Мадам одиночка, или Укротительница мужчин - Юлия Шилова

– Я не нарочно, ты же знаешь. Мне кажется, что телефон нам бы ничего не дал. Что толку звонить, если мы сами не знаем, где мы находимся. Ты, по-моему, уже звонила в милицию. Тебе сказали, что выслали оперативную группу.

Едва закончив фразу, Ленка наклонилась, прилегла прямо на землю и принялась плевать кровью. Я с ужасом наблюдала за этой картиной, лихорадочно размышляя о том, чем я могу помочь и что я должна для этого сделать.

– Лен, ты что?! Ты что?! У тебя прямо какое-то внутреннее кровотечение…

– Я не знаю, что это такое, – с трудом отдышалась Ленка и побледнела еще больше.

Увидев, что уже начинает темнеть, я положила Ленкину голову себе на колени и принялась гладить подругу по волосам.

– Леночка, все будет хорошо. Вот увидишь, все будет хорошо. Просто ты очень устала, и тебе надо обязательно отдохнуть. За ночь ты наберешься сил, немного окрепнешь, а утром мы вновь тронемся в путь.

– Куда?

– Что куда?

– Я спрашиваю, в какую сторону мы тронемся? Ведь мы даже не знаем, куда нам надо идти. Так мы можем бродить целую вечность, пока у нас не закончится еда.

А затем мы умрем в этих горах с голоду или нами поживятся дикие звери.

«Кажется, Ленке стало совсем хреново, – подумала я. – И морально и физически».

– Не говори ерунды. Все будет нормально. Вот увидишь, все будет нормально. У меня предчувствие. Скажи, тебе стало хуже?

– Не знаю. Тело словно не мое.

Как только стало совсем темно и наступила самая настоящая ночь, я прилегла рядом с Ленкой и взяла ее за руку.

– Ты когда-нибудь спала на голой земле? – спросила меня моя спутница.

– Первый раз, – честно ответила я. – Удовольствие, прямо скажем, ниже среднего. Я бы не отказалась от подушки.

– Я тоже.

Закрыв глаза, я постаралась не думать о плохом и стала молить бога только об одном – чтобы побыстрее наступило утро. Утром будет светло, а это значит, что страх улетучится и от него не останется даже следа.

Утром мы обязательно куда-нибудь выйдем, и этот марафон на выживание наконец закончится.

– Свет, ты спишь? – послышался шепот Ленки.

– Нет.

– И я тоже. Давай поговорим.

– Давай. А может, ты лучше поспишь?

– Что-то мне не спится. Мне поговорить хочется. Мне еще так никогда не хотелось. Может, это оттого, что мне придется долго молчать?

– Не говори ерунды. Ты как себя чувствуешь?

– Паршиво. Знаешь, я вот сейчас лежу и думаю: почему мы с тобой такие несчастные? Почему? Вот возьми других женщин. Они удачно выходят замуж. Живут в браке долго и счастливо. Правда, и ты совсем недавно была такой…

– Ну, насчет долго и счастливо я не знаю. Чужая семья потемки. Со стороны все всегда живут счастливо, а на деле еще неизвестно.

– Но ведь все равно живут же. Почему у нас с тобой все не как у людей?! Почему мы с тобой вынуждены рисковать в надежде на достойные заработки? Тащиться по горам… Ведь по сути своей мы постоянно страдаем.

Мы обе страдали в прошлом, влюблялись в холодных и бесчувственных людей… Мы совершали слишком много ошибок… Ну почему нам обеим так не везет? Почему?

Я всегда думала, что повезло тебе. Ты жила как-то тихо, не на виду. Вечно счастливая, вся в домашних делах и заботах. Любящий муж. А оказывается, я ошибалась. Никогда ничего не случается вдруг. Никогда. Теперь ты осталась одна и причем в намного худшем положении, чем я.

Почему тебе не встретился более порядочный человек, чем твой Костик, и ты не родила двоих детей от него?

Почему ты встретила и полюбила мерзавца? Почему я до сих пор не замужем и вообще не имею детей?

– Не знаю. Я всегда считала себя счастливой женщиной, а свою жизнь вполне благополучной. До самого последнего момента я считала Костика своей второй половинкой.

Он был хорошим отцом и точно таким же хорошим мужем.

Все в дом, все для дома. Конечно, между нами не было бурной страсти. Все слишком ровно и слишком спокойно.

Я знала, что он сильная личность, и всегда считала его своей единственной надеждой и опорой. Если бы я раньше могла знать, что все произойдет именно так… Я была в нем уверена на все сто, нет, на все двести процентов. Я знала: что бы ни случилось со мной или с нашими детьми, Костик всегда будет рядом. Всегда. Конечно, я не законченная дура и понимала, что мужчины иногда гуляют. Я подозревала, что у Костика могут быть какие-нибудь тайные интрижки типа встретились и разошлись, но не более того, потому что он женатый человек и на нем лежит слишком большая ответственность. Ведь и в интимной жизни у нас всегда был порядок. Я никогда не уклонялась от близости.

