Воды дивных островов - Уильям Моррис

Так стояла высокая и стройная, облаченная в мерцающие ткани девушка в окружении своих маленьких подданных, и в сердце ее царили радость и покой, и позабыла она про страх. Но вот поглядела она в сторону серых стен, и ло! - там обнаружилось нечто новое! Ибо увидела девушка, что бредет к ним неспешно старик с длинной седой бородою; и не дрогнула Заряночка, но спокойно ждала приближения незнакомца, а когда подошел он поближе, рассмотрела, что тот крупного сложения и с виду полон сил, и, хотя стар, но ничуть не согбен годами. Пришелец постоял немного, молча разглядывая новоявленную Королеву и ее свиту, а затем молвил:"Никак не ожидал я увидеть подобного зрелища на Острове Юных и Старых". Отвечала гостья:"Сдается мне, малым детям куда как пристало играть со зверятами". Старец улыбнулся и молвил:"И голоса подобного никак не ждал я услышать на Острове Юных и Старых".

Заряночка слегка встревожилась и спросила:"Рады ли мне здесь? ибо если нет, то прошу я позволения уехать". Отвечал старец:"Тебе здесь рады, словно самой весне, дитя мое; и ежели задумала ты поселиться здесь, кто тебе откажет? Ибо воистину молода ты; а в сравнение со мною что ты, что эти младенцы - особой разницы нету. Да благословят тебя Небеса. Но хотя добра ты и чистосердечна, во что нетрудно поверить, видя, как играешь ты с малыми детьми и островным зверьем в мире и любви, однако, может статься, отнюдь не мир принесла ты сюда". И он улыбнулся гостье как-то странно.

Девушка слегка оробела при последних его словах, и молвила:"Как так? Когда бы моя воля, повсюду приносила бы я только мир да счастье". Тут старик расхохотался во все горло и ответствовал:"Как так, спрашиваешь ты, милое дитя? - да потому, что дам столь обворожительных и милых, как ты, посылает сама любовь, а любовь разъединяет то, что было единым".

Заряночка подивилась этим словам, и смутили они ее, однако девушка промолчала, старик же проговорил:"Но об этом сможем мы поговорить и позже; ныне дело насущное - утолить твой голод; не стану я допытываться, откуда ты взялась, ибо всенепременно по воде прибыла ты сюда. Засим приглашаю тебя в наш дом; пойдут с нами и эти малые дети, а еще трое из этого рогатого народца, - их привязываем мы обычно среди разрушенных развалин того, что прежде радовало глаз; прочим же даем мы наше соизволение удалиться, равно как и этим грызунам тоже; ибо у самого дома разбит огород, урожай коего весьма хотелось бы нам сохранить для себя". Рассмеялась Заряночка, и встряхнула на кроликов юбками, и зверьки бросились врассыпную, по обычаю своему. Тут паренек изрядно огорчился и едва сдержал слезы; а девочка топнула ножкой и заревела в голос.

Заряночка принялась утешать крошку, как умела: она сорвала ветку боярышника, что покачивалась высоко над головами детей и еще не вовсе отцвела, и вручила подарок малышке, и уняла ее. Старик же отобрал молочных коз из стада (белую в том числе), и погнал их перед собою, а дети пошли рядом с Заряночкой; мальчуган держал гостью за руку и перебирал ее пальцы, а девочка то цеплялась за юбку, то отпускала ручонку и резвилась вокруг.

Так дошли они до того места, где земля сделалась ровнее; там, в укромном уголке, под защитою стен и башен, расстилался ковер зеленого дерна, - каменные глыбы ограждали его с севера. Помятутые стены, казалось, некогда были частью огромного дома и замка; наверху, куда не вело ныне ни одной лестницы, виднелись тут и там трубы и очаги, и изящные скамьи у окон, и сводчатые двери, и резные колонны, и много чего еще, что прежде радовало глаз; теперь же все обрушилось, все обратилось в руины, и дом стоял без крыши и перекрытий, и весь зарос ясенем и рябиной, и прочими ягодными и крылосемянными деревьями; много лет назад семена упали в трещины стен, а теперь на этом месте высились густые, раскидистые кущи. В самой глубине могучих руин притулилась хижина, сложенная небрежной рукою из небольших бревен и весьма заросшая розами да жимолостью: две примыкающих друг к другу древние плиты тесаного камня стали убогими ее стенами. Прямо перед хижиной разбит был сад, где росла всяческая зелень и немного пшеницы; там же рядком выстроились соломенные ульи; повсюду вокруг расстилался зеленый дерн, как было уже сказано, а среди травы возвышались три огромных древних дуба, и всевозможные колючие кустарники, тоже достаточно древние для растений такого рода.

Старец провел гостью в хижину, всю незамысловатую утварь которой составляли табуретки и скамьи, и грубо сработанный стол, а затем отправился привязать коз среди руин, что некогда были огромною залой. Дети увязались за ним, хотя Заряночка порадовалась бы, кабы хоть один из малышей остался с нею; однако же слова "нет" крошки и слушать не желали, обязательно нужно им было пойти навестить свою любимую белую козочку в ее стойле. Однако же все трое вскорости возвратились; и старик повел учтивые речи, и поцеловал Заряночке руку, и оказал радушный прием, так, словно был он знатным лордом и принимал гостей в собственном наследном замке. Тогда дети тоже захотели всенепременно поцеловать чужестранке руку и повести себя учтиво, и, рассмеявшись, Заряночка позволила им это, а затем подхватила малышей на руки, и принялась обнимать да целовать от души; чему они не особо порадовались, хотя мальчуган стерпел и возражать не стал. После того старец выставил на стол нехитрую снедь: сметану и мед, угощение нагорий, и грубый хлеб, но отрадно было Заряночке вкушать все это под гостеприимным кровом, внимая любезным речам старика.

Отобедав, все вместе вышли за дверь: Заряночка и хозяин дома устроились под дубом, а дети принялись резвиться неподалеку. И молвила Заряночка:"Старик, ты был ко мне добр; теперь не расскажешь ли о себе, кто ты таков есть, и что это за стены над нашими головами". Отвечал он:"Навряд ли смогу я исполнить твою просьбу; и уж не сегодня, во всяком случае. Однако похоже на то, что ты останешься с нами, и тогда в один прекрасный день, может статься, язык мой развяжется". Промолчала девушка, и пришло ей в голову, что хорошо оно было бы поселиться здесь, и следить, как пригожие эти дети взрослеют мало-помалу, а там мальчуган и вырастет, и полюбит ее; тут Заряночка принялась подсчитывать в уме, сколько годов минует, прежде чем возмужает он, и попыталась представить, какой станет сама по прошествии всех этих лет. Тут покраснела она от невысказанной мысли, и потупила взор, по-прежнему храня молчание. Старик же озабоченно оглядел девушку и молвил:"Жизнь твоя не покажется чрезмерно тяжелой, ибо во мне еще достаточно сил, да и ты способна справиться с какой-никакой работу, невзирая на хрупкое и изящное твое сложение". Весело рассмеялась девушка и ответствовала:"Воистину, добрый человек, я сумею исполнить куда больше, чем какую-никакую работу; ибо искусна я в любом деле, что потребно здесь в твоем хозяйстве; потому не бойся, себя я прокормлю, и с радостью". "Так значит, веселы будут наши дни", - отозвался он.