Все сказочные повести в рисунках В. Чижикова - Эдуард Николаевич Успенский

им. Из платка выпало серое соколиное пёрышко и стало кружиться в воздухе. А в небе появился сокол. Вот он ударился о землю и превратился в добра молодца Финиста — Ясна сокола.

— Здравствуй, Василиса Премудрая! Зачем ты меня звала — мёд пить или врагов рубить?

— Не до мёда сейчас! — отвечала Василиса. — Хмель шумит — ум молчит! Есть у меня к тебе поручение.

— Сказывай, — попросил Финист. — Любое выполню!

— Сейчас полетишь к Лукоморью. Там дерево найдёшь огромное. На дереве сундук спрятан. В сундуке — медведь. В медведе — заяц. А в зайце этом должна быть смерть Кощея. Её мне и принесёшь сюда.

— Хорошо, — отвечал молодец. — Жди меня завтра к полудню!

Он снова обратился соколом и полетел в синее небо.

— Василиса Афанасьевна, а откуда ты про смерть Кощееву знаешь? — удивился Домовой. — Или сказывал тебе кто?

— Никто не сказывал. Сама догадалась.

— А как?

— Очень просто, дядюшка. Ведь он, Кощей, свою смерть должен беречь как самое дорогое. Как золото и камни драгоценные. А где их обычно хранят?

— В сундуках!

— Значит, смерть Кощея в сундуке. Но Кощей хитрый. Он понимает, что сундук будут искать в земле. И он спрячет его там, где никто не догадается.

— На дереве? — сообразил дядюшка.

— На дереве, — подтвердила Василиса. — Все будут думать, что дерево в лесу. А Кощей выберет дерево подальше от леса. Где?

— У Лукоморья, — сказал Домовой.

— Верно. Молодец, дядюшка.

— Но откуда ты, матушка, про медведя знаешь? И про зайца?

— И это просто. Смерть Кощея должен кто-то охранять. Людям Кощей не доверяет. Значит, это зверь. Скорее всего, медведь. Он самый сильный у нас.

— Ён в сундуке и спать может, — добавил Домовой.

— Но медведь — зверь неповоротливый и неловкий, — сказала Василиса. — А нужен тот, кто, в крайнем случае, мог бы убежать. Например, заяц. Понял теперь?

— Теперь понял, — закивал головой дядюшка. — Теперь ясно всё.

— Только я вот чего боюсь, — продолжала Василиса, — как бы в этом зайце птицы какой не было. Или мыши. Ну да ладно уж. Финист там на месте разберётся, что к чему!

— Ну и светлая голова у тебя, матушка! — восхитился Домовой. — Уж сколько лет я с тобой работаю, а каждый раз удивляюсь!

Им оставалось только ждать.

Глава 12

Змей Горыныч

На огромной площади за коровником горели костры, толпился народ и играла музыка. Ждали прилёта Змея Горыныча.

— Вон он летит, — сказал Кощей боярам и писарю Чумичке. — Видите?

— Где? Где? — засуетились бояре. Все они были с мечами, потому что после прилёта Горыныча были назначены военные учения.

— Вон там, — протянул руку Кощей. — Прямо над лесом!

Однако прошло полчаса, прежде чем бояре заметили в небе маленькую чёрную точку.

Змей летел быстро и бесшумно. Вот он выставил вперёд лапы и приземлился, прочертив по полю две глубокие чёрные борозды.

— Ура! — прокричал Кощей.

Но никто его не поддержал. Бояр не было. Исчезли. Наконец из какой-то ямки выбрался боярин Афонин.

— А он нас не съест?

— Нет, — ответил Кощей. — Он добрый, верно, Горыныч?

Трёхголовый Змей зашевелился.

— Верно, — сказала одна его голова.

— Конечно, — поддержала другая.

А третья ничего не сказала, а только улыбнулась: мол, как же может быть иначе?

— А можно его погладить? — попросил Чубаров.

— Можно, — разрешил Кощей.

Бояре постепенно выбирались из канавы.

— А он нас не покатает? — спросил боярин Демидов.

— Сейчас узнаю. Покатаешь их, Горынушка?

— Могу, — ответил Змей.

И бояре гурьбой стали взбираться ему на спину. Они рассаживались поудобнее, крепко держась друг за друга.

Змей разбежался, взмахнул крыльями и медленно полетел над дворцом.

— Ура! — дружно кричали бояре. — Ура!

Но потом они быстро смолкли, потому что Змей залетел слишком высоко.

Вот он сделал два круга над царскими угодьями и снова приземлился. Притихшие бояре горохом посыпались на землю.

— Спасибо, Горыныч, — сказал Кощей. — А теперь устраивайся. Видишь, коровник у пруда? Там будешь жить… Эй, Гаврила, всё готово в коровнике?

— Всё, ваше величество.

— Тогда накорми гостя, напои и спать уложи. Он, наверное, устал с дороги. Да смотри, корми получше! Тебе же спокойнее будет, понял?

— Как не понять? Понимаю, — грустно ответил Гаврила.

— А мы с боярами пойдём ратное дело изучать.

— А что? Пойдём! — согласились бояре. — Раз велят!

Военные учения начались.

Вечерело, когда к царскому дворцу подъехала телега, запряжённая серой лошадью. В телеге сидел Кот. Огромный чёрный Кот с белой звёздочкой на груди и со страшными стальными когтями. Из глаз Кота били снопы яркого жёлтого света.

Он спрыгнул с телеги и начал подниматься на крыльцо. Дорогу ему преградили два стрельца.

— А ну, брысь отсюда!

Кот молча направил на них жёлтые глаза. Пучки света сузились, и стрельцы стали зевать. Медленно-медленно они опустились на крыльцо и, как по команде, заснули богатырским сном.

Кот перешагнул через них и вошёл во дворец.

Глава 13

Скатерть-самобранка

По дороге к сказочной столице брело Одноглазое Лихо. Брело оно по приглашению Кощея Бессмертного. И там, где оно проходило, цветы вяли и погода портилась. Позади Лиха ехал мужик на телеге.

— Эй, мужик, — сказало Лихо, — а ну, подвези меня!

— Садись, — ответил мужик. — Жалко, что ли?

Лихо уселось позади мужика. Тотчас внизу что-то хрустнуло, и одно колесо отвалилось.

— Вот беда какая! — заохал мужик. — Совсем новое колесо!

А Лихо тихонечко захихикало.

Мужик соскочил с подводы, вынул из-под сена топор и начал постукивать по оси. Размахнулся раз, другой и как трахнул себя по пальцу!

Лихо засмеялось громче и слезло на дорогу.

— А, чтоб тебя! — разозлился мужик.

Он схватил кнут, размахнулся, хотел ударить Лихо и неожиданно попал по лошадям. Лошади заржали, сорвались с места и понесли трёхколёсную телегу прямо через овсяное поле.

Тут-то Лихо засмеялось в голос.

— Ну, я тебе покажу! — рассвирепел мужик. И, размахивая кнутом, он пустился бежать за Лихом. А оно, подобрав полы платья, помчалось во всю прыть. Вот Лихо перескочило через маленький деревянный мостик над рекой, и он сразу развалился. Бедный мужик прямо с берега бултыхнулся в речку.

— Что — съел? Дурак толстопузый! — кричало Лихо с того берега. — Я тебе ещё покажу! Балда деревенская!

И Лихо ушло. А мокрый мужик ещё долго ходил по берегу и плевался в разные стороны.

Потом, подобрав колесо, он