Лидером был всегда Костик, и я охотно ему подчинялась.

– И ты ни разу ему не изменила?

– Я же тебе говорила, что нет.

– С ума сойти. Тебя в музей надо. Эдакий редкостный музейный экспонат.

– Лен, ну о чем ты говоришь? Я не изменяла потому, что очень сильно любила. А когда любишь, разве можно изменить?

– Но ведь ты красивая женщина. У тебя очень интересная внешность. На тебя все мужики заглядываются. Могу спорить, к тебе привязываются на улице, делают авансы. Наверно, многие не прочь закрутить с тобой роман. Неужели ты ни разу не поддалась какому-нибудь соблазну?

– Ни разу.

– Что, и мысли такой не было?

– Нет. – Ленкины вопросы начинали меня раздражать. Я не хотела ворошить прошлое и бередить едва зарубцевавшиеся раны. – Как я могла об этом думать, если я любила?! Когда человек любит, у него просто не может быть подобных мыслей.

– Вот это тебе твой Костик мозги засрал.

– Но ведь так оно и есть.

– Свет, а ты что, не чувствовала, что у Костика появилась другая?

– Конечно, чувствовала, только я не хотела в это верить. Подсознательно я понимала, что она есть, но я убеждала себя в том, что все это мне только кажется. Любая женщина чувствует, что у мужчины появилась другая.

В последнее время наши отношения как-то разладились. Костик стал дольше задерживаться на работе, отключать мобильный телефон, уклоняться от интимной близости, приходить домой за полночь. От него стало пахнуть духами. Он быстрее бежал в душ и смывал с себя запах другой женщины. А иногда, когда он приходил ночью, он быстро раздевался и прыгал в постель. Я не спала. Я просто притворялась, что сплю. Отвернувшись, я тихонечко плакала в подушку. Утром я спрашивала его, когда он пришел, и он нагло мне врал, что пришел рано, просто я уже легла спать. Он совершенно не высыпался, но делал вид, что он высыпается и просто прекрасно себя чувствует.

– И ты не закатывала ему скандалов?

– Нет. Да и что толку их закатывать. Он же не малолетний ребенок. Правда, я стала нервной. Иногда я кричала на него, иногда на детей. Затем я плакала и просила у всех прощения. Мне было от этого ужасно противно, но я ничего не могла с собою поделать. Наверно, именно так я страдала от безысходности. В глубине души я верила, что мой муж меня любит, что скоро этот кошмар закончится и все встанет на свои места. Я и представить себе не могла жизнь без него. Мне даже кажется, что за время нашего брака я никогда не принадлежала сама себе. Я всегда принадлежала ему. Я была готова выполнять его любую прихоть, полностью находиться в его власти, только чтобы он никогда от меня не ушел. Понимаешь, я жила для него, и он мог со мной делать все, что хотел.

Возможно, если бы он захотел меня убить, я бы даже не сопротивлялась.

– Свет, ты хоть думаешь, что говоришь?!

– Думаю, – достав платок из кармана джинсов, я вытерла слезы. – Я уверена, что все было именно так. Потому что годы моего брака были самыми лучшими годами моей жизни. Я благодарна судьбе за то, что мне удалось узнать, что же такое любовь. Ведь я с молодости могла построить свою судьбу совершенно по-другому. Я могла не выходить замуж, а позаботиться о собственной карьере, но я, ни минуты не раздумывая, бросила свою жизнь к ногам Костика. Это только теперь я отошла, а раньше… Раньше даже страшно подумать. Теперь в моей душе нет горя. В ней пусто. В ней нет ни любви, ни слез. Если бы у меня не было детей, то после того, как он ушел, я бы точно наложила на себя руки. Я обязана жить, пока знаю, что я им нужна.

– А если бы Костик вернулся к тебе, ты бы его приняла?

– Не знаю. Теперь уже не знаю. Если бы он вернулся сразу, то я бы приняла его, не раздумывая ни минуты, простила ему все и вычеркнула все плохое из памяти. А теперь… Теперь слишком многое изменилось…

– Хорошо, что ты хоть что-то поняла.

– И все же я ни о чем не жалею, – принялась я успокаивать сама себя. – Ни о чем. Если от меня ушел муж, значит, во мне что-то не так.

– А если я до сих пор не была замужем, значит, и во мне что-то не так. Хоть бы один мне предложение сделал и сказал, что хочет от меня ребенка. Ни один гад не пошел на это. Мы с тобой не относимся к числу тех счастливых женщин, которые умеют пробуждать в мужчинах любовь.

– Почему не относимся? Относимся. Просто мы же не виноваты в том, что любовь – такая непостоянная штука.