Из СМЕРШа в ГРУ. «Император спецслужб» - Александр Вдовин

— Какой отдых, товарищ генерал, надо добивать зверя, — осмелевшим голосом ответил Прядко.

— Что ж, приятно слышать такой ответ, но мы вас уже не выпустим в Абверкоманду, опасно, — утверждающе заметил Вадис.

Итоги самоотверженной работы Гальченко за линией фронта впечатляющие. Военная контрразведка получила подробные установочные данные на 24 официальных сотрудника Абвергруппы-102, на 101 вражеского агента, причем на 33 ему удалось добыть фотографии.

Об этих данных, полученных от Прядко, Вадис А. А. информировал начальника УКР СМЕРШ Юго-Западного фронта генерал-майора Петра Ивановича Ивашутина, потому что военная контрразведка 6-й армии фронта первого формирования, переправившая его через линию фронта для внедрения в подразделение Абвера, подчинялась ему. Он гордился подвигом человека-легенды, которого воспитали в коллективе управления его фронта второго формирования после Сталинграда.

Ивашутин руководил военной контрразведкой Юго-Западного, а потом 3-го Украинского фронта с 1943 года и до конца войны. 6-я общевойсковая армия входила в состав 3-го Украинского фронта.

В Москву полетела срочная шифровка:

„Совершенно секретно.

Заместителю Наркома обороны Союза ССР —

нач. Главного управления контрразведки СМЕРШ

комиссару государственной безопасности 2-го ранга

товарищу Абакумову.

Спецсообщение по агентурному делу „ЗЮД“ о возвращении из тыла

противника зафронтового агента Гальченко

17 мая 1943 года в расположение Отдела СМЕРШ по 57-му стрелковому корпусу после выполнения специального разведывательного задания в Абвергруппе-102 возвратился зафронтовой агент Гальченко.

По заданию ОО НКВД 6-й армии в январе 1942 года он был послан в тыл противника с целью внедрения в немецкий разведорган.

Выполнив это задание, Гальченко в начале февраля возвратился из тыла противника, будучи завербованным немецкой разведкой в г. Славянске.

Вторично, с соответствующим дезинформационным материалом, Гальченко был заслан в тыл противника 14 апреля 1942 года и возвратился обратно 17 мая 1943 года.

Из тыла противника Гальченко вернулся с двумя немецкими шпионами — Чумаченко и Погребинским. Кроме того, он доставил материалы на 18 официальных сотрудников, 101 агента и 33 фотографии из личных дел, а также образцы бланков и печатей разведывательно-диверсионного органа „Абвергруппа-102“.

Особого внимания заслуживает его информация о возможных планах фашистского военного командования начать летом с.г. наступление на Курском направлении.

Добытые агентом Гальченко разведывательные материалы и его отчет о проделанной работе направлены в ваш адрес установленным порядком.

Начальник Управления контрразведки СМЕРШ

Центрального фронта генерал-майор (Вадис)

18 мая 1943 г. № 2/8767“».

Об успешном выполнении зафронтовым агентом Гальченко задания военной контрразведки начальник ГУКР СМЕРШ НКО СССР комиссар государственной безопасности 2-го ранга В. С. Абакумов докладывал лично Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину.

За проявленное мужество и героизм в тылу противника Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 июня 1944 года Петр Иванович Прядко был награжден орденом Красного Знамени.

Использовать в дальнейшем его за линией фронта было опасно, поэтому он вернулся в войска на знакомую должность начальника склада ГСМ. День Победы встретил со своей частью в польском городе Щецине.

До 1960 года Прядко служил в частях Советской Армии, а после увольнения в запас и отставку работал на различных предприятиях города Ростова-на-Дону.

В июне 1996 года Директором ФСБ России 82-летнему ветерану Петру Ивановичу Прядко было присвоено звание «Почетный сотрудник контрразведки» и вручен соответствующий нагрудный знак, обладателями которого становятся лишь самые достойные из профессионалов отечественной службы.

Поиск нелегалов

В апреле 1944 года в Одессе активно действовала группа наших агентов-нелегалов, внедрившихся в одну из школ «Абверштелле» по линии армейской контрразведки еще в начале войны. Во время боев за город с разведчиками, естественно, была потеряна связь, ее нужно было как можно скорее восстановить, потому что, несмотря на то что война заканчивалась, противник был еще силен, и во избежании дополнительных потерь нужно было знать о планах гитлеровцев по передислокации их частей и подразделений на новые рубежи. Обладание такой информацией позволяло нашему командованию целенаправленно наносить удары по противнику нашей артиллерией и авиацией. Для летчиков-бомбардировщиков знание позиций противника — полдела в успехе при бомбометании.

Того требовала оперативная обстановка. По замыслу руководства советской военной разведки фронта эти нелегалы из разведывательно-диверсионной группы (РДГ) должны были отступать вместе с немцами для того, чтобы продолжить свою работу на территории Румынии, Венгрии и Германии. Они нуждались в новых условиях связи с Центром, деньгах и новых шифрах. Нужно было срочно направить связника.

П. И. Ивашутин по договоренности с начальником разведывательного отдела фронта генералом Роговым А. С. отобрали четырех лучших военных разведчиков во главе со старшим лейтенантом Иваном Трегубенко.

Петр Иванович их тщательно проинструктировал и поставил конкретное задание — пробраться в Одессу еще до того, как город будет освобожден советскими войсками. А в том, что Одесса будет скоро очищена от немецких войск, никто не сомневался. Прекрасно понимали это и фашисты, которые с удвоенной энергией и утроенной осторожностью проводили свои последние фронтовые операции.

— Ваша задача, товарищи, из тех данных, которые вам вручены, необходимо конспиративно выйти на указанных наших граждан, не привлекая внимания посторонних лиц. Немцы сейчас напуганы, поэтому максимально осторожны, так сказать, блюдут бдительность, — инструктировал Петр Иванович военных разведчиков. — В случае задержания примите решение на месте, так сказать, по обстановке. Но ни в коем случае нельзя, чтобы в руки Абвера попали наши шифры и коды. Освобождаться от компрометирующих вас документов и других секретных материалов надо будет вплоть до подрыва их гранатой. Специалисты вам расскажут, как это лучше сделать.

— Товарищ генерал, мы не допустим такого, чтоб с гостинцами для друзей нас сцапали оккупанты, — южнорусским говорком с типичным «гаканьем» попробовал отшутиться Иван Трегубенко. — Такой радости мы им не предоставим. Живыми фашистам не дадимся, и секретов они не получат. Мы их вместе с собой на тот свет заберем, а там еще раз придушим.