Хитросплетение судьбы - Игорь Игоревич Кравченко

не мог понять почему. После изучения лекарских трудов, он сам стал практиковаться в создании отваров, припарок, мазей. А потом и вовсе начал экспериментировать. Все, что император изготавливал, он испытывал в первую очередь на себе. К сожалению, никакого эффекта не было. Даже употребив значительную дозу яда, Элвар не почувствовал себя хуже. Сила Небес защищала его от любого пагубного воздействия. Поэтому он предлагал своим слугам опробовать лекарства. Тем было только в радость услужить императору.

Сначала испытывались безобидные горькие микстуры, успокаивающие настойки, а затем он начал делать прислуге легкие порезы, чтобы увидеть эффективность мазей. Люди не могли ему отказать. Их фанатичная преданность заглушала страх боли. Со временем наносимые раны Элваром становились все более глубокими, а порой опасными для жизни. Но и тогда никто из слуг не жаловался. Даже после первых случайных смертей.

Лекарства императора были и правда действеннее любых известных. Их рецепты разнеслись по всей стране, спасая тем самым множества жизней. Разумеется, для избранника Небес цена в виде смертей нескольких десятков слуг была ничем. Новые лекарства тоже представляли собой больше побочный результат, чем основную цель. Элвару нравился сам процесс их создания и испытания на людях. Старая пустующая темница под замком стала его лабораторией «чудес». Там все привели в опрятный вид: выскребли всю грязь со стен и пола, сняли решетки (вместо них повесили шторы), поместили в камеры удобные кровати, заменили факелодержатели на масляные лампы, по центру коридора расставили столы. Император завел дневник для записей результатов своей работы. Часть бывшей темницы перестроили под ледник. По ночам в нем Элвар вскрывал трупы умерших вследствие неудачных экспериментов, и подолгу искать причину своего провала в органах бедолаг. Он потрошил тела с такой педантичностью, будто занимался этим всю жизнь. Часто на койках больных могли оказываться слуги, которые отказывались от экспериментального лечения их повелителя. Но из-за своего стыда страха они работали еще усерднее, а затем сваливались с ног от усталости и недомогания. Для них у избранника Небес тоже находилось особое средство. Он подмешивал его в чай и еду, ничего не подозревающим больным. Бодрящие, восстанавливающие силы лекарства, к счастью для верной прислуги, были без побочных эффектов.

Об этой деятельности императора было никому неизвестно за пределами замка. Но даже если бы информация о ней просочилась сквозь его крепкие стены, вряд ли народ Элариса поменял свое мнение о их правителе.

В то же время, Элвару все больше не хватало «материала» для своих исследований. Поэтому он издал указ о выдаче вознаграждения за предоставление ему мертвых тел для научных изысканий. На удивление жители столицы с большим воодушевлением отнеслись к этому нововведению. Через неделю подвал императорского замка уже был завален трупами разной степени разложения. Позднее выяснилось, что некоторые из них специально выкопали для щедрого обмена. В связи с этим, Элвару пришлось произнести укоризненную речь на главной площади для своего народа, а также приставить ночные патрули к кладбищам. Конечно же эти меры были приняты только в столице. Трупы из ближайших городов продолжали поступать во всех многообразных состояниях. Некоторых людей не останавливал высокий риск быть пойманным и получить суровое наказание. «Все души отправляются на Небеса, а их тела им уже без надобности» — такое они придумывали себе оправдание. В итоге императору пришлось отменить этот указ. Тем более, что он уже успел за это время набрать себе достаточно материала.

Внешне Элвар тоже начал меняться. Его лицо стало более вытянутым и привлекательным, волосы отросли ниже плеч, и даже походка выглядела иначе. В ней больше не чувствовался неподъемный груз ответственности. Взамен ему, шаг императора приобрел легкость уверенного в себе человека. Однако с этими изменениями появились и странные особенности. При чтении книг, он иногда закрывал глаза, а когда открывал вновь могло пройти уже несколько часов. Иногда император вовсе мог оказаться в другом месте.

Эти случаи начали происходить с Элваром, как только он погрузился в изучение исторических записей. Его интересовали времена, предшествующие появлению империи. О них сохранилось совсем мало информации. И то, она вызывала у избранника Небес сильные сомнения. Императору казалось, что он почему-то должен, нет, просто обязан знать больше о том временном периоде. Это ощущение было похоже на сосущее в мозгу чувство, когда ты никак не можешь вспомнить одно слово, хотя при этом имеешь полное его понимание и способен привести парочку аналогов. В связи с этим, Элвар обратился к своим слугам, чтобы те обошли дома всех знатных семей для поисков нужных ему сведений. Он даже отправил письмо ледлорду с идентичной просьбой.

В итоге слуги вернулись с пустыми руками. Но через день императора посетил один купец, который оказался по совместительству коллекционером всякого рода редкостей. Он любезно предоставил записи времен до открытия ледяных островов. Однако и там избранник Небес не нашел свое «забытое слово».

— Сомневаюсь, что наш ледлорд обладает интересующими вас записями, ваше величество, — произнес Вайнс, принимая обратно древние книги.

— Очень жаль это слышать, северянин.

Новоявленный член ШЛС уже много раз бывал на аудиенции с императором, но похоже так и не запомнился ему. С одной стороны это было на руку Вайнсу, с другой же очень задевало гордость главного шпиона. Однако северянину хватило самообладания, чтобы ненужные чувства не отразились на его лице.

— Все знать невозможно, как бы мы к этому не стремились. Остается лишь вообразить ту версию событий, которая нам понравится. Если у вас еще будут интересные просьбы, можете всегда обращаться ко мне, ваше величество, — сказал перед своим уходом коллекционер.

Императору запомнились последние слова северянина. Он решил написать собственную, вымышленную историю. Для начала Элвар представил себе быт обычных людей: как они работают, отдыхают, какие были их дома, язык общения, мечты. Все образы в голове были такими реалистичными, словно они и правда существовали когда-то. Ему понравилось описывать свои фантазии. Это увлекало почти наравне с медицинскими исследованиями. Поглощенный новой страстью он совсем перестал замечать пролетающее время. Затем императора посетила еще одна идея. В тот день он проходил мимо расписанного в его честь коридора и подумал: «Слова могли стереться временем, но искусство и ремесло людей тоже способны рассказать историю».

Вайнс снова пришел на помощь, одолжив избраннику Небес предметы из своей коллекции. В этот раз император остался доволен. Лицезрение и прикосновение к настоящим древностям всколыхнули чувства Элвара. Теперь, закрывая глаза, он мог вспомнить события настолько далекие, в правдивости которых у него не возникало ни малейших сомнений, что захватывало дух. Император проживал их,