Твоя на 7 ночей (СИ) - Кучер Ая

– Надо было набрать, - трусь носом о её щеку, вдыхаю запах цветов. – У меня автоматическая система безопасности, отпер бы тебе дверь дистанционно. Как твой день?

– Нормально, - отвечает размыто, пока идём к лифту. – Могу кое-что у тебя спросить? Без встречных вопросов.

–  Что именно?

– Ты же следишь за Смирновым, да? Чтобы никуда не делся с долгом. Когда ты видел его в последний раз?

– За пару дней до погашения долга. Пропал со всех радаров? Спроси Лану, уверен, она знает. Просто покрывает своего отца.

– Нет, она не видела отца тоже давно. Он… Я не думаю, что он бы просто исчез, ладно? Он дорожит семьёй, не стал бы подставлять. Если вдруг услышишь что-то – можешь мне сообщить?

– Будешь мне должна.

Улыбаюсь, проводя девушку в квартиру. На ней джинсы и белая широкая рубашка, мешает насладиться видом. Но это можно исправить довольно быстро. Пока меня волнует, почему она так заботиться о Смирнове и его дочери.

Ни мои ребята, ни Царь с его базой ничего не нашли. Её родители погибли в пожаре, был старший брат, но его судьба – неизвестна. Жила в другом городе, по забавному стечению обстоятельств – там тоже мой клуб есть. Или не просто совпадение?

Мина явно нервничает, осматривает квартиру, будто впервые здесь. Понимаю её неловкость, но хочу, чтобы та скорее ушла. Семь, точнее шесть ночей, слишком мало, чтобы долго раскачивать девчонку. Может, стоило настаивать на десяти?

В крайнем случае, долг у Смирнова ещё есть. И с Миной одно удовольствие торговаться.

– Виски с колой?

Я прохожу к бару и думаю, что наши ночи подозрительно похоже повторяются. Смешиваю ей алкоголь с газировкой, бросаю несколько кубиков льда и протягиваю девушке. Она опирается возле раковины и делает несколько жадных глотков.

– Я бы предложил вино, но, кажется, ты его не любишь.

– Я пьянею от него быстро.

Мина медленно дышит, прикрывая глаза. Пальцы чуть подрагивают, от чего алкоголь покачивается в стакане. Прикусывает щеку изнутри и выдыхает через плотно сжатые губы.

– Что такое? – надавливаю на нижнюю губу, скольжу по ней. – Каждый раз будешь бояться?

– Вот ещё, - фыркает, поднимает взгляд. – Я не боюсь, Эрик. Просто…

– Волнуешься?

– Думаю, что будет дальше.

– Всё просто, Мио. Мы поговорим, я тебя поцелую, завалю и доведу до оргазма. Знаю, как ты легко заводишься.

– Пошляк!

– Ты, кажется, не жаловалась.

Подталкиваю Мину к дивану и возвращаюсь к открытой бутылке виски. Наливаю себе грамм сто чистого и сразу выпиваю до дна. Обновляю порцию, разбавляя кусочками льда.

Не будь у меня семьи виноделов, мог бы спиться. Но в генах заложено то, что алкоголь не берёт. Это уже стало нормой, не проведёшь переговоры без стакана виски. Да и с Миной это неплохо работает.

– Эрик, - слышу глухой голос девушки, полный растерянности.

Оборачиваюсь посмотреть, что её так взволновало и вижу напуганный взгляд. Отступает от меня и журнального столика, обхватывает себя руками и поджимает губы.

Блядь.

– Почему у тебя наркотики на столе?

Глава 30. Мина

В грудь словно что-то врезалось, выбивая весь воздух. Сжималось, дарило ощущение, что на шее чья-то жесткая хватка, не дающая сделать глоток воздуха. Я задыхалась, пыталась вдохнуть, но не получалось.

Всё тело дрожало и каждый удар сердца чувствовался каждой клеточкой. Я вся будто пульсировала в такт. Внутри сжимаюст органы, лёгкие отказывают, мне кажется, что я задохнусь или умру от разрыва сердца, так оно колотится.

– Эй, Мио, тише. Всё хорошо. Посмотри на меня, - я слышу в его голосе волнение и страх, сменяющийся властными нотками.

Я пытаюсь следовать его приказам, но не могу. Перед глазами всё расплывается и только тёмное пятно вместо мужчины. Цепляюсь за что-то пальцами, стараясь устоять.

Меня бьёт озноб, лихорадит. И чем ближе он, тем страшнее мне. Стараюсь отойти, отпихнуть его, но не могу пошевелиться. Всё застыло, не давая сдвинуться с места.

