Мой любимый похититель (ЛП) - Морлэнд Мелани

— Спокойной ночи, Данте.

Я притянул ее к себе и поцеловал в лоб.

— Спокойной ночи, маленькая Пчелка.

Я смотрел, как она уходит, испытывая странное уныние. Печенье больше не привлекало меня, и я закрыл крышку контейнера и запер двери во внутренний дворик. Заметил, что тучи сгущаются, и подумал, не пойдет ли ночью дождь.

Нам нужна была хорошая гроза, чтобы очистить воздух.

И я не был уверен, что говорю о погоде.

Глава 13

БРИАННА

Я резко проснулась и только через мгновение поняла, что на улице бушует буря, а дверь моего патио открыта и стучит на ветру. Вскочив с кровати, я закрыла ее на замок и выглянула наружу. Шел сильный дождь, гром гремел низко и сердито, а молнии озаряли небо зазубренными электрическими разрядами.

Обернувшись к кровати, я нахмурилась, сердце учащенно забилось в груди. Румбы на матрасе не было. Обычно грозы ее не беспокоили, но, возможно, напугал звук удара двери о косяк. Я включила свет и заглянула под кровать, но ее там не было. Осмотрела всю комнату, но так и не смогла найти свою кошку. Ночью она всегда спала рядом со мной. Я села и стала ломать голову, внезапно забеспокоившись. Была ли она рядом со мной, когда я ложилась спать? Мои мысли были настолько поглощены Данте, тем, что он заставлял меня чувствовать, и тем, что происходило между нами, что я не обратила внимания на это.

У меня мелькнула ужасная мысль. А что, если она все еще снаружи? Что если Данте закрыл двери во внутренний дворик, не зная, что ее нет в доме?

Я соскочила с кровати и направилась вниз по лестнице, чувствуя под ногами холодный мрамор. Проверила гостиную и кухню, заглянула везде, но Румбу так и не нашла. Открыла двери патио, вглядываясь в темноту и дождь, позвала ее, повысив голос, чтобы было слышно из-за дождя. Если она была снаружи, то ей было бы мокро и холодно. Возможно, она напугана. Слишком напугана, чтобы прийти на звук моего голоса.

Выйдя на улицу, я тут же промокла под проливным дождем. Я громко звала и искала, охваченная паникой. Что, если она убежала? Может, она потерялась? Есть ли здесь дикие животные? Данте не говорил ни о чем подобном. Я почувствовала, как слезы наполняют мои глаза, и позвала снова, мое воображение рисовало ужасные картины.

Я была так расстроена, что не смотрела, куда иду. В одну минуту я бежала в поисках Румбы, а в следующую — уже летела по воздуху, хватаясь за пустоту, и ударилась о поверхность бассейна. Я погрузилась под воду, застыв в шоке. Поднялась на поверхность, брызгаясь и хватая ртом воздух, и снова ушла под воду. На этот раз я приземлилась в глубокой части бассейна. Я не могла разглядеть, где находится поверхность, меня поглотила темнота. В ужасе я вдохнула немного воды. Снова попыталась подняться, но мои руки и ноги были словно гири. Я начала паниковать и биться еще сильнее, когда вода вокруг меня забурлила, и сильные руки схватили меня, быстро потянув вверх.

— Господи Иисусе! — закричал Данте. — Какого черта?

Я хватала ртом воздух, цепляясь за него и всхлипнула от облегчения. Мужчина прижал меня к себе еще крепче.

— Я держу тебя, Брианна. Ты в безопасности.

— Данте, — выдохнула я, не в силах ясно мыслить.

Он поднял меня на руки и понес к ступенькам. Дождь хлестал по нам, заставив меня дрожать.

— Какого черта ты здесь делаешь? — спросил он, поднимаясь из воды.

— Румба, — сказала я и ахнула, когда в нас ударил прохладный воздух. — Я не могу ее найти. Кажется, она потерялась.

— Твоя чертова кошка спит на моей кровати. Как и каждую ночь, — прорычал он. — Сколько бы я ни выставлял ее из комнаты, она возвращается.

Меня охватило облегчение, хотя я и не верила своим ушам.

