Двойня для босса. Стерильные чувства (СИ) - Лесневская Вероника

— Да, — киваю лихорадочно и подскакиваю со стула. — Да, конечно. Спасибо, — улыбаюсь искренне, и, кажется, лицо Стаса смягчается, буквально на мгновение. А потом вновь покрывается льдом.

Сдержанно, легкой походкой покидаю кабинет. И только в коридоре позволяю себе расслабиться.

Но в толпе глазеющих на меня кандидатов вновь тушуюсь. Случайно цепляюсь взором за ту самую женщину, что запугивала меня Загорским, а сама надеялась на повышение. Вижу рядом с ней представительного мужчину лет шестидесяти. Его от природы светлые волосы припорошены сединой, а голубые глаза обрамлены россыпью морщин. Кого-то он мне напоминает, однако не могу вспомнить, кого.

Невольно замечаю, как мужчина проводит ладонью по плечу не слишком молоденькой, но весьма эффектной сотрудницы. Шепчет ей что-то.

— Антон Игнатьевич, — хихикает та, — спасибо.

Заставляю себя отвернуться.

Врагов выходит следом за мной, тихо бросает мне короткое «поздравляю», а потом строго объявляет об окончании собеседования. Благодарит всех присутствующих и убедительно прощается, намекая им, чтобы быстрее расходились.

Кандидаты недовольно бубнят, стреляют в меня уничтожающими взглядами и нехотя собираются.

Но не все в этом душном помещении покорно соглашаются с решением Стаса. В мгновение ока рядом с нами оказывается Антон Игнатьевич, тот самый «представительный мужчина», не умеющий держать руки при себе.

— Какого черта? — рявкает он на Алекса. — А Ирочка? Кхм… — косится в мою сторону. — Ирина Леонидовна?

— Ничего не знаю, пап, — со смешком произносит Врагов, и создается впечатление, что его забавляет сложившаяся ситуация. — Мне в свой филиал еще успеть надо. Сам с зятем разбирайся.

С зятем? Так этот мужчина — отец Миланы? Жены Стаса?

Впрочем, закономерно, что у них семейный бизнес.

Убеждаюсь в своей правоте, когда Антон Игнатьевич без стука влетает в кабинет Стаса. Морщусь от чересчур громкого хлопка дверью.

— Подвезти? — приторно-сладко предлагает мне Алекс, брат Миланы, если я правильно поняла их родственные связи.

Вот его мне только не хватало для полного счастья!

Отрицательно качаю головой и молча сбегаю из офиса.

***

Дома оказываюсь к вечеру. Все-таки далековато квартира Лили от компании Загорского находится. С первой же зарплаты сниму другое жилье, чтобы легче было добираться. На работу. Смакую это словосочетание, повторяю его про себя. Не верится, что у меня получилось!

Стоит захлопнуть дверь, как мне навстречу выбегает Лиля. Взволнованная и уставшая.

— Двойняшек из детсада забрала вовремя, ужин в них впихнула, прости, но по-другому не скажешь, — закатывает глаза. — Сидят там, мультики смотрят. Да-да, я в курсе, что это не педагогично. В свое оправдание могу сказать, что они развивающие, — поднимает палец вверх.

— Спасибо, Лиль, — обессиленно облокачиваюсь об косяк двери. — Не знаю, как бы справилась без тебя.

Выдыхаю протяжно, перематывая в голове события сегодняшнего дня. Будто и не со мной все происходило.

— Отказал, да? — подруга упирает руки в бока, по-своему трактуя мое молчание. — Ой, все, что ни делается, — к лучшему, — хмыкает она. — Не зря я бутылку «успокоительного» в холодильник поставила. Вот и пригодится!

— Ты права, пригодится, — широко улыбаюсь, окончательно дезориентируя подругу. — Отмечать будем, — подмигиваю ей, — мою новую должность.

Глава 6

Алиса

Я никогда не верила в закон подлости. Но минувшая ночь наглядно продемонстрировала мне его действие…

К своему первому рабочему дню я начала готовиться с вечера. Нервничала безумно. Наверное, раз десять перепроверила будильник. Разложила одежду, чтобы быстрее собраться утром, ведь вставать предстояло в самую рань. До восьми мне нужно было еще успеть отвезти двойняшек в детсад. На общественном транспорте. И только после этого отправиться в компанию. Квест не из легких.

