Ареал. Вычеркнутые из жизни - Сергей Тармашев

— Покупатели попались впечатлительные, — поморщился Медведь. — Сменишься, сам расскажет. Кварц считает, что это наши таинственные доброжелатели отметились.

— Вот как, — боец машинально скользнул взглядом по виднеющимся вдали обломкам внешнего периметра и поправил «Филина» в затылочном кармашке раскрытой шлем-сферы. — Значит, ждём гостей. И скоро? Может, поставить ещё мин?

— До Выброса всё равно никто не придёт, — майор проводил поворотом перископа чешуйчатого волка, осторожно пробирающегося по пустому с виду участку красной земли между руинами. Зверь петлял, обходя невидимые аномалии, и его четырёхсуставчатые лапы, оканчивающиеся тремя заскорузлыми когтистыми манипуляторами, оставляли в почве следы, словно от трезубца. — После подумаем. Завтра наши идут в Сателлит, посмотрим, что смогут узнать.

УИПы обоих бойцов одновременно издали негромкий писк, и Шорох, бросив взгляд на показания датчиков, пояснил:

— Токсик возвращается. Его время, точно по графику идёт. В ближайшие восемнадцать минут со стороны забора к нам никто не попадёт. — Он достал из-под лавки бинокль и посмотрел на север. — Скоро стемнеет. Самое время для сталкеров, и Паутину видно, и Зомби домой потянутся. Может, мне остаться на ночную смену?

— Сменяйся по графику, — Медведь отстранился от перископа, — не время ещё. Только сигнальные мины проверь, на всякий случай. Справишься или Водяного позвать?

— Сам справлюсь, — ответил Шорох. — С УИПом можно и одному. Жаль, осколков у нас мало.

— Это верно, — вздохнул майор, поднимаясь. — Пойду в лазарет, забирать на ужин второго гения. Ты проследи, чтобы наш эйнштейн через полчаса оставил в покое свой чудо-аппарат. Забудет ещё поесть, как обычно.

Шорох кивнул и вновь приник к перископу, разглядывая руины Городка РАО. Сталкеры сюда заходили нечасто, плотность аномалий среди развалин сектора Службы Безопасности слишком велика, и люди предпочитали пересекать бывшее некогда Поясом пространство через западные или восточные сектора. Но вечерние и утренние часы наиболее безопасны для нахождения в Жёлтой, и ослаблять внимание не стоило. Медведь ещё раз бросил взгляд на УИПовский хронометр, погрозил Степанову огромным кулаком, мол, чтобы без опозданий, и спустился внутрь базы.

Сюда, в бывший склад НЗ, в подвальном этаже которого начальник АХО Прокопенко выделил Степанову и Николаевой помещение под лабораторию, Медведь вернулся на третий месяц после «Дезинфекции». К тому времени в Ареале возвратились все Зависимые, и скрываться в Зелёной Зоне стало совсем тяжко. В одиночку много воды не запасёшь, с едой тоже непросто, мутировавших тварей стоило есть только тогда, когда требовалось срочно расстаться с жизнью. Продукты в разрушенных магазинах погибших населённых пунктов давно уже съедены зверьём, консервы растащили беглые зэки, и самым простым способом существования было отрыть землянку поблизости от границы с Большой Землёй. Большинство вернувшихся так и поступало. Люди обустраивались, как придётся, и бродили по Зелёной в поисках нефтяных пятен. Нацедил канистру «Икса», или, если повезло, добрался до руин нефтепромысла, нашёл танк с нефтью и слил бочку-другую. И сдал это дело на нейтралке перекупщикам. Поначалу их у границы с Ареалом много отиралось.