— На твоей кровати? Но она со мной, когда я засыпаю и просыпаюсь!

— Ну, она приходит, как только ты засыпаешь.

— Если тебе это так не нравится, то закрывай свою дверь, — ехидно сказала я.

Он прижал меня к себе.

— Я оставляю ее открытой для тебя, маленькая Пчелка.

Зайдя в дом он поставил меня на ноги, закрыв за собой двери и заперев их. Меня трясло от холода, шока и всей ситуации. Данте снова выругался, подхватил меня на руки и помчался к лестнице.

— Вода, — запротестовала я. — Мы все намочим.

— К черту, — огрызнулся он.

Мужчина направился в свою комнату, снова поставив меня на пол. Я так сильно дрожала, что едва держалась на ногах. Он что-то пробормотал, пошел в ванную, включил свет и вернулся с полотенцем. Снял с меня шорты и футболку, и я слишком устала, чтобы протестовать, пока он энергично проводил полотенцем по моему телу, даря коже столь необходимое тепло. Затем Данте вытер полотенцем мои волосы и нахмурился, наблюдая за тем, как мое тело продолжает дрожать. Обхватив меня за талию, он поднял меня, словно я ничего не весила, и положил на кровать, набросив на меня одеяло. Я тряслась, стуча зубами, и смотрела расширенными глазами, как он снимает с себя штаны, вытирает грудь и забирается ко мне в постель.

— Что... что ты делаешь? — спросила я.

Мужчина притянул меня к себе и крепко обнял.

— Согреваю тебя.

Наша влажная кожа соприкоснулась. Он провел руками вверх и вниз по моей спине. Переплел наши ноги, прижал мою голову к своей груди, шепча нежные слова. Моя дрожь начала ослабевать, холод уходил, поглощаемый теплом. Мое тело начало расслабляться. Данте притянул меня ближе, его поглаживания стали другими. Больше не практичными. Более ласковые. Интимные. Он гладил дольше, медленнее, проводя руками по моим ягодицам и бедрам. Моя дрожь теперь не была связана с холодом.

А была вызвана исключительно его прикосновениями.

— Ты напугала меня до смерти, — сказал он.

— Прости, — прошептала я. — Я запаниковала.

— Тебе следовало прийти за мной. Не знаю, почему датчики не включили внешний свет, — пробурчал он. — Господи, если бы я не вышел... я даже думать не хочу, что могло произойти.

— Мне жаль, — повторила я, подавив вздох, когда мужчина обхватил мое бедро рукой, крепко прижимая меня к себе. Так крепко, что я чувствовала его. Его желание.

Данте смотрел на меня сверху вниз, и тусклый свет лампы в углу позволял мне видеть его глаза. Глубокий, напряженный и сосредоточенный взгляд. На мне. Он перекатился и навис надо мной, прижимая меня своим торсом к мягкому матрасу. Его запах, пропитавший простыни, окружил меня. Мужчина скользнул между моих ног, устроившись там, как будто там ему самое место. Его дыхание было затрудненным, грудь быстро двигалась, повторяя ритм моего дыхания.

— Я намочу твою подушку, — пролепетала я. — Мои волосы...

— ...высохнут, — закончил он, не сводя глаз с моего лица. В глубине его глаз таился вопрос. Его голос был низким, грубым, нуждающимся.

— Данте, — прохрипела я, чувствуя, как под моими пальцами напряглись его мышцы. Эмоции захлестнули меня, и я вцепилась в его плечи. Нужда. Желание. Вожделение. Все это переполняло меня. Мне нужно было быть ближе к нему. Я хотела, чтобы он прижимал меня к себе. Желала всего этого. Особенно его.

— Скажи это, — потребовал он. — Ты должна это сказать.

— Пожалуйста.

— Пожалуйста, что? — спросил он, проводя пальцем по моей щеке, обводя контур губ.

— Сделай меня своей.

— Слава богу, — выдохнул он и накрыл мой рот своим.

ДАНТЕ

Я целовал Брианну со всей силой. С облегчением, желанием, бушующим пламенем похоти, которое она разжигала во мне с того момента, как увидел ее.