Тайна старой газеты - Наталья Николаевна Александрова

Ландскнехты, которые тоже загляделись на драку, бросились на помощь своему предводителю, но им мешали толпящиеся вокруг многочисленные зеваки. И никто из них не заметил, как из задней двери дома алхимика вышел неприметный человек, до самых глаз закутанный в черный дорожный плащ. Следом за ним поспешал дюжий слуга с небольшим окованным сундучком…

Охранники вышли, и Лиля огляделась. В комнате, куда ее привели, была только одна дверь, но она оказалась заперта.

«В какую же историю ты влипла, и чем это для тебя закончится?» – спросила Путова саму себя.

Судя по интонации охранника, ничего хорошего ее не ожидало…

Лиля решила, что дорого продаст свою жизнь, и стала судорожно вспоминать приемы самбо, дзюдо и кун-фу, которые когда-то изучала с тренером.

В эту минуту дверь открылась, и в комнату вошел высокий мужчина в образе леопарда – тот самый, который дал ей маску поросенка.

Лиля встала в боевую стойку, но мужчина насмешливо проговорил:

– Не дури! Пойдем отсюда, пока не поздно. Я тебя выведу.

– А ты вообще кто? – спросила Путова.

– Вот только этого не надо! – отмахнулся Леопард и, взяв Лилю за руку, вывел из комнаты.

Несколько минут они шли по полутемному коридору, как вдруг Леопард остановился и провел по стене рукой, и в ней открылся довольно узкий проход.

– Давай туда! – скомандовал мужчина.

Лиля заколебалась, и он прикрикнул:

– Давай, тебе говорят! Не тяни время! Мне что, уговаривать тебя придется?

Путова вздохнула и шагнула вперед, проход за ее спиной закрылся. Сделав еще один шаг и обо что-то споткнувшись, она включила телефон, посветила перед собой и увидела узкую железную лесенку. Выбирать не приходилось, и Лиля стала подниматься по ней, только сейчас осознав, что никакого платья на ней больше нет и одета она в обычные джинсы и куртку. Что ж, так гораздо удобнее.

Через несколько минут лесенка закончилась, и Путова оказалась перед железной дверью, закрытой на обычную задвижку. Отодвинув запор и толкнув дверь, Лиля вышла на улицу. Это была не Большая Монетная, на которой началось ее приключение, но такая же тихая, малолюдная улица старого центра.

Лиля двинулась вперед, перебирая в памяти события минувшего дня.

Навстречу ей попалась женщина с мальчиком лет шести. Увидев Путову, мальчуган удивленно уставился на нее и что-то зашептал матери. Та также тихо ответила, неодобрительно взглянула на Лилю и прибавила шаг.

Только теперь Лиля сообразила, что ее лицо до сих пор скрывает маска поросенка. Поспешно сняв, она хотела выбросить ее в мусорку, но потом передумала, решив, что маска может быть уликой…

В это время зазвонил телефон. Путова взглянула на дисплей – шеф, главный редактор газеты. Едва она ответила, как тот рявкнул:

– Путова! Ты где шляешься? Где тебя носит в рабочее время?

– Материал ищу! – ответила Лиля тоже на повышенных тонах. – И нечего на меня орать!

– Никто и не орет, – ответил шеф и действительно сбавил тон. – Срочно поезжай в Колокольный переулок. Там в доме номер пять библиотека горит. Посмотри, как и что, и чтобы к шести часам была заметка на полторы тысячи знаков!

Лиля хотела возмутиться, но шеф уже отключился.

– Ну, в своем репертуаре! – раздраженно процедила Лиля. – К шести часам – и полторы тысячи знаков! За кого он меня принимает? За принтер?

Тем не менее ехать было нужно.

Путова вышла на Большую Монетную, нашла свою машину и поехала к Владимирскому собору, недалеко от которого располагался Колокольный переулок.

Еще издали она увидела пожарную машину и толпящихся возле здания зевак. Огня или дыма не наблюдалось, но тротуар был залит водой. Должно быть, пожар уже потушили.

Припарковав машину в квартале от дома номер пять, Лиля направилась в сторону библиотеки, и когда была уже совсем близко, прямо перед ней распахнулось окно первого этажа, из которого довольно ловко выбралась женщина средних лет, показавшаяся Лиле знакомой.

Лицо и одежда этой женщины были покрыты белой пеной вроде пенки для бритья, поэтому узнать ее было трудно. Путова посторонилась, и женщина, кое-как отряхнувшись, направилась прочь по переулку.

Путова проводила ее взглядом и на этот раз, со спины, узнала. Это была та самая женщина, которая приходила в «историческую» аптеку в поисках какого-то Теодора. Та самая женщина, за которой Лиля следила, прячась за витриной со средневековыми колбами и ретортами, и которая невольно показала Лиле, как открыть дверь в потайную готическую комнату.

– Быстро же она сюда добралась… – пробормотала Лиля и двинулась к библиотеке, но тут на нее буквально налетела какая-то растрепанная, запыхавшаяся особа. – Смотреть надо, куда идешь! – недовольно проворчала Путова, отступая в сторону, и в ту же секунду узнала налетевшую на нее особу.

Это была госпожа Лебедева собственной персоной.

– Надежда Николаевна, какая встреча!

Надежда остановилась, удивленно взглянула на Лилю и проговорила фальшивым голосом:

– Лилечка, как я рада тебя видеть! Ты как здесь оказалась?

– Я-то известно как, – ответила Путова строго. – По заданию редакции освещаю пожар в библиотеке. А вот вы что здесь делаете? – Тут она принюхалась к Надежде и ехидным тоном произнесла: – Что-то от вас горелым пахнет… и не говорите мне, что вы были за городом на шашлыках! Наверняка вы каким-то боком причастны к пожару в библиотеке!

Надежда Николаевна молчала, и Лиля усилила натиск:

– Колитесь! Вы меня знаете, я просто так от вас не отстану!

– Ох, не отстанешь! – вздохнула Надежда. – Но я почти ничего не могу рассказать…

– Это еще почему?

– Потому что… – начала Надежда Николаевна, но тут увидела открытое окно первого этажа. – Так вот где она выбралась!

– Точно, я только что видела женщину, которая вылезла через это окно. И это та самая женщина, которая… – Лиля прикусила язык.

– Ну-ка, ну-ка, что ты хотела сказать? Где еще ты видела эту женщину?

Лиля молчала, и Надежда Николаевна проговорила другим тоном:

– А давай мы с тобой, как в былые времена, поделимся информацией. Я расскажу то, что знаю, и ты мне тоже… потому что чует мое сердце – ты знаешь куда больше, чем говоришь.

– Допустим, кое-что знаю…

– Ну так давай обменяемся информацией! Только не здесь, не на улице же… вон там какое-то кафе.

Путова почувствовала, что ужасно хочет есть. Впрочем, это было вполне естественное ее состояние – аппетит у нее был не просто хороший, а прямо-таки волчий, а сегодня, после пережитых приключений, он еще и удвоился.

Надежда словно прочитала ее мысли и добавила:

– Я угощаю!

– Ну ладно, что с вами сделаешь, – притворно вздохнула журналистка. – Так и быть, перекусим, а заодно и