Суженая из академии Рубенхолл (СИ) - Гусарова Александра

— Профессор, что случилось?

— Я, похоже, отравилась! — вздохнула женщина, которая полулежала в глубоком кресле возле письменного стола. — Рига вы не могли бы меня понюхать? Не хочется идти к целителям. Запрут на неделю и превратят в подопытного кролика.

С этими словами женщина недовольно поморщилась. А девушка обратила внимание на бисеринки пота над верхней губой и прилипшие на лоб волосы. Увиденное ей совсем не понравилось. Именно так выглядело действие некоторых ядов. Она без лишних слов подошла к профессору, взяла ее за руку и втянула воздух, надеясь применить свой дар и новые знания, полученный у Коффа.

Регина была готова услышать любой запах, но совсем не тот, который вошел в ее легкие. От Маринды пахло молоком и детской присыпкой.

Девушка постаралась спрятать улыбку и сказала:

— Простите, профессор, но это не отравление. Вы просто беременны.

— Как беременна? — испуганно округлила глаза женщина. — Я же не замужем!

— Чтобы заиметь ребенка, совершенно не обязательно иметь на руке венчальный браслет! — женщины дружно повернули головы в сторону говорившего.

— О, Шерд, Линдон, вы разве здесь? — Илга зарделась как красная девица. — Надеюсь, вы не скажете Мангнуссону об этом недоразумении?

Рига напряглась, услышав имя ректора академии. Он в ее воображении был почтенным старцем. Хотя, нужно отдать должное, выглядел лет на тридцать пять — сорок. И она никак не могла себе представить, что он и тира Маринда?..

— Нет, профессор. Об этом НЕДОРАЗУМЕНИИ, — мужчина выделил последнее слова голосом, — вы скажете ему сами. Вряд ли он обрадуется, услышав такие новости от меня.

— А вы думаете, если это скажу я, то принесу ему радость? — ти Маринда как-то по-бабьи всхлипнула и неожиданно залилась слезами.

Линдон поморщился. Он очень не любил женские слезы, не зная, что делать с плачущими дамами. Рига тоже растерялась. В другом случае она просто прикрикнула бы на рыдающую мадам, но когда такое щепетильное дело! А вдруг ребеночку чем-то навредит?

Неожиданно в классе раздался чей-то топот. И пока троица соображала, кто это может быть, на пороге лаборантской появился запыхавшийся терр Макинрид.

— Илга, радость моя, мне сказали, что с тобой плохо стало. Что случилось? — мужчина выглядел испуганным и взволнованным. Он быстро преодолел разделявшее их с ти Мариндой пространство, встал перед ней на одно колено и взял в руки ее безвольную ладонь, переплетая с женщиной пальцы.

— Профессор, по-моему, это ответ на ваш вопрос! — усмехнулся терр Раух. Затем перевел взгляд на Ригу:

— Ти Роуд, пойдемте. Думаю, терр ректор окажет преподавателю необходимую помощь.

Девушка согласно кивнула головой, и они вышли в коридор, прикрыв за собой двери.

— Странно это все как-то, — произнесла Регина, дернув плечом. — Они оба такие взрослые, солидные. И вдруг такой конфуз!

— Вы считаете зачатие ребенка конфузом? — брови мужчины удивленно взмыли вверх.

— Нет, что вы, — девушка нервно хихикнула. — Просто даже бы не подумала, что преподаватели академии могут потерять голову от страсти и допустить внеплановую беременность.

— Почему же сразу внеплановую? — пришла его очередь пожать плечами. — Они давно любят друг друга. Но оба не могли никак признаться в чувствах. Тут, видимо, ректор все-таки решил взять быка за рога. Если бы Илга сопротивлялась, он бы не стал на нее давить. Но, судя по результату, она против не была.

— А чего же тогда испугалась? — удивилась Регина. Они с Линдоном уже подошли к дверям в их комнаты. И девушка взялась за свою дверную ручку.

— Она же до академии была известной эмансипэ, которая со всех трибун кричала, что мужчины берут женщин в рабство, лишая в замужестве свободы, что дети должны воспитываться в общественных яслях, не лишая женщин свободы после родов. Говорят, что у нее в сундуке лежат три вдовьих чепца, как символ женской независимости, — с этими словами терр Раух неожиданно положил свою ладонь на ладонь Регины, не давая открыть девушке двери.

Ти Роуд сначала нервно дернулась, вспоминая свои собственные чепцы на дне сундука, а потом попыталась освободить руку. Но крепкие пальцы мужчины не дали ей это сделать.

— Рига, пойдемте завтра со мной на ярмарку? Покатаемся на каруселях, купим, как в детстве, золотых петушков и посмотрим выступление цирковых артистов, — невпопад и совершенно неожиданно предложил мужчина.

Внезапно девушка поняла, что с удовольствием бы сделала это. Только она пообещала воскресный день другому. И Ритберг не был ни в чем не виноват, чтобы вот так, одним словом рушить его планы.

— Простите, Линдон, — девушка назвала соседа по имени, стараясь смягчить свой отказ, — но мы уже договорились с терром Ритбергом. Не хотелось бы выглядеть обманщицей в его глазах.

— Но ведь тебе не понравилось с ним гулять? — глаза мужчины лукаво блеснули. И это совершенно не понравилось Регине. Какое право он имеет задавать такие вопросы и указывать, с кем стоит, а с кем не стоит проводить свой выходной день.

— Терр Раух, — голос неожиданно даже для нее самой прозвучал зло, — это уже не ваше дело, что мне нравится, а что нет.

Лицо мужчины тут же закаменело:

— Простите, тира, я, кажется, немного превысил лимит вашей симпатии, — с этими словами он выпустил ее ладонь, слегка поклонился и, громко хлопнув дверью, зашел в свои апартаменты.

Рига же внезапно почувствовала, что ей не хватает тепла его ладони. Девушка зябко поежилась и пошла к себе. Странно, она поймала себя на мысли, что расстроена вынужденным отказом. Она с удовольствием покаталась бы на каруселях, погрызла петушков и посмотрела на циркачей. Вместо этого ей предстояло бродить по магазинам спорттоваров с надеждой, что все-таки успеет завернуть и за тем, что нужно было ей самой.

Тьяны в комнате не было. Она, скорее всего, занималась гардеробом капризной сестрицы. Рига даже обрадовалась своему одиночеству. Будет время все осмыслить и разложить по полочкам. И еще подумать о том мужчине, чей перстень налился золотом во время их общего танца. Только почему он ее не ищет? Даже немного обидно. Говорят, маги горы свернут, чтобы найти ту единственную, которую вычислил родовой амулет. А ее, похоже, никто и не ищет…

А она, оказывается, не такая уж плохая невеста. Ее на ярмарку целых два мужчины пригласили. И оба хотели поцеловать. Вернее, один поцеловал, а второй хотел. Шерд, как же было все просто и понятно на войне, когда чувствам не было места? И еще эти навязчивые мысли о точно таком же даре и росте, как у Амалии ти Раух. Если Линдон окажется ей родственником, она не переживет.

Что? Девушка стукнула себя ладонью по лбу. О чем она только что подумала? Разведка никогда не дружила с контрразведчиками. Только война уже закончилась, и воинские должности и звания должны остаться в прошлом, позволяя торжествовать мирной жизни.

Глава 14

Выходной, как и предполагалось, прошел удовлетворительно. Не в смысле того, что девушка осталась полностью удовлетворенной во всех своих желаниях, а в смысле того, что тянул на крепкую троечку из пяти.

Как Рига и предполагала, магазины с канцелярскими товарами и женской одеждой перемешивались со специальным питанием для боевиков и оружейными лавками. Девушка оружие тоже любила и рассматривала с удовольствием. Только покупать ничего не собралась. Она же решила стать женщиной, а не лейтенантом разведки королевских войск. А вот в питании откровенно скучала. На шестой или седьмой магазин Теон терр Ритберг соизволил это заметить:

— Регина, ты, похоже, устала от магазинов? Домой пойдем?

— Я бы с удовольствием вернулась, но еще купила не все, что запланировано, — глубоко вздохнула девушка. — Мне нужна летняя обувь и чего-нибудь сладкое.

— Отлично, сейчас пойдем в «Богатырскую еду», там и сладкие белковые батончики есть, и прекрасные кроссовки для летнего бега, — обрадовался мужчина.

— Понятно, почему он до сих пор не женат, — рассмеялась Рига про себя. Но вслух, конечно, ничего такого не сказала, но попыталась объяснить: