Звездный час Монреаля. Олимпийские репортажи 1976 - Дмитрий Федорович Мамлеев

с мест, когда, перепрыгивая вместе со шведом этот последний барьер, нога в ногу, Баумгартль зацепился и упал.

Тотчас барьер преодолел польский спортсмен Б. Малиновский. Он чуть не споткнулся, едва перескочив через Баумгартля. Спортсмен ГДР быстро поднялся, даже оглянулся назад, и стал наверстывать упущенное. Еще несколько секунд назад он мог рассчитывать на золотую медаль. Теперь первое место от него ушло, но он выложился до конца и все же стал третьим на этой трудной дистанции.

...Олимпийские игры всегда сопровождала статистика. Подсчитано, сколько зрителей побывало на трибунах. Оказывается, за первые девять дней Игры посетило 1 876 432 человека. Самым «урожайным» на зрителей был воскресный день, когда на соревнованиях присутствовало 426 тысяч человек. Но так как достать билеты на трибуны стадиона и других спортивных арен многие не смогли, то большинство монреальцев «болели» у телевизоров.

Монреальцы — народ общительный. Мы обратились к нескольким из них и поинтересовались, нравится ли им быть жителями города, пригласившего Олимпиаду, что было, по их мнению, самое интересное на Играх и не собираются ли они посетить Москву в 1980 году, когда туда придет Олимпиада.

— Канадцы так и не получили пока золотой медали,— сказал нам хозяин магазина «Байуэлл».— А что вы хотите? Мы ведь знаем только хоккей и бейсбол. Что касается таких стариков, как я, то мы, признаюсь, отучились ходить пешком, привязаны к автомашине, как лошадь к торбе. Где там рекорды! У меня нет времени ходить на стадион, но я видел русских пс телевидению. Отличные ребята, а гимнаст Николай просто великолепен. Ну, а в Москву? Надо еще дожить до этою...

Садовник Джон Винчелли ехал с нами в вагоне метро на олимпийский стадион.

— Сегодня вот выбрался на Игры. Что я о них думаю? Дороговато все это стоит, а стало быть, возрастут налоги. Это не очень приятно, но сами спортивные состязания прекрасны. Больше всех мне понравились гимнастки — Надя Команечи, ваша юная Нелли и красавица Турищева. А богатырь? Какой русский богатырь этот Василио Алексеев. Я — маленький человек, и не могу мечтать поехать в Москву. Но посмотреть все это снова — о, дольче вита! Я этого страстно хочу...

При входе в главный пресс-центр какой-то мужчина остановил журналистов, широко улыбался, выкрикивая: «Данке шон!», пришлепывал на их сумки какую-то эмблему.

— Здесь все колоссаль,— сказал он и тут же представился.— Я — Ландвере из Дюссельдорфа... Здесь, в Монреале, великолепны и стадион, и велодром. Но, думаю, что мы, в ФРГ, построили бы все это дешевле. Я бывал на пяти Олимпиадах. Уверен, что в Москве все будет организовано зер гут. Я, конечно, приеду к вам, но сначала всех вас приглашаю в Дюссельдорф в 1977 году. Вот эта эмблема, которую я прикрепил на вашу сумку, это эмблема дюссельдорфского Кубка мира по легкой атлетике. Минуточку, господа, я хотел бы вам принести еще и плакаты нашего кубка. Вам некогда? До встречи в Дюссельдорфе! А потом — в Москве!

В перерыве между соревнованиями на олимпийском стадионе мы подошли к одному из полицейских, которых здесь было великое множество. Подтянутый мужчина с тонкими усиками, он заинтересовался, кто у него хочет взять интервью. Посмотрев наши удостоверения, протер полицейскую бляху, показал номер.

— Норман Сенекал,— представился он.— В монреальской полиции служу четырнадцать лет. Тут, на стадионе, все здорово — футбол, легкая атлетика, буквально все. Только многого я не видел: я ведь, как вам сказать, из наружной охраны. Пришел сюда на минуточку, чтобы поглядеть на бегунов. А вот Алексеев — это чудо-богатырь! Сколько он весит? Что вы говорите? 156 килограммов. Хи-хо! Исключительно! Вот отстою на посту и помчусь домой, к телевизору.

Близился финиш Олимпийских игр. Скоро должны были покинуть олимпийскую деревню спортсмены многих стран. Скоро и наши олимпийцы должны были отправиться домой, и страна будет встречать героев, имена которых она запомнила в те дни. Думалось, что запомнит их и Монреаль, потому что славу Играм дают те, кто свергает рекорды и указывает другим путь к новым высотам, к новым достижениям на спортивных аренах.

Дыхание финиша

Где-то близ Монреаля есть музей паровозов. Жаль, что побывать в музее нам не довелось. Увы, для этого не хватило времени. Но мы легко могли представить себе тамошнее собрание столь уважаемых и представительных экспонатов. Не какие-нибудь брички, кареты и даже не автомобили, а солидные паровозы-тяжеловесы, могучие гиганты рельсовых магистралей. Есть среди них подаренный когда-то Англией паровоз-чемпион, который на заре машиноиндустриального взлета установил мировой рекорд скорости.

Давно уже никто не встречает эти поезда на полустанках. Они навечно застряли на музейных путях. Но, как все сущее и материальное на земле, они хранят память о былом, о скоростях своей эпохи.

Скорости с той поры резко возросли, не только скорости машин, но и скорости спортсменов. Давным-давно побиты прежние рекорды. Но ведь каждый новый возникает на плечах предыдущего.

Бывают, конечно, рекорды, которым суждено еще долго стоять на пьедестале и ждать часа своего ниспровержения. Таким остается, например, рекорд Боба Бимона, «пролетевшего» в высокогорном Мехико над ямой для прыжков 890 сантиметров. Спустя восемь лет на монреальском стадионе золотой медалист американец Арни Робинсон добился победы с весьма скромным результатом— всего в 835 сантиметров. Более полуметра надо бы «долетать» спортсменам до прежней рекордной Черты!

Правда, рекордов, подобных «полету» Бимона, не так-то и много. Но даже секунда и сотая доля секунды, отвоеванные от рекорда мюнхенской Олимпиады или от рекорда мира, установленного совсем недавно, даются с большим трудом. Так высоки скорости и достижения современного спорта!

И все же рекорды один за другим покорялись спортсменам и рушились у подножия восторженных трибун олимпийского стадиона. Стадион, только обновивший свои легкоатлетические доспехи, уже стал свидетелем сокрушительных рекордов.

Финальный забег на 400 метров. На старт вызываются Кристина Бремер и Эллен Штрайдт из ГДР, «трио» из США — Розалин Брайант, Шелия Ингрэм и Дебра Сапентер, финские спортсменки Пиро Хаггман и Риита Салин. На первой дорожке под номером 277 стартует Ирена Шевиньска.

Польская бегунья уже более десяти лет прочно входит в группу лидеров мировой легкой атлетики. Она не впервые выступает на Олимпийских играх. На Олимпиаде в