Дело о неприкаянной душе - Сергей Садов

– Ну не дуйся. Чем тебе не нравятся эти анархизмы? – при последнем слове дядя фыркнул и с трудом сдержал улыбку. И что ему это слово так не понравилось? Надо действительно в словаре посмотреть. Не люблю выглядеть смешным… если конечно, я сам не желаю таковым показаться. Сейчас я такого не желал.

– Я говорю, что когда на Земле век научно-технического прогресса, мы продолжаем использовать вещи, доставшиеся нам еще от языческих времен. Всякие там печи-самоходы, сапоги-скороходы, яблоки наливные на блюдце.

– Скатерти-самобранки, – согласно кивнул дядя. Я тут же пошел на попятную.

– Ну, среди старых вещей есть и полезные. Но то, что уже можно заменить людскими штучками, надо менять. Тот же телевизор ведь работает гораздо лучше наливного яблока. И качество изображения получше.

– Эти вещи проверены временем. Мы приехали, кстати.

– Проверены временем, проверены временем, – бурчал я, доставая свои вещи из багажника. – Дядя, почему тогда вы покупаете себе новую обувь? Ведь старая проверена временем.

Дядя несколько растерянно посмотрел на меня.

– Ты знаешь, с таких позиций я как-то не думал. Впрочем, какая разница. Не менять же билеты только потому, что тебе не нравятся ковры-самолеты.

Мы прошагали до нужного нам ковра. Хотя, какого ковра. Это была целая дорожка. Метров двадцать длиной. И на ней уже сидело человек десять. Впереди, клубясь черным дымом и в чалме, сидел джинн. Он молча повернулся к нам и проверил билеты.

– Вот теперь все. Можно лететь. Господа пассажиры, вас приветствует полетная компания «Джинн». Доставим вас быстро и надежно.

Я покосился на уже успевшую удалиться землю.

– Ну, – буркнул я, – вниз мы в любом случае попадем.

На мои слова пассажиры прореагировали несколько нервно.

– Мальчик любит шутить? – поинтересовался у меня с улыбкой джинн. Однако в этой улыбке явственно прозвучала угроза. Заткнись мол. Ну, это он зря. Угроз я совершенно не перевариваю. Он вздумал угрожать МНЕ???

– Люблю, – кивнул. – Я вот недавно разговаривал с душой Сулеймана…

– С чьей душой? – вдруг хрипло спросил джинн. То, что я черт, не видеть джинн не мог.

Я деланно удивился.

– Что вас так встревожило? Ну да, того самого Сулеймана. Он мне рассказал про какое-то кольцо… Погодите, кажется, оно где-то в моих в вещах…

– Не-е-ет!!! – от раздавшегося визга у меня заложило в ушах. Джин отшатнулся и рыбкой бросился с ковра. Я слегка удивленно глянул вниз. Где-то там, вдали виднелся белый купол парашюта. Хм, не думал, что джинны так нервно реагируют на упоминание о кольце Сулеймана.

– Великолепно, Эзергиль, – ледяным тоном заметил дядя. – Твоя очередная шуточка вполне удалась. И что нам теперь делать? Как мы без пилота пересечем границу Ада и Рая?

Под общими… скажем так, не слишком дружелюбными взглядами, я поежился. Потом покосился на край ковра. Последовать примеру джинна, что ли? Только вот у меня нет парашюта. А дядя может и не кинуться меня ловить. Слишком уж разозлился.

– Я виноват, что этот дундук шуток не понимает?

– Кто тут дундук, это мы сейчас выясним, – привстал один из пассажиров.

– А ну, сядь, – тихо произнес дядя. Однако в этом тихом голосе было нечто такое, что все недовольно гудящие пассажиры замолчали. – Своего племянника буду ругать только я. Больше таких прав нет ни у кого из вас. И наказывать его, в случае необходимости, тоже буду только я. Всем ясно?

Пассажиры испуганно примолкли.

– Если всем все ясно, то я сейчас постараюсь вернуть нашего пилота. – С этими словами дядя шагнул с края ковра. В тот же миг у него за спиной появились крылья, которые моментально расправились, и вот уже белая точка стремительно неслась вниз. Все-таки летящий ангел зрелище захватывающее. Тоже, что ли, в ангелы податься? Так ведь не примут. Нет, не примут.

Дядя действительно вернулся быстро. Минут через пятнадцать. За ним летел джинн. При виде меня он сердито ощерился.

– Вашего племянника надо на привязь посадить за такие шутки, – буркнул он дяде. – И намордник одеть.

Судя по бросаемым в мою сторону взглядам, большинство пассажиров были с этим полностью согласны. Интересно, и что я такого сделал? Всего лишь немного пошутил.

До самого приземления дядя не обмолвился со мной ни словом. Так же молча покидал мои вещи в такси. Только уже у себя дома после десятиминутного изучения взглядом меня он, наконец, промолвил:

– Даже не знаю, что с тобой делать, Эзергиль. Я ведь думал, что ты действительно уже взрослый и вполне отвечаешь за свои поступки. Но то, что ты учудил сегодня… Теперь и не знаю, отпускать тебя на Землю или нет.

– Я же не смогу тогда сделать свое практическое задание!!! – возмущенно завопил я.

– Думаю, тебе полезно будет второй годик просидеть в одном классе. По крайне мере повзрослеешь чуть-чуть и, возможно, к следующему лету станешь серьезней.

– А я серьезный. Просто этот джин сам начал мне угрожать…

– На Земле тебе тоже будут угрожать. Ты что, собираешься разнести всю планету из-за этого? В общем так, ты сейчас мне поклянешься не применять никаких своих талантов на Земле без крайней необходимости. Или никуда не пойдешь.

– Но, дядя!!! Как же я смогу…

– Ничего не знаю! Раньше думать надо было! И заметь, я тебе не запрещаю пользоваться твоими талантами. Просто запрещаю применять их без крайней необходимости.

– А как я определю эту самую необходимость? – буркнул я.

– Думаю, – кивнул мне дядя, – с этим проблем у тебя не будет. Так как?

– Но, дядя…

– Никаких дядей. Может, после этого ты станешь больше пользоваться головой и меньше полагаться на разные свои чертовы таланты.

Ну, раз так. Я сел на пол и сложил на груди руки.

– Нет. И можешь прямо сейчас сообщить в школу, что я не сделал свою работу.

– Эзергиль…

– Дядя, или вы мне доверяете, или нет. Я не буду ничего обещать. Я только скажу, что буду очень осторожен. И что я сам хочу решать, когда и что мне делать. А вы либо мне доверяете, либо нет.

Дядя молча смотрел на меня.

– А ты действительно повзрослел. Хорошо. Я поверю тебе. Надеюсь, не напрасно.

– Не напрасно.

– В таком случае, давай займемся твоими вещами. Высыпай все на ковер. Будем выбирать из этого вороха вещей то, что тебе действительно может пригодиться.

Через два часа я выходил из дома с одним полегчавшим рюкзаком типа земного школьного ранца и небольшой сумкой. Дядя проводил меня до площади Надежды. Здесь его встретил один, уже изрядно поседевший ангел.

– Этого черта надо доставить на Землю? – спросил он.