-янтарных глаз на только народившееся и оттого невесомое, лёгкое венозно-голубое небо. Он держал в пасти книгу, и на переносицу с жалобой скатывались узловатые морщинки. На спине тигр нёс разорванные в клочья комбинезоны. Алатар грузно уселся на песок и, расцепив зубы, осторожно выпустил из пасти книгу к своим лапам.

– Прошу прощения, что заставил вас ждать, – виновато произнёс он.

Агния подошла к тигру, подбоченилась и строго спросила:

– Ну и что случилось с нашими комбинезонами?

– Да, что стряслось, тигр? И зачем ты притащил нам эти тряпки? – подголоском вывел Репрев, приподняв и согнув по-охотничьи переднюю лапу.

– Ещё раз позвольте мне попросить у вас прощения – не уберёг я вашу одежду. Плакс-драконы не захотели отдать её мне подобру-поздорову, поэтому пришлось вступить в бой. А лоскуты я принёс в доказательство бесславной судьбы ваших одежд. Также я заметил, что ткань светится в темноте – она ещё нам пригодится. Умбра, ты, как фамильяр, будь добр, открой сумку у меня на плече. Вот всё, до чего я сумел договориться, – опустил голову тигр.

В сумке лежала пол-литровая банка из-под ежевики. Умбра, конечно же, остался доволен, в отличие от Агнии.

– А банку-то ты зачем взял, голова твоя бедовая? Где наши рюкзаки? Как мы будем без еды, без спальных мешков? Ни костра тебе развести – ночью не согреешься, укрыться нечем…

– Я буду добывать вам