Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

не было в Киеве, когда формировался кабинет, а то бы он пригласил его взять какой-нибудь портфель; в конце концов сказал, что поговорит с премьером Лизогубом, нельзя ли заменить кого-нибудь. Говорил, что он будет решительно отстаивать самостийную, независимую Украину и никакой русской ориентации не допустит, при этом обратился к своей свите, которая завтракала вместе с ним, со словами, что он уверен в том, что все присутствующие уже через три месяца будут говорить по-украински. Гетман очень сожалеет, что украинские партии уклонились от участия в его правительстве, а между тем он намеревается держаться демократического направления, думает выкупить латифундии и парцеллировать их среди крестьян. Вообще, дела обстоят не так страшно, как думалось сначала, но эсеры, очевидно, замышляют-таки какое-то восстание, потому что распространяют по селам апокрифический манифест гетманский, в котором говорится, что он, будучи сам помещиком, будет защищать интересы обиженных помещиков, а крестьян будет наказывать за те убытки, которые они причинили помещикам, захватив землю и разворовав инвентарь. Такой манифест может действительно возмутить крестьянство, и оно начнет вырезать помещиков и немецких солдат, которые их защищают; в результате немцы будут жестоко расправляться с крестьянством, и кто знает, к чему это все приведет; во всяком случае это приведет только к разрушению Украины, к ее ослаблению, которым воспользуется тот из соседей, кто будет сильнее.

9 мая

Есть слух, что немцы, подозревая Дорошенко в симпатиях к Австрии, не разрешают ему портфель иностранных дел. Очень жаль, потому что Дорошенко намеревался протянуть Шелухина на судебного министра, а А.И.Лотоцкого{183} на министра по делам религии, а это было бы очень важно в интересах отделения нашей церкви от великорусской. А немцы все говорят, что они не вмешиваются в наши внутренние дела. Мне передавали разговор с одним немецким дипломатическим агентом. На упрек, что немцы по договору обещали только помогать Украине освободиться от большевиков, а они разогнали Ц. Раду и свергли правительство, немец ответил, что Ц. Рада и бывшее правительство тоже были большевистскими, и для блага и спокойствия Украины нужно было ее освободить и от этих внутренних большевиков! А между тем это освобождение, кажется, спокойствия не принесет, по крайней мере, не скоро оно наступит. На 12-е мая, как известно, было назначено (Всеукраинское. — Ред.) Учредительное собрание, а перед ним съезды эсдековские и эсеровские. Кроме того, был созван съезд крестьянского союза; и на эти съезды уже начинают съезжаться люди. Немцы обыскивают приезжих на вокзале и на пристани и всех делегатов отправляют обратно по домам, а комитет крестьянского союза, говорят, арестовали. Очевидно, это не должно успокоить село, а наоборот. У Грушевского, говорят, очень воинственный настрой, и он все шушукается с эсерами, намереваясь-таки поднять мятеж, организовавшись где-то на юге, под защитой якобы австрийского правительства, которое вовсю кокетничает со свергнутым правительством. На днях приезжал австрийский посол Флейшман{184} к Винниченко, А.Шульгину и другим и выражал им сожаление по поводу того, что немцы совершили coup d'état[50], и симпатии австрийцев на стороне социалистического правительства, а с Грушевским, говорят, австрийцы ведут какие-то конспирации.

11 мая

Вчера я был у В.М.Леонтовича, который настроен теперь очень бодро. Опасность для украинской державы его не волнует, потому что его давний знакомый Лизогуб заверил его, что никакой русской ориентации быть не может, что весь кабинет твердо стоит на независимости Украины, и Леонтович абсолютно верит в искренность Лизогуба, потому что экономический интерес нашей буржуазии лежит не в объединении с Россией, а в отдельной независимой Украине. Правда, есть опасность, что Украина долго будет только территориально украинской, а национально будет общероссийской, потому что украинские партии отказались участвовать в кабинете, но Скоропадский и в этом смысле не теряет надежд и хвалится, что он быстрее, чем Винниченко и Голубович украинизирует Киев. Как быстро меняются в зависимости от обстоятельств и наши идеалы! Еще не так давно мы только мечтали о территориальной автономии Украины, как о далеком идеале. Мы мечтали о своем сейме, в котором будут господствовать общероссы В.Шульгин{185}, с одной стороны и В.Короленко{186}, с другой, а потом, со временем, по мере демократизации избирательного права украинская стихия должна была бы понемногу вытеснять русскую и в конце концов Украина воскресла бы. Теперь, после экспериментов социалистического украинского правительства вновь приходится все надежды возлагать на украинскую стихию, которая со временем из территориальной Украины сделает-таки национальную.

14 мая

Несколько дней назад в Киев приехал с секретарем Шмидтом{187} известный немецкий экономист, председатель немецко-украинского общества проф. Рорбах{188}, который давно уже проводит в немецкой прессе идею о необходимости в интересах Германии построить независимую украинскую державу. Они проводили отдельные совещания с эсерами, с эсдеками и эсефами, знакомились с мировоззрением и надеждами каждой партии, желая получить как можно больше информации об Украине. По рекомендации А.Ф.Скоропися они обратились и ко мне, а я их пригласил к себе на «понедельник», созвав людей всяких направлений, которые еще не виделись с ними на партийных совещаниях. Рорбах и Шмидт уверяли нас, что немецкое правительство не имеет никаких намерений снова восстанавливать «единую, неделимую», так как хорошо понимает, что для Германии в этом таится наибольшая опасность в будущем. Через 40 лет население «единой» достигло бы 300 миллионов, а Германии — только 80, так что Россия раздавила бы Германию, которая со своей территории не смогла бы уже прокормить свое население. Германии необходимо раздробить Россию и войти в тесные отношения с Украиной, тогда Германии не страшна коалиция Англии с Францией и Великороссией, потому что они не смогут так блокировать Германию, чтобы она не получала себе хлеба с Украины, самой плодородной страны бывшей России. На это мы заметили:

— Если так, то зачем же немцы передали власть на Украине людям, которые тянут к «единой»?

Рорбах это объясняет так. Эсеровское правительство со своей социализацией земли было совершенно невыносимо для немецкого правительства; его надо было убрать — и заменить несоциалистическим, но обязательно украинским. Немецкое командование, состоящее из фонов и баронов, завязало здесь в хорошие личные отношения с людьми своего класса — с русской аристократией, которая и выдвинула Скоропадского как украинского аристократа на Главу правительства, а он заверил немцев, что создаст самостийную украинскую державу, потому что сам все время мечтал об этом — он украинизировал корпус, которым командовал, стал затем во главе вольного казачества, которое организовалось на Киевщине и т.д. Немцы, видя до сих пор в Украине только социалистов, которые и в