Магия, хаос и убийство - Тесса Брайант

— Так ты знал о сверхъестественном мире, хотя ты человек. — Хоуп продолжала, явно собирая кусочки воедино быстрее, чем Мэллори.

— Снова правильно. — Гэри кивнул. — Я встретил Мэри, когда мне было двадцать лет. Она выглядела точно так же, как и сейчас, и, думаю, по моему внешнему виду можно сказать, что мои двадцать лет были очень давно.

— Значит, вы старели, а она нет? Вот как вы это поняли?

— Нет. На самом деле, за эти годы она достаточно изменила свою внешность, чтобы стареть вместе со мной. Мы полюбили друг друга, поженились и пытались завести детей. Она сказала мне, что была у врача и не сможет забеременеть. Это было другое время. Я не задавал вопросов. Я любил ее, и мы все равно строили совместную жизнь, хотя я и хотел иметь собственную семью.

Хоуп взглянула на Мэллори и, видимо, увидела ее замешательство, потому что заговорила: — У оборотней нет репродуктивных органов. Это одно из многих отличий их естественной анатомии от человеческой. Большинство исследований утверждает, что это побочный эффект их способности манипулировать собой и своим полом, но трудно сказать, поскольку их истинные формы проявляются редко.

— Оборотни. — Мэллори произнесла эти слова вслух, с трудом веря в то, что здесь не притаилась скрытая камера, которая только и ждет, чтобы застать ее врасплох и крикнуть «Попалась». — Существуют оборотни, которые могут выглядеть как угодно?

— Да. — Хоуп кивнула. — Но они редки. Очень редки. Я видела только одного.

— Или они хотят, чтобы вы так думали. — Мэллори изумленно покачала головой и заметила, что Гэри улыбается ей. — Что?

— Ничего. Извини. Я тоже так отреагировал, когда узнал правду. — Он пожал плечами. — В общем, если говорить коротко, то Мэри в конце концов устала от нашей совместной жизни. Ей захотелось чего-то другого, чего-то большего, чем быть женщиной средних лет, живущей в пригороде с мужем-учителем и его нищенской зарплатой.

— То есть она просто ушла от тебя? — Мэллори нахмурилась.

— Нет. Когда-то она любила меня, по крайней мере, настолько, чтобы сказать мне правду. Она показала мне, что она собой представляет, и мы поговорили об этом. Мы пробовали переезжать, чтобы она могла незаметно менять свою внешность, но через некоторое время это стало для нее слишком тяжело. Она не хотела оставаться со старым человеком, поэтому придумала план, как исчезнуть и заново создать себя. Она и так делала это каждые пару лет, поэтому знала, как сделать это правдоподобно. Мы попрощались и разошлись в разные стороны.

— Но вы до сих пор поддерживаете связь? — спросила Хоуп.

— Она звонит каждый год на годовщину нашей свадьбы и на мой день рождения, чтобы поздороваться и наверстать упущенное. Я думаю, ей нравится, что есть кто-то, кто знает правду о ней, даже если она знает, что в один прекрасный день меня уже не будет рядом, чтобы ответить.

Мэллори задумалась об этом, о том, что должно было произойти, чтобы этот человек смирился с тем, что женщина, которую он любил, солгала ему. Он узнал, что она даже не человек, и остался с ней. Она инсценировала свою смерть и бросила его, а он все равно брал трубку, когда она звонила, потому что знал, что ей нужна эта связь с прошлым. Она впитывала все, что он ей рассказывал, его открытость и честность, и понимала, что ее версия о том, что именно этот человек убил Нану, была такой же нелепой, как и то, что говорила Хоуп.

И это хорошо, сказала она себе.

Хорошо, что мужчина, с которым у Наны были отношения, не отвернулся от нее. Хорошо, что он так сильно любил ее. Хорошо, что Нана знала такую удивительную, искреннюю любовь до того, как у нее так жестоко отняли жизнь.

Но это также означало, что Мэллори вернулась к исходной точке, имея только одного подозреваемого.

Кейл Абернати, у которого было неопровержимое алиби и к которому она не могла приблизиться, поскольку Люк предупредил ее, чтобы она не лезла в его дело.

— Мэл?

— Прости, что? — Она поняла, что Хоуп позвала ее по имени.

— Я спросила, закончила ли ты допрашивать Гэри. — Хоуп выглядела слишком довольной собой, но Мэллори все равно кивнула.

— Мне жаль, Гэри. Я не должна была так допрашивать тебя о твоем прошлом и…

— Нет. Нет. — Он отмахнулся от ее извинений: — Я рад, что ты вернулась в Темпест и что ты хочешь выяснить, кто забрал у нас твою бабушку. Надеюсь, ты найдешь его, Мэллори, а когда найдешь, я хотел бы побыть с ним наедине в темном переулке.

— С кем это мы встречаемся в темном переулке? — Руби появилась из толпы с тремя бокалами в руках, и Мэллори рассмеялась над тем, как безупречно подруга рассчитала время.

— Тот, кто обидел Нану. — Она взяла один из бокалов, предложенных Руби, и озорно улыбнулась. — Потому что это был не Гэри.

— Черт. Значит ли это, что мы закончили? — Руби хмыкнула, но игриво подтолкнула старика: — Приятно слышать, что тебя оправдали.

— Спасибо. — Он добродушно усмехнулся: — Знаете, девочки, вы действительно были ярким пятном в моей ночи. Почему бы вам не придвинуть стулья и не насладиться напитками, пока я буду рассказывать вам свои лучшие истории о том, как я провел время с вашей бабушкой?

Хоуп посмотрела на Мэллори: — Что скажешь?

— Конечно. — Она кивнула. — Мне бы очень этого хотелось.

Глава 11

Мэллори не могла точно сказать, сколько времени прошло, но, судя по пустым стаканам на столе, она поняла, что уже поздно. После ее допроса они немного посидели с Гэри, и она обнаружила, что расслабилась настолько, что смеялась, когда он рассказывал истории о своих самых диких похождениях с Наной. Может быть, дело было в сладких напитках с лимонным вкусом, которые Руби приносила ей, вливая их в кровь, но обида, копившаяся в ней с тех пор, как она узнала о проклятом заклинании Наны, начала улетучиваться. Теперь все вокруг было теплым и немного размытым по краям — ровно настолько, чтобы чувствовать себя лучше, но не настолько, чтобы игнорировать голос в глубине души, который говорил ей, что если она выпьет еще, то завтра у нее будет похмелье.

В баре становилось все шумнее и шумнее, и Гэри попрощался с ней, казалось, уже несколько часов назад. Хоуп пошла с ним, пообещав друзьям, что проводит его до дома. Когда Мэллори сказала, что хочет остаться с Руби еще на некоторое время, сестра дала ей ключ и сказала, что приготовит