Так устроен мир - Элла Уорнер

Дебора посмотрела ему в глаза. Может быть, в глубине его существа до сих пор жив Билли? Она так желала, чтобы он хоть как-то проявился сейчас в этом человеке…

Дейвис внезапно замолчал. Погруженная в свои мысли, Дебора уже давно не следила за его словами, но теперь отчетливо ощутила неожиданно воцарившуюся тишину.

Выражение лица Билла изменилось. Глаза, в которых только что светилась радость, затуманила тревога. И Дебора явственно ощутила, что теперь она не одна, что отныне ее судьба небезразлична хоть кому-то в этом мире.

Как бы ни были глубоки шрамы, оставленные прошлым, взаимное доверие может помочь им обоим.

— Я утомил тебя? — обеспокоенно спросил Билл.

— Совсем нет. Все замечательно! Просто я немного задумалась. Извини меня, Билл, если…

Он улыбнулся.

— Ну, что же, это уже прогресс.

— Что?..

Он был сейчас необыкновенно красив этой своей белозубой улыбкой.

— Билл — это звучит намного дружелюбнее, чем Билл Дейвис, — пояснил он.

— О-о! — Краска залила ее лицо. — Просто поначалу ты не нравился мне, не нравилось твое отношение ко мне, — призналась Дебора.

— Знаю. И стараюсь исправиться.

Она рассмеялась, довольная тем, что он готов забыть ее враждебность. Билл улыбнулся и счастливыми глазами посмотрел на нее.

— Китайский цирк скоро приезжает в Лондон. Ты хотела бы пойти?

— И увидеть гимнастов и жонглеров? — Именно так они в детстве представляли себе цирк.

Билл немедленно откликнулся:

— Но они все равно не могут так же хорошо качаться на веревках и лазить по деревьям, как мы.

— Это уж точно! — согласилась Дебора.

Уже так давно она не испытывала настоящей радости — легкой, простой радости. Напряженность в их отношениях уступила место дружеской непринужденности.

Подали кофе вместе с «Вин Саито», очень изысканным итальянским десертным вином. Заключительный аккорд дорогого ужина.

— Как ты думаешь, сколько времени потребуется для того, чтобы мы смогли переехать на ферму? — спросила Дебора.

— Мой юрист начнет работу над бумагами завтра. Если все пойдет хорошо, то, думаю, через неделю.

Неделя! Он не дает ей времени все как следует обдумать. Неужели не доверяет ей, считает, что она способна отказаться от своего слова? Но затем Дебора поняла. Просто это одна из черт его характера. Билл быстро принимал решения и немедленно претворял их в жизнь.

Может быть, ей все-таки не следует переезжать на ферму? Она подумала о своих книжках. Работа часто захватывала ее так, что Дебора забывала о еде и сне. Поймет ли Билл все тонкости творческого процесса и неудобства, связанные с ним?

— Я думала, что на подготовку документов уйдет примерно недель шесть, — сказала она, мысленно перечисляя тысячу и одно дело, которые необходимо будет завершить в Ливерпуле.

— Я плачу юристу большие деньги за то, чтобы он был порасторопнее.

Конечно, в своем мире Билл привык к молниеносному исполнению своих приказаний, мгновенному получению информации, быстрым ответам и уверен в том, что получит то, за что заплатил. Дебора невольно подумала, каким же требовательным он, должно быть, является в частной жизни.

— Скажи, неделя — это слишком мало для тебя, чтобы переехать, Дебби? — спросил Билл и, сообразив, что давит на нее, добавил: — Не будем об этом. Переедешь, когда захочешь.

Это было начало новой жизни. Что она оставляет позади? Могилы ее матери и Джонни были здесь, но души их обитали в другом месте — в лучшем мире. Остальные члены семьи разъехались. Время уезжать пришло и для нее. И разве она не решила все это еще до того, как Билл Дейвис вошел в ее жизнь?

Строчка из шекспировского «Макбета» пришла ей в голову: «Если надо сделать то, что надо, делать это надо быстро».

— Отцу не терпится оказаться на ферме, — сказала Дебора решительно. — Мы приедем, как только все будет готово.

Билл выглядел чрезвычайно довольным.

— Я отправлю туда вещи на следующей неделе вместе с домиком. Или, может быть, ты сама предпочитаешь его выбрать?

Дебора покачала головой.

— Это лишь временное жилище. Надеюсь, что восстановление дома не займет слишком много времени. Самое главное, чтобы сейчас были телефон и пишущая машинка… Мне они необходимы.

— Договорились. У тебя и во временном домике будет свой отдельный кабинет, чтобы ты могла работать.

Уж если Билл Дейвис говорит, что он собирается что-то сделать, то это будет сделано. Билли тоже был таким же. Именно поэтому Дебора сразу поверила ему, когда он рассказал, что приезжал за ней в Ливерпуль.

Неожиданно грусть овладела ею. Она даже представить себе не могла, что жизнь ее так круто изменится. Иная жизнь! И если она окажется не такой, о какой она мечтает…

Хорошо! По крайней мере, она попытается.

— Что-то не так? — встревожился Билл.

— Нет. Я просто думаю о том, какая странная штука — жизнь. Я уже намеревалась распрощаться с тобой сегодня вечером.

— Знаю.

— А сейчас собираюсь в Бедфорд, на ферму нашего детства. И ты там тоже будешь. Конечно, для тебя трудно вернуться к прежним воспоминаниям…

— У меня ведь были и хорошие воспоминания. Например, о тебе, Дебби, — с нежностью произнес Билл.

— Мы уже не дети, — напомнила она.

— Да. Но я думаю, что у нас есть шанс понять, какие мы сейчас.

Говорит ли в нем надежда?

— Кто-то сказал, что дважды нельзя войти в одну и ту же реку, — заметила Дебора.

— Может быть, и так, — согласился Билл. — Но нам стоит попытаться.

Он уверенно шел вперед, и Дебора улыбнулась.

— Да. Иначе мы никогда не узнаем…

Смогут ли они разрушить барьер, созданный временем и обстоятельствами, и соединить свои судьбы?

— Когда ты возвращаешься в Лондон? — спросила она.

— Утром. Первым рейсом.

— Ты остановился где-нибудь на ночь?

Билл кивнул.

— В отеле «Империал».

Она взглянула на часы. Почти половина двенадцатого. Между ними все было решено.

— Пора идти. Тебе надо выспаться.

Он не стал возражать, оплатил счет. Метрдотель спросил, не нужно ли ему вызвать такси. Но Билл решил сначала проводить Дебору до машины.

Холодная, неуютная пустота ночи. Они попали в нее, выйдя из волшебной атмосферы ресторана.

Дебора вздрогнула, когда сильные теплые пальцы коснулись ее руки. Она не пыталась освободиться, это показалось бы глупым, ведь они делили друг с другом еще более интимные мгновения. И тем не менее, это соединение рук сейчас было более значимым, чем ночь любви. Они, как в детстве, взялись за руки, и Дебора ощутила себя маленькой девочкой.