Но приграничная полоса быстро заполнилась людьми, и Медведю всё чаще приходилось пускать в ход свой «Печенег»: Служба Безопасности РАО «Ареал» повысила награду за его поимку почти втрое, и с каждым днём желающих заработать десять миллионов рублей становилось всё больше. Тогда, сразу после «Дезинфекции», когда все уцелевшие радостно грузились в спасательные вертолёты, он спиной почувствовал, что так просто всё не закончится. Условившись с Айболитом о месте встречи, Медведь аккуратно потерялся в образованном взрывной волной лесном буреломе, и никто даже не понял, что он не поднялся на борт ни одной из вертушек. Устроив себе небольшую берлогу в полузасыпанном подвале в руинах Ухты, майор каждый чётный день приходил к условленному месту и под первый Выброс не попал фактически чудом. Айболит появился лишь к окончанию третьей недели и приятного сообщил мало. Сотрудник Отряда Специальных Операций майор Плетнёв, радиопозывной «Медведь», находится в международном (ого!) розыске по обвинению в государственной измене, шпионаже в пользу других государств, убийствах и терроризме. За его голову объявлена награда.

Тогда же Медведь узнал о том, что такое Зуд и Зависимость. Оказалось, что под это дело попали не только выжившие после «Дезинфекции», но и все, кто участвовал в спасательно-восстановительных мероприятиях. От Спецотряда, помимо них двоих, осталось лишь пятеро: Байкал, Шорох, Капкан, Базальт и Тантал. Первые четверо — бойцы его группы, Тантал из группы Червонца, но тогда, в Жёлтой, когда Туман разоблачил Ферзя, пошёл добровольцем вместе с Медведем и Рентгеном брать шпионскую лабу. В момент катастрофы они находились в Сыктывкаре, в управлении ФСБ, где давали объяснения в связи с арестом Медведя. Кто-то наверху посчитал, что внутри Городка РАО собралось слишком много заинтересованных лиц и расследование стоит передать тем, кто в Ареал не вхож, а заодно и ни черта в его специфике не смыслит. Руководящая глупость спасла бойцов, но на этом хорошие новости заканчивались. Всех пятерых срочно привлекли к участию в спасательной операции и вернули в Ареал на следующий же день. Про Зуд и Зависимость тогда ещё никто толком ничего не знал.

В общем, недель десять майор жил, где придётся и как повезёт, и Айболит по возможности помогал продуктами и бутылкой-другой воды, цены на которые стали быстро расти. Потом охотников за его головой серьёзно прибавилось, и в пограничной полосе для майора стало слишком опасно. Бывало и такое, что по две-три ночи не удавалось поспать, уходя от любителей заработать одним выстрелом, и нормально отдохнуть получалось лишь во время Выброса, забившись в какую-нибудь яму, наскоро отрытую накануне для ночлега и перекрытую валёжником, которого в Ареале на каждом шагу в изобилии. Только в этот момент можно было спокойно поспать, не опасаясь быть схваченным во сне… Медведь невольно хмыкнул. Да, в то время пришлось рыть ямы много и часто. На уровне земли не разместишься — вдруг Выброс? И всё, прямой путь в Зомби. А менять «место жительства» приходилось по нескольку раз в сутки, десять миллионов рублей — сумма не маленькая. Накопался он тогда вдоволь, на всю жизнь вперёд. Впрочем, сейчас с саперной лопаткой в Ареале не расстаётся никто, после УИПа и противогаза это, так сказать, самый популярный девайс.

К середине третьего месяца в Зелёной Зоне собрались все Зависимые, что остались в живых после гонений и повсеместного негласного геноцида, включая иностранцев из ООНовских и прочих спасательно-шпионских отрядов. В общей сложности что-то около восемнадцати тысяч человек. Те из них, кто были местными, потянулись в мёртвую Ухту и развалины южных пригородов. Бывшие зэки и уголовники стекались в Сосногорск, там с самой «Дезинфекции» отсиживались беглые во главе с объявленным в федеральный розыск авторитетом Сёмой Рашпилем. Остальные Зависимые скопились в приграничной полосе, поближе к расположенным в нейтральной полосе населённым пунктам, в которых сосредоточилась торговля с Большой Землёй. Государственная власть в Ареале стала понятием сугубо теоретическим, и вскоре Зависимые разделились на несколько крупных группировок, соперничающих за право контроля над богатыми нефтью территориями. Частые перестрелки и обилие агрессивных эмоций стали привлекать в Зелёную отряды Зомби, и путникам-одиночкам стало небезопасно даже вдали от заселённых районов Ареала. Выживать становилось всё труднее, и количество охотников за головами и просто бандитствующих отморозков, промышляющих рэкетом, резко увеличилось.