Песня Сирены - Виктория Роа

смогла сдержаться. Громкий выдох с примесью полустона сорвался с моих губ… — если ты хочешь, чтобы все получилось, то должна раздеться. Можешь снять только топ, если так будешь чувствовать себя уютно.

Я словно под гипнозом. Без слов, медленно я сняла с себя топ, а после опустила на пол и шорты переступив через них. Всем нутром ощущаю его взгляд на моих ягодицах и от одной только мысли, сводит с ума все мое естество. Стараясь сдержать возбуждение, я просто слушала его наставления. Время от времени, он поглаживал то одну, то другую часть моего тела заставляя стон становиться все более и более глубоким. В какой-то момент, я поймала себя на мысли, что стою перед этим незнакомцем в крайне фривольной позе…стоя на ногах, прогнувшись. Моя грудь касалась коленей, а руки лежали на полу. Вся моя поза открывала для него вид раскрепощения. Изрядно взмокшая промежность могла начать извергаться от одного только мимолетного прикосновения, но я стараюсь сдерживаться.

— Дыши спокойно. Твои бедра… — он подошел ко мне сзади, и обхватил своими тонкими пальцами кожу, что выступила рябью. — они должны быть расслаблены. — поглаживая их он потерся лбом о мой затылок. По легкому дуновению прохладного ветерка за спиной я поняла, что он нагнулся, и стал вдыхать запах моей возбужденной девочки. — выпрямляемся. Свободный вдох. — его кисть нежно обвила мой рыхловатый животик. — почувствуй… — вздох. — энергию внизу живота.

Все это время он одной рукой, как бы помогая принять мне нужное положение, ощупывал все мои округлости. На секунду, в голове всплыл своеобразный образ, как было бы лестно, если б другой рукой он подрачивал свой возбужденный член, но еще более лестно, если б он сделал это внутри меня. Он не позволял себе ничего особенного, но все эти позы…полумесяц, кобра, собака…он помогал, поглаживал, снова и снова ставил в нужную позу, при это старался не задеть мое тело своим. Я потеряла ту секунду из памяти, когда перестала дышать носом. Мое дыхание было учащенным, изредка напоминало то ли стон, то ли жалостливые всхлипы. Мой наставник постоянно оказывался сзади и кожей я чувствовала, как он откровенно рассматриваем мои ягодицы, и уже давно подметив влажность моей промежности — не прекращает прельщаться и восхвалять свое мужское достоинство. При каждом удобном случае он помогал мне растянуть мышцы бедер, ягодиц все ближе и ближе приближаясь руками к моей практически плачущей от изнеможение возбуждением киске.

От желания я совершенно прекратила соображать, что сейчас происходит, что я сейчас делаю. Практически каждый мой выдох сопровождался стоном, и только мой тренер делает вид, что ничего не замечает, что ничего не происходит. Его голос не выдает возбуждения, но почему-то все мое нутро чувствует его инстинкт самца, и если бы не положение, то он давно бы разорвал меня в клочья своей силой, своим сексуальным желанием быть главным в постели. Комплекс упражнений лежа на спине, и он не прекращает меня все также поглаживать, приговаривать, помогает менять положение. Все эти растяжки, скрутки и секундное расслабление. Когда он говорит, то я слышу уверенность в том, что он знает, что делает, и делает это, черт возьми, сознательно. Он кладет одну руку на мой живот, и просит подтянуть колени к груди, и только киской я чувствую вибрацию его второй ладони, но он не прикасается к ней. Просто держит ладонь на уровне моей мокрой малышки, что буквально пышет нестерпимым жаром.

— Почувствуй центр своего тела. — промурчал мужчина. — чувствуешь сколько там энергии? Я даю тебе свое тепло. — он водит вверх-вниз на уровне моей промежности. — почувствуй, как моя ладонь касается твоей энергии…

Я начинаю мелко дрожать издавав громкий стон…под моими ягодицам расплывается огромное, мокрое пятно….Я совершила прорыв…я пошла на это безумство…с моим телом происходит что-то странное…мне уже не стать прежней…

***

— А что тебя так удивляет? Их отношения очень своеобразные, но все же, супружеское ложе они стабильно делят друг с другом, и это не смотря на все острые углы их профессий. — Росс мечтательно улыбнулась. — знаешь, Лина стала частью «Пандоры» всего несколько лет назад, но при этом сколотила себе неплохую клиентскую базу вне стен «Пандоры». Ее уроки парной йоги заказывают люди чуть ли ни каждый день. Представь, каково быть мужчиной, когда знаешь, что твоя жена обучает других женщин, как правильно обращаться им с их же мужчинами и делает это наглядно. — Вика поставила пустую кружку на подставку.

— Наглядно? — удивилась я. — в каком смысле?

— Да в общем-то в прямом. Показывает женщинам, как нужно садиться на мужчину сверху и прочие нюансы. Артур, конечно, тоже очень интересный человек, ибо от жены познал многое, и теперь она без всякого стеснения может просить его помочь новеньким в познании себя. Он не помогает семейным парочкам, а помогает исключительно женщинам. Знаешь, чтобы раскрыть в себе Богиню, нужно позволить мужчине раскрыть тебя. Понимаю, йога иногда кажется жутко интимной частью жизни. Впрочем, именно такой она и является, но практик настолько много, что невозможно познать их все. — Вика вздохнула. — Артура окружают поистине шикарные женщины. — Росс облизнулась. — знаешь, имея свой стриптиз бар и выбираю танцовщиц лично, то трудно при такой ситуации быть обделенным женским вниманием.

— Тут ты права. — скрывая грусть в голосе подметила я. — меня завтра ждут рабочие будни. Удивительно, как тебе удалось выбить для меня отпуск. Это просто чудо. Я давно так не расслаблялась, как за эти две недели.

— Трудовое законодательство уже давно должно было прижать к стенке этого говнюка, что зажимает твой законный отпуск. Забавно, конечно, выбитые мною два дня обернулись в две сладкие недели. — Вика довольно улыбнулась. — ты разобралась с жильем?

— Хочу вернуться домой и попытаться вразумить Сергея. Знаешь, с новой мной жизнь может заиграть совершенно иными красками.

— Что же, решение неожиданное, и должна признать, даже радикальное, но если ты уверена, то дерзай, сестра, и помни, что стены «Пандоры» тебе и твой дом тоже. — Рос привстала с места и мы обнялись с ней через стол…

Кажется, это плохой знак…

***

За воплощением неординарного раскрытия глубины моего бутона потекла обычная, трудовая неделя. Я вернулась к мужу, и как бы это странно не было, но наши отношения изменились. Две недели моего отсутствия дома сыграли свою роль сделав из мрачного, надменного мужа-тирана в домашнего, и такого любящего