Мы не ангелы, парень - Татьяна Лаас

Княжич, до смерти загнавший своего коня (княжеская зазноба жила в нижнем городе), сходу вступил в бой, перескакивая через трупы людей и уворачиваясь от рук боевых магов. Не особо и останавливали его маги – каждый имеет право на безумие и свою собственную смерть. Княжич наскочил со своим мечом на змеевика, почти заползшего на второй этаж разрушенной башни, ударил куда-то в бок, надеясь найти сердце. Меч увяз в туше, ударом хвоста змеевик отбросил мальчишку прочь. Тот отлетел, попытался встать, сил не хватало, но он упрямо пытался – пусть Лесана и впрямь оказалась ведьмой, но она была его семьей. Он, как Лойзо, будет стоять до конца!

Он еле встал, вновь бросаясь в атаку. В руке у него был острый деревянный обломок. Помчался по хвосту змеевика, еле вонзая деревяшку в бок, снова свалился на землю, почти разбиваясь – и ладони, и колени кровоточили. Кожа горела от слизи змеевика. Тадеуш замотал головой, разгоняя туман, возникший из-за боли, и попытался встать.

Мимо промчался зеленокожий маг. Заклятье хаоса ударило по змеевику, заставляя оборачиваться на новую угрозу. Он приоткрыл пасть, чтобы плюнуть кислотой, но Поль предусмотрительно бросился в бок. Еж ударом копья заставил змеиную пасть захлопнуться. Копье прошло через пасть, и сейчас его наконечник торчал наружу, а жаль – там как раз был яд. Змеевик встал на дыбки, выпрямляясь почти во весь рост, если у червей может быть рост. Скорее, длина.

И тут Чертополох нанес удар копьем, пригвождая змеевика к полуобрушившейся стене замка. Тот трепыхнулся, но в последний раз, почти без сил.

– Ненавижу... Небеса, как же я вас всех ненавижу... – донеслось из залы.

Тадеуш все же встал, хромая стал забираться по камням к мачехе, уговаривая её:

– Лесана, все закончено. Змеевики мертвы. Ты можешь выходить, я помогу...

– Как же я вас всех ненавижууу! – В лицо княжичу помчалось пламя. Тадеуш замер, хватая воздух ртом, не в силах поверить, что та, кого он с мечом защищал, не щадя себя, может ударить его.

Может, он и не погиб бы, но покалечен был бы точно. Его спас Еж, в последний момент валя на землю и скатываясь с ним вниз под защиту завала из камней, когда-то бывший стеной.

– Вихрь, твою мать, почему спишь?! – прорычал Еж.

– Ррррработаю! – рыкнул в ответ демон. – Думаешь, легко сеть плести в разгар боя?!

– Бой давно закончился, – фыркнул Поль, осторожно из-за укрытия рассматривая бесновавшуюся ведьму. Её лицо, даже несмотря на то, что сейчас было искажено гневом и яростью, все равно было красиво. Сильная, быстрая, красивая, беспринципная – все, как он любил! Эх, не с той он днем веселился, совсем не с той!

Еж осторожно выпрямился, рассматривая лежащего под ним княжича:

– Живой?

Тот лишь кивнул.

Еж криво улыбнулся:

– Добро пожаловать в наш клуб. Ты её защищаешь, а она тебя же и убивает. Хотя ты круче – в нас только плюют. И ночные вазы пытаются вылить.

Вихрь наконец сплел защитный полог и накинул на ведьму.

И наконец-то наступила тишина.

Замер, тяжело дыша Вихрь. Опустил приготовленное копье вниз Поль. Пламя перетянул ремнем кровящую руку. Волна подошел, помогая её заживлять. Волк прошелся по двору, ища живых среди кучи мертвых тел – вдруг кому и повезло? Но таких не было.

Сумрак опустился на землю, прислоняясь головой к ледяной каменной стене. Лучше бы к чему-то живому, но дерево в Черно-горе днем с огнем не сыщешь. Если только в монастыре, которого теперь нет. Рядом присел Ясень. Ему тоже было плохо. Достал фляжку с водой, протянул собрату.

– Будешь?

Сум кивнул и сделал глоток, передавая фляжку дальше Снегу.

Снег поднес фляжку к губам, но пить сразу не стал – принюхался, уточняя:

– Ясень, вода из монастыря Тайлеса? Мы, случаем, сами змеевиками после неё не станем?

– Обижжжжжаешь, – еле выдохнул Ясень. – Из Лютоги вода.

Снег сделал осторожный глоток и передал Ризу – тот лежал навзничь на мостовой, прислушиваясь к земле – не хотелось бы обнаружить, что часть змеевиков выжила, спрятавшись в канализационных ходах. Гном сел, принял флягу, тоже сделал глоток. Передал княжичу, привычно проигнорировав Ежа, оказавшегося рядом с ним. Тадеуша откровенно трясло.

– Пей! – сказал гном, – легче станет.

Он сунул фляжку прямо в руки княжича, потом помог поднести ко рту. Тадеуш сделал глоток, но подавился, вода потекла по подбородку. Только второй глоток попал куда надо.

Гном передал фляжку дальше – Вихрю. Тот кивком поблагодарил, сделал небольшой глоток и отдал Полю. Тот ничего сделать не успел – фляжку перехватил Еж и выпил до дна:

– Ну вас, я тоже умею страдать от жажды!

– Тварь, – обиженно фыркнул Поль и испепелил фляжку.

– От твари слышу! – отозвался Еж.

Все вошло в привычную колею, а значит – жить будем!

Тадеуш, все еще пытаясь взять под контроль свой голос, еле выдавил, бросив взгляд на беснующуюся Лесану.

– А что с ней теперь будет?

– Не знаааааююююю... – ответил Поль, чуть не свихивая челюсть в зевке. – Не наш геморрой.

– Что? – не понял Тадеуш, далекий от медицины.

– Не наш почечуй, – поправился Чертополох. Тадеуша спас Еж:

– Мы не разбираемся с разумными тварями. Не наш профиль. Так что ничем помочь не можем. Мы её изолировали, дальше не нам решать.

– Но... – Тадеуш уже отошел от страха и вновь соображал довольно быстро, тем более что рядом сидел Снег. – Как же тогда вампиры?

– Вампиры – твари, питающиеся людьми, по сути, разумными не считаются, так как появляются после смерти существа, то есть разум там погибает. Ясно? – пояснил Вихрь.

– А наги?

– Тоже самое – питаются людьми и вообще змеи, а не разумная раса. – ответил уже Поль, его тоже забавлял молодой князь.

– А оборотни?

Чертополох фыркнул:

– Княяяяяязь, начни уже думать – тебе Черно-горой управлять, тебе хаос разгребать. Оборотни – тоже твари, возникающие после полного перерождения укушенного, и питаются опять же людьми.

Тадеуш нахохлился, расслышав самое главное:

– Скажете тоже, земли восстанавливать... А эти опять по весне придут и все разрушат... – И столько тоски было в голосе князя, что Еж не стал его задевать обидным: “Так и не понял ничего?” – принялся объяснять сам, пока остальные не влезли,