Он опасен, опасен, опасен.

Одна мысль набатом бьет в голове, выстукивает вместе с сердцем. Надо бежать, уходить, оказаться от него как можно дальше. Спастись, мне нужно спастись от него.

Наркоманы опасны, у него на столе наркотики. Всё складывается в ясную картинку, бьющую по сознанию. И я не знаю, как мне выбраться, добраться до двери. Мир плывёт, не могу сделать и шага.

Эрик не отпустит, конечно, он не отпустит. А если его сейчас накроет? А если у него, наоборот, ломка будет? Агрессия, неадекватность, боль. Не хочу это видеть, надо просто сдвинуться с места.

– Дыши, Мио. Что с такое? – чувствую прикосновение к голове. Эрик гладит меня, прижимает, усаживает куда-то. Всё плывёт за пеленой слёз. – Все хорошо, детка, хорошо. Давай, дыши со мной. Вдох. Выдох.

Чувствую, как он силой разгибает мои пальцы и прикладывает к своей груди. Его сердце размеренно бьётся под ладошкой. Мужчина медленно вдыхает, показывая пример. Но у меня всё равно не получается.

– Вот так, умница, - он продолжает, словно не замечая, что я уже теряю сознание от нехватки кислорода. – Давай, детка, вдох и выдох. У тебя же прекрасно выходит.

Первый вдох с болью бьёт по лёгким. Все горит, слишком много кислорода. Делаю мелкие вдохи под руководством мужчины, слушая утешение и подбадривание. Он прижимает, гладит по спине. Нос щекочет приятный мужской аромат с нотками цитруса.

В голове словно петарды взрывают, больно. Не могу даже слова сказать, железная хватка всё ещё на шее. Или это лишь ладонь Эрика, привлекающая моё внимание?

– Умница. Медленные вдохи, Мио, ты же можешь.

Могу. Вдох, судорожный выдох. По кругу, пока не понимаю, что мужчина сдвигает меня на диване. Усаживается сам, тянет на себя. Заставляет откинуться на его грудь спиной, дышать в такт с ним.

Я постепенно согреваюсь, избавляюсь от лихорадки. Пытаюсь вытереть слёзы, но Эрик делает это за меня. Мягко касается лица и, не глядя, стирает мокрые дорожки. Целует куда-то в шею, крепко сжимает.

– Никакой сделки не будет, - произношу осипшим голосом. Тот словно сорван и совсем не слушается. Получается на грани слышимости, но мужчина замирает. Он услышал. – Я хожу. Посчитаешь по своему тарифу. Или нет, считай просто бонусом. Я не буду… Ничего не будет больше.

– Никуда ты не пойдёшь. Сиди, - он прижимает рукой к себе и дивану, не давая шевельнуться. – Для начала начни дышать нормально. Что это было, Мио? Ты в порядке? Настолько накрыло паникой от предстоящего секса?

Он смотрит внимательно, анализирует каждое движение. Ни капли насмешки или веселья на его лице. Эрик сосредоточен, крепко сжимает мои запястья. Он волнуется за меня? Или просто лишний труп к квартире ни к чему?

– Да, пугает предстоящий секс с наркоманом.

Я плююсь словами, косясь на журнальный столик. Несколько листков, договоров, открытый ноутбук. И две белоснежных дорожки, выстроенных на скорую руку. Не надо быть шибко умной, чтобы понять, что это не витамины так принимают.

– Я не наркоман, - он выглядит действительно оскорблённым моим предположением. Ну-ну, будто все остальные признаются в своей зависимости.

– Как скажешь, но сделки не будет.

Плевать. Плевать на всё, на долг и подругу. На все договорённости. Я сейчас же собираюсь и уезжаю. Пускай разгребают как хотят, но я не буду спать с наркоманом.

Никто не угадает, что у них в голове и когда переклинит. Я могла рисковать многим, закрывать глаза на то, на что подписалась с этим мужчиной. Но это было слишком. Хуже измены Гоше и тому, что я его потеряла. Хуже продажности и ненависти к самой себе.

Хуже всего.

– Это не моё, Мио.

– Конечно, и никто таких отмазок никогда не использовал.

– Так, я спишу твою наглость на побочки после панической атаки. Которую мы ещё обсудим. Это осталось от партнёров, мы ночью встречались и обсуждали дела. Они принимают, я нет. Я не люблю терять контроль, Мио.

Я поджимаю губы и внимательно смотрю на мужчину. Стараюсь вспомнить, как выглядят наркоманы, главные признаки. Бледность, следы на руках, перепады настроения?