По воле судьбы - Наталья Бульба

Вместе со мной замок князя покидали Арадар с дочерью и Ингвар в качестве их сопровождающего. Как бы лорд ни хотел поддержать жену в ее горе, Кети не стоило оставаться во владениях оборотней, тем более в столь неспокойное время. Враг был слишком близко, а самое главное – он был неизвестен. И как бы д’Арбас ни желал, чтобы девочка находилась под его присмотром, рисковать ею не посмел.

Переход вывел меня недалеко от крепости, которую подарил юный король Алексу за спасение своей сестры. И хотя этим благородным делом занимался не он один, все остальные были вроде как с жильем. Дракон же своим домом считал постоялые дворы да гостиницы, в которых проводил большую часть своей кочевой жизни. Если, конечно, не считать того пристанища, которое было у него на Земле. Но… Анжи предпочитал видеть возможного правителя анималов в этом мире, а не в том.

Вот только судьба посчитала, что путь этих двоих друг к другу недостаточно тернист, и решила подбросить кандидату в женихи мысль, что он недостоин своей невесты. А замок стоял. Как символ надежды, что рано или поздно дороги сольются в одну.

За гранью портала осталась мощенная камнем площадка между двумя рядами вздымающихся к небесам стен, а передо мной расстилался зеленый ковер разнотравья, в ноздри бил сладкий аромат цветов, а волосы шевелил легкий ветерок, от которого печаль расползалась как клочья тумана под жарким летним солнцем.

Когда я направил своего жеребца к вьющемуся неподалеку тракту, тот недовольно всхрапнул, выражая мне свое недовольство тем, что я лишаю его возможности покрасоваться перед пасущимся неподалеку табуном. Но все же он вынужден был смириться с тем, что заигрывать на лугу с кобылами ему сегодня не придется. С дозорной башни меня уже заметили. И, зная, что ради праздного интереса я редко появляюсь у их господина, начали опускать мост через заполненный водой ров.

Я еще только въезжал на внутренний двор, а Алекс уже стоял на высоком крыльце. Дождавшись, когда я спешусь и передам поводья подоспевшему мальчику-конюшему, он двинулся мне навстречу.

– Судя по твоему лицу, принесенные тобой вести меня не обрадуют, – хмыкнул он, подойдя вплотную. Но его глаза смотрели на меня с тревогой.

Что бы он ни говорил и как бы ни пытался избежать своей участи, но он был правителем. А Тиана – его возможным стражем. И если она из-за рождения дочери не ощущала, как крепнет связывающая их нить, то он не мог этого не замечать, уж если даже я ее чувствовал.

– Начиная с той, что твое неожиданное исчезновение закончилось переполохом и спасательной операцией. Я, конечно, понимаю, что у тебя принципы, не позволяющие признаться ненаследной принцессе, что ты жить без нее не можешь, но хотя бы поберечь ее нервы ты был должен.

К волнению дракона добавилось еще и недоумение. Пришлось объяснять подробнее.

– Только не говори, что тебе не доложили о появлении в замке Верты.

– Нет, – пожал он плечами. Я уже собирался высказаться о нерасторопности его слуг, как он продолжил: – Впрочем, я еще даже перекусить с дороги не успел. Только пыль да пот смыл, а тут и ты появился. И когда она была?

– А когда ты должен был вернуться? – усмехнулся я, глядя, как он пытается и ответить на мой вопрос, и не сказать лишнего. Даже не догадываясь, что мне известно значительно больше, чем ему кажется.

– А смотря откуда, – уклончиво высказался он, закончив свою реплику приглашающим жестом.

Ладно, в эти игры мы тоже умеем играть.

– А что, было много мест, откуда ты мог вернуться?

Он так многозначительно на меня посмотрел, словно уточняя, помню я или нет, что он человек свободный и никакими обязательствами не связанный. Я-то да, а вот помнил ли он, что у него есть друзья, которые вполне могут о нем беспокоиться?!

– Не то чтобы очень, – протянул дракон, ухмыляясь. Вот только все это выглядело не слишком естественно.

– Вот именно когда ты должен был вернуться из одного из таких мест, она и решила тебя проведать. Ты же не кажешь глаз к друзьям, приходится самим о тебе не забывать.

– И что было дальше? – Он верно понял, что общаться так мы можем долго. А гостиная, в которую он меня вел, была довольно близко.

– Она отправила гонца к Арадару уточнить, не знает ли он, каким ветром и куда тебя унесло. Тот не знал и послал Ньялля разузнать о судьбе одного маркгафа, о котором печется его возлюбленная. Барс добрался до гостиницы, в которой ты остановился по пути оттуда, откуда возвращался, и выяснил весьма примечательный момент: твоя лошадь – в конюшне, вещи – в комнате, а тебя самого нет.

– И как много ты знаешь?

За что я любил Алекса, так это за то, что он очень быстро делал правильные выводы. Вот и сейчас, связав воедино мое появление и то, что я сказал, он не стал пытаться мне доказывать, что мы все не так поняли.

– Все, – жестко произнес я, как только он закрыл за нами дверь. – Кое-что рассказала бабушка кошки, остальное добавила Вионика. Ну а о том, о чем они обе умолчали, я догадался по тому, что мне забыл поведать д’Арве.

– Ведь знал, что, имея таких друзей, врагов можно не заводить, – едко бросил Алекс и… тут же продолжил. Уже совершенно другим тоном: – Так что случилось?

– Ничего. – Теперь уже я пожимал плечами. – Кроме того, что княгиня Арея мертва. И произошло это в крепости, которая стоит на землях Арансона.

– Тиана? – нахмурился дракон, понимая, что даже предательство и несколько лет разлуки не могли убить любовь, которую испытывала ставшая нам другом женщина к старшей из своего рода.

– Держится. Но заметно, что чувствует вину за то, что не приехала раньше.

– Вряд ли бы это ее спасло. – С каждым мгновением взгляд Алекса становился все спокойнее. Но это был покой принятого решения. – Она была жива лишь до тех пор, пока молчала. Так что Тиана своей обидой продлила ее дни.

– Ты не сожалеешь? – Я присел в кресло у разожженного камина. Несмотря на царящее за каменными стенами довольно жаркое лето, в самом замке было ощутимо прохладно.

– О том, что не стал правителем? – правильно понял тот мой вопрос. И, дождавшись моего кивка, покачал головой: – Нет.

– Это выглядит эгоистично. – Я давно хотел поговорить с ним об этом, и не только. Мне было искренне жаль Верту, которая уже давно могла стать женой достойного ее мужчины, но продолжала верить, что ее любовь сможет разрушить выросшую между ними стену.

– А стать тем, кем я не являюсь, неблагоразумно. В первую очередь для того народа, который назовет меня правителем.

Стоило признать, что его аргумент был весьма существенным. Вот только он не хотел замечать того, что видели мы. Несмотря на авантюрный склад характера и любовь к свободе, в нем были все качества, которые, на мой взгляд, должны быть присущи облеченному столь высокой властью.