С трудом, но мне все же удалось вовремя уложить моих малышей спать. И с чувством выполненного долга отправиться с Лилей на кухню. Вопреки ее уговорам, я практически не пила, а всего лишь поддерживала компанию. Понимала, что с больной головой на работе у Загорского мне делать нечего.

С подругой мы общались недолго. Я вкратце пересказала ей, как прошло собеседование. Но умолчала об Ирине Леонидовне, не желая разносить сплетни, и уж тем более скрыла правду о наших прошлых отношениях со Стасом.

Лиля догадалась, что я скрываю нечто важное, однако не давила. Махнула рукой и отпустила меня спать.

Казалось бы, все шло идеально. Ровно до тех пор, пока моя голова не коснулась подушки, а разум не начал погружаться в обволакивающие сети Морфея.

Из уютных лап сна меня резко выдернуло хныкание Вити. Не громкое, но жалобное. Через несколько минут раздался тонкий голосок Вики. Она не кричала, отнюдь. На ломаном детском выдавала фразы из какого-то мультика. Видимо, подсознательно брата поддержать решила или утешить.

Однако мне от их «командной работы» легче не становилось. Стараясь не будить Лилю, что отдыхала в смежной комнате, я пыталась успокоить Витю. И выяснить причину его капризов. Так как двойняшки мало разговаривали, а в расстроенных чувствах и вовсе объяснить ничего не могли, то миссия оказалась практически невыполнима.

Не придумав ничего лучше, я действовала путем исключения. Предложила Вите попить, поесть, помассировала животик. И все мимо. Я готова была отчаяться, пока малыш не показал пальчиком на свой ротик, а потом принялся яростно чесать щеку.

Мысленно ударила себя ладонью по лбу: и как я раньше не догадалась! Уговорами, сказками и мультиками «подкупила» Витю, чтобы он позволил заглянуть в его рот. Воспаленные десны в самой глубине подтвердили мое предположение: у малыша начали пробиваться очередные зубки, из последних молочных. Вездесущий интернет сообщил, что это нижние моляры. И если у большинства детей их прорезывание проходит без особых «потрясений», то Витя в очередной раз страдает. Так же он мучился буквально с каждым новым зубом.

«Чувствительный, как все мужчины», — усмехнулась я про себя и ринулась за аптечкой.

Дальше по отработанной схеме: жаропонижающее, болеутоляющее, полоскание. И вот уже Витя улыбается и сонно зевает. Успокоилась и Вика, умолкла и закуталась в одеяло.

Я дождалась, пока оба улягутся спать, а сама долго не могла сомкнуть глаз. Переживала. И за детей, и за предстоящий рабочий день.

В итоге, «доброе» утро встретила с мешками под глазами и полностью разбитая.

Суматошные сборы, жуткий общественный транспорт, детский сад, очередная поездка в «душегубке на колесах» — и я, наконец, оказываюсь перед стеклянными дверями компании. Влетаю внутрь, мелко перебирая каблучками по мраморному полу. За последние годы я отвыкла от туфлей, отдав предпочтение кедам и лоферам: в них за двойняшками по детской площадке бегать удобнее. А еще джинсам вместо сковывающей движения юбки, что облегает бедра.

Но отныне я обязана соблюдать дресс-код. Соответствовать должности. И… своему идеальному боссу. Достаточно того, что после бессонной ночи я успела лишь стянуть волосы в высокий хвост, пожертвовав более сложной прической, слегка подчеркнуть тушью пушистые ресницы и обвести контур губ помадой не вызывающего персикового цвета. На тоналку времени не хватило, так что скрыть веснушки не удалось, что крайне меня смущало. С детства их терпеть не могу.

Останавливаюсь посередине холла, давая себе пару секунд, чтобы отдышаться. Бросаю взгляд на изящные наручные часы, которые купила практически сразу после развода с Глебом, навсегда забыв о дурацких фитнес-браслетах.

Касаюсь пальцами циферблата: без пяти восемь.

Успеваю. Почти.

И все же не хочу рисковать. Срываюсь с места и бегу к закрывающемуся лифту.

— Подождите, — слабо шепчу, запыхавшись.

Не надеюсь на удачу: вряд меня услышали. Но в стремительно сужающемся зазоре вдруг появляется мощная мужская рука, заставляя створки раздвинуться.