Дважды в одну реку (СИ) - Екатерина Каверина

- Люда опять квохчет над Максимом. А ведь пора бы и ему повзрослеть, - тихо произнес Денис Петрович, подходя к Даше. – Иди оторви его от нее. Плакать и причитать будем дома.

Пока продолжался осмотр места происшествия и оформление необходимых бумаг, явился какой-то большой милицеский чин на Land Cruiser’е с мигалкой, а следом за ним группа сотрудников, как потом Даша узнала, областного МВД, которые быстро отправили местных милиционеров по домам, забрав у них недооформленные документы.

Денис Петрович долго о чем-то говорил с пожилым благородного вида мужчиной, который оказался заместителем руководителя МВД Ростовской области, потом они вместе подошли к Людмиле Львовне.

- Не волнуйся, Людочка, всё уладим, - пообещал ей милиционер, дружелюбно обнимая за плечи.

Максим пребывал в каком-то непонятном, пугавшем Дашу состоянии, он так и сидел на багажнике своего автомобиля, уставившись в одну точку, и не реагировал на то, что происходило вокруг. Девушка понимала – слова бессмысленны, гнев на самого себя, злость придут позже, а пока – полное непонимание того, что по его вине произошло.

Даша подошла к Максу почти вплотную, коснулась пальцами его лица, заставив парня посмотреть прямо на нее. В тонком шелковом платье, уместном на пафосном приеме, а отнюдь не посреди сельской дороги, было холодно и неуютно, голые колени касались обтянутых джинсовой тканью ног Максима и радиаторной решетки автомобиля: жар и холод столкнулись, холод победил. Даша вздрогнула, взгляд Макса перестал быть равнодушным, своей большой теплой рукой он коснулся покрытых мурашками дашиных плеч:

- Замерзла? Сейчас дам тебе свою куртку.

- Не надо, подожди, - остановила его Даша. – Я хочу, чтобы ты знал одно: ты ни в чем не виноват, - почти по слогам проговорила она. – Ни для меня, ни для твоих родителей. А что думают остальные, неважно.

- Даша, я так не могу, - хрипло произнес Максим, продолжая гладить ее голые плечи. – Я же знаю, что виноват. И всегда буду знать. И, наверное, я должен быть за это наказан.

- Ты не будешь за это наказан. Родители не позволят. И, если бы у меня были какие-то возможности, я бы тоже этого не позволила, - горячо проговорила Даша.

- Но ведь это как-то неправильно, - попытался возразить Максим.

- Если ты будешь сидеть в тюрьме, то в этом тоже нет ничего правильного. Этому парню ничем не поможешь, а тебе можно помочь, - настаивала Даша.

- Ох, Даша, - вздохнул Максим и прижал ее ладошку к своей немного шершавой щеке.

Что бы он без нее делал? - подумал Максим. – Он обижал девушку, а та по первому зову летела к нему: верная, нежная, умная Даша.

- Знаешь, я не думал, что Дашка приедет, - проговорил отец Максима, прикуривая одну сигарету от другой.

- Денис, брось курить. Это уже пятая за вечер, - Людмила Львовна попыталась забрать у него пачку, но он не дал. – А я знала, что она приедет, она любит Макса. Я помню себя в 22, я бы поехала за тобой, куда бы ты ни позвал. Да вот только ты не звал, - еле слышно закончила она.

Даша никогда и представить себе не могла, что смерть человека может уложиться в совсем небольшое количество стандартных фраз и действий:

- Тело – в морг.

- Виновника – в наркодиспансер на проверку алкоголя, потом – в отделение на допрос.

Вот и всё. Скорая помощь уехала, уже без проблесковых маячков – спешить было не к кому. Audi Макса погрузили на эвакуатор – теперь это было вещественное доказательство. Людмила Львовна уехала с милицейским генералом. За руль дашиной машины сел один сотрудников службы безопасности Звенигородцева, сама Даша с Максимом расположились на заднем сиденье автомобиля Дениса Петровича. Впереди сидел адвокат, инструктировавший Макса о том, что и как ему следует говорить на первом допросе.

- Запомни, скорость машины была 55 км в час, парень выскочил из подлеска прямо перед твоим капотом, ты тормозил, но было слишком поздно.

- Но ведь я ехал 120, - начал было Максим.

- Я повторяю: ты ехал со скоростью 55 км в час, - теряя терпение, возразил адвокат. – Трассологическая экспертиза это подтвердит. Он выскочил прямо перед тобой.

- Но это как-то… это просто не так, - стоял на своем Макс.

- Максим, ты видел какие это люди? – устало проговорил Денис Петрович. – Ты видел его отца, - Макс кивнул и потер ладонью скулу, на которой расплывался огромный синяк. – Так вот, уверен, сын не лучше, - продолжил Звенигородцев-старший. – Это, конечно, не значит, что ничего не произошло. Но о последствиях мы будем думать позже. Денег их семье дадим.

- Максим, у тебя есть какие-нибудь травмы? – встрял в разговор адвокат.

- Да нет, вроде, - ответил парень, - Голова болит немного от удара о подушку, но ничего страшного.

- Поедем в больницу, сделаем освидетельствование, хорошо бы было сотрясение мозга, тогда ты у нас еще и окажешься пострадавшей стороной, - цинично усмехнулся юрист.

Даша держала Максима за руку и чувствовала, как он напряжен, она понимала – парень готов взорваться в любую минуту. Происходящее казалось Максиму слишком циничным и жестоким, он сам сбил человека, и не отрицал свою вину, а все вокруг видели перед собой одну цель – обелить его во что бы то ни стало. Но Даша понимала и другое – Максу пора избавиться от идеализма, пусть и таким жестоким путем.

- Макс, не говори сейчас ничего, - прошептала Даша, придвинувшись к нему еще ближе. – Дома обо всем поговорим. Давай сейчас делать так, как нужно.

Максим немного помолчал:

- Даша, а почему ты приехала ко мне, остаешься со мной? – вдруг спросил он.

- Я не могу иначе, - просто ответила девушка. – Ты бы ведь тоже приехал ко мне.

- Ты бы не оказалась в такой дурацкой ситуации, - возразил Макс.

- Кто знает? – задумчиво ответила Даша.

Глава 8

Небо на востоке окрасилось в розовый цвет, в воздухе витали ароматы свежескошенной травы, веяло свежестью и радостью жизни, жаль только, что это было лишь иллюзией. В какой-то момент Даше показалось, что для нее вся радость осталась в прошлом, но за жестокой суетой последних часов это ощущение отступило, а потом и вовсе исчезло: Макс был рядом с ней, его родители делали все возможное, чтобы сгладить последствия ночного инцидента, девушка предпочитала называть происшедшее именно так. Она была уверена, пусть и не сразу, но все будет хорошо, иначе просто не может быть. Удручало состояние Макса, он винил в происшедшем себя, может, и заслуженно, но ей так не хотелось, чтобы парень переживал, а он, не будь рядом родителей, на полном серьезе готов был принять всю ответственность